Тина Лав – Развод и новая локация (страница 3)

Сидела, когда он чем-то шуршал и гремел в комнате, готовясь ко сну.

И только когда его дыхание стало ровным и глубоким, я поднялась.

Внутри у меня все кипело.

Как он мог? Как он мог вот так спокойно спать?

Я не знала, что мне делать. Придушить его подушкой? Незаконно. Да и просто глупо. Позвонить Полине и наорать на нее? Еще глупее.

Никаких нормальных адекватных мыслей в голове не было, поэтому я просто пошла в душ и долго стояла под горячими струями воды, не заботясь о том, какой мне выставят счет за коммуналку. Мне хотелось смыть с себя всю эту грязь. Но я пока даже не понимала - какую.

От чего мне было больнее? От того, что мой муж мне изменил? Или от того, что это произошло с моей сестрой? Или от того, что ребенок, который у нас не получался несколько лет, у них получился вот так - сразу?

Или не сразу? Сколько они уже спят вместе за моей спиной?

Наконец, усталость дала о себе знать. Я вышла из душа, тщательно вытерлась жестким полотенцем, словно в попытке содрать с себя кожу, вышла и отправилась в спальню.

Утро вечера мудренее - завтра будет новый день, и что-то станет понятно.

И вот новый день наступил, а понятнее не стало.

За окном шумел майский ветер. Ветви тополя царапали стекло, почки уже лопнули, выпуская липкую зелень. Мир снаружи просыпался, цвел и пах мокрой землей. А внутри у меня было пусто. Словно кто-то выключил свет и забрал краски.

– Почему я? – спросила я себя.

Ответа не было. Да и так ли уж это было важно теперь? Какая разница, почему мне всадила нож в спину моя же собственная сестра? Почему муж, который клялся мне в любви и верности, оказался предателем?

Это все не так уж и важно.

А что важно?

Внутри разгоралось какое-то чувство - то ли боль, то ли злость. Мне хотелось кричать, плакать, что-нибудь разбить, но… Я не привыкла кричать. Мне было жалко ломать вещи - они ни в чем не виноваты. И даже заплакать не получалось - слез не было.

Я встала. Ноги твердо нашли пол. Я не стала искать тапочки. Прошла босиком на кухню. На столе стояла грязная чашка. На дне осталась гуща от кофе. Я взяла чашку, понюхала. Холодный запах горечи и предательства.

Родители вчера так радовались внуку… Интересно, они знали, от кого залетела их любимая Полиночка?

Нет. Не знали. Они не могли знать. Я цеплялась за эту мысль, как за соломинку. Они обычные люди, они любят внуков, они не монстры. Если бы знали, они вели бы себя по-другому.

Или знали, но им было все равно? Главное - у них будет внучек, любимая Полина счастлива, а я… А я все равно бесполезная рабочая лошадка. Не мать, не продолжатель рода.

Рода… Как будто мы какие-то графья! Как будто от того, что мы не продолжим род, мир потеряет что-то ценное.

Знали они или нет?

Я оделась. Джинсы, легкая куртка - сегодня пообещали потепление.

Я взглянула в зеркало. Лицо было бледным, но глаза сухие. Я не стала краситься. Много чести.

Дорога до дома родителей была знакомой и привычной.

Город просыпался и радовался новому дню. Витрины блестели, люди снимали куртки. Все жили обычной жизнью. Кто-то покупал цветы, кто-то вел детей в парк. Никто не знал, что моя жизнь вчера вечером раскололась пополам.

Дверь открыла Полина. Она была в домашних штанах и футболке, волосы собраны в пучок. Лицо свежее, выспавшееся, довольное жизнью.

– Аля? – удивилась она. – Ты чего так рано? Родители на работе.

– Я знаю, – я прошла в прихожую. – Мне нужна ты.

Полина замялась. Она почувствовала неладное. Я видела, как напряглись ее плечи.

– Что случилось? – спросила она.

– Пройдем на кухню, – сказала я.

Мы сели за стол. Здесь ничего не менялось годами. Стояла кофеварка, лежали фрукты. Обычное утро моего родного дома.

– Поля, это правда?

– Что - правда? - спросила Полина с вызовом.

Она поняла, о чем я. И по ее дерзкому движению подбородком я поняла, что не ошиблась. Но она решила играть в эту игру до конца. А у меня не было настроения подыгрывать.

– Как долго вы спите вместе?

Полина молчала. Тишина тянулась. Слышно было, как гудит холодильник. За окном пели птички.

Я смотрела в ее глаза и не понимала, что там вижу. Вину? Ее там точно не было. Страх? Тоже мимо. Стыд? Кажется, Полина даже не знала такого понятия.

Скорее это было какое-то раздражение. С таким обычно смотрят на муху, которую не получается прихлопнуть.

– Полгода, – наконец соизволила ответить она.

Я кивнула. Будто подтвердила диагноз. Полгода. Это не ошибка. Это не случайность. Это система.

– Тот Новый год на базе с баней, да? – уточнила я. - Вадим мне сказал, что уснул в предбаннике. Он был с тобой, да? Это тогда и началось?

Полина поджала губы и скрестила руки на груди.

– Да. Ты же вечно его пилишь, что надо то, надо это… Он задолбался подстраиваться под твое настроение.

– И решил, что лучше подстраиваться под твое? - хмыкнула я. - Чудесно. Очень по-мужски.

– Он был расстроен, - попробовала защитить его Поля.

– Чем? Тем, что я ему бухать запретила?

– Аль, это был Новый год, - презрительно сморщилась сестра. - Может мужик расслабиться хотя бы в праздник?

– Действительно, чего это я? - усмехнулась я. - Ладно, допустим, он расслабился. А дальше? Дальше я тоже его расстраивала, а ты утешала?

– Так вышло, - пожала плечами Поля.

– Так вышло, – повторила я. – Ты спала с моим мужем полгода. А я спрашивала, как твои дела. Я называла тебя сестрой.

Полина посмотрела в окно, потом снова посмотрела мне в глаза.

– Можно подумать, я его насиловала. Он сам этого хотел. Он мужчина, я женщина. А ты? Посмотри, кем ты стала! Чучелом!

– Я в свое время стала женой, – поправила я. – А ты стала любовницей.

– Я беременна, – Полина положила руку на живот. – Я даю жизнь. А ты что даешь? Отчеты?

У меня внутри что-то щелкнуло. Будто лопнула струна, которая держала меня в рамках приличия. Я хотела быть хорошей девочкой. Но даже хорошая девочка сейчас задушила бы ее этими голыми руками.

– Ты думаешь, это оправдание? – я наклонилась к ней. – Ты думаешь, потому что ты беременна, ты лучше меня?

– Я люблю его, – сказала Полина. – А он меня.

– Он сволочь и предатель, – сказала я. – А ты используешь ребенка как великое достижение. Ты даже не знаешь, нужен ли ему этот ребенок!

– Не смей так говорить! – взвизгнула Полина. – Любой мужчина хочет наследника! Ты не можешь иметь детей. Это факт. А я могу. Природа сама решила.

– Природа? – я рассмеялась. Звук вышел жестким. – Ты называешь предательство природой? Ты носишь его наследника? Поля, он не королевских кровей. Чего наследовать-то? Половину квартиры, за которую мы еще не выплатили ипотеку? Подержанную машину? Поношенные портки? Очнись!

– Ты просто мне завидуешь, - отрезала Полина.

Я чуть не подавилась воздухом. Завидую? Я прислушалась к себе.