Tina Jay Rayder – Эдельвейс и Ликорис (страница 4)

А у Мари сон как рукой сняло. Однако же она продолжала медленно и глубоко дышать, старательно держа лицо и глаза расслабленными. Ох, сколько раз она обманывала служанок и матушку, читая по ночам стянутые из библиотеки книжки старших братьев. Даже свечу без дыма гасить научилась, и спящей притворяться тоже. Кто бы знал, что ей это пригодиться в таких условиях…

Девочка отогнала грустные мысли и продолжила размышлять над планом. В банде было пять человек. Убежать она не сможет, не от взрослых мужчин, привыкших разбойничать по лесам. Убить? Ну только если прирежет всех во сне, что тоже нереально. Но как тогда ей не уснуть днем от подмешанных сонных трав и в то же время спастись от незавидной участи? Решение не приходило, зато приходило отчаяние, неподъемным одеялом укрывая сознание и тело.

А потом вспышкой воспоминания к ней пришло решение.

Сегодня, перед тем, как улечься спать, Мари отодвинула свою лежанку чуть в сторону от костра. На поляне, где они все обосновались, росло весьма неприятное растеньице. Если просто коснуться его, то ничего страшного. Но вот есть его сок попадет на кожу, та онемеет надолго. Несколько лет назад сама Мари не себе почувствовала это действие. Она задыхалась от слез и страха, но не могла пошевелить ногами. Доктор, которого вызвала матушка, сказал, что ей повезло – сок не попал внутрь, на язык и глаза. Иначе Мари могла и умереть. Мол и взрослым не особо хорошо было бы, а ребенок не справился бы с действием этой травы.

С тех пор Мари крепко накрепко запомнила, на какие листья лучше даже не рисковать ложиться. Пройти сквозь заросли, закутавшись в одежду и не допуская контакта с голой кожей можно было, сок терял свои свойства, стоило ему высохнуть. Но вот несколько минут… Это может помочь, верно? Если она сумеет как-то добавить его в общий котел?

Но как?

Мари какого-то особого интереса к приготовлению пищи не проявляла, ела, что дают, к котлу почти никогда не подходила. Если она приблизится без особого повода, ее тут же заподозрят. Эти разбойники не глупы, хотя и могут показаться такими на первый взгляд.

Девочка держала глаза закрытыми, дыхание ровным, а ум – ясным. До рассвета оставалось всего несколько часов, и за них ей необходимо было придумать план.

Глава 3. Личность

У неё было всего несколько минут. Предрассветные часы – самые сложные: ночь уже прошла, а рассвет только протянул свои серые лучи сквозь угасающую тьму. В такое время дико хочется спать. Разбойник, дежуривший всю ночь, тоже чувствовал усталость. Оглядев маленький лагерь осоловелыми глазами, он решил, что в этом месте им ничего не грозит. Лес шумел, но это был обычный, пробуждающийся лесной шум. Разбойник прикрыл глаза и облокотился спиной о дерево. Стоило ему тихо захрапеть, как Мария распахнула глаза, сверкнувшие призрачной сталью в отблесках костра.

Она повела взглядом, стараясь не смотреть на разбойников пристально – ещё учителя по этикету объясняли ей, что прямой взгляд ощущается почти физически людьми с развитым чутьём. В их кругу это было естественно, а у разбойников – выработанным навыком.

Двигаться тихо было непросто. Мария старалась двигаться максимально медленно. Обернув ладони тканью длинных рукавов, она аккуратно рвала стебельки растений, следя за тем, чтобы сок не попал на кожу.

Когда Мария нарвала достаточно растений для своего плана, возникла новая задача – подмешать их в котелок с едой. Пробраться тихо она ещё могла, но как снять тяжёлую крышку? Подсыпать яд в личные фляги разбойников она не успевала – на каждого требовалось время.

Солнце постепенно окрашивало небо в розовые тона. Мария нервничала, чувствуя, что время уходит. Вдруг её взгляд упал на приоткрытый мешочек с зерном. Она быстро подошла к нему и начала растирать соцветия, рвать листья и стебли. Если бы это было обычное зерно, разбойники могли бы заметить подмену, но мешочек содержал «кашную смесь» – готовый набор для варки с пряными травами и солью.

Закончив, Мария заметила, что рукава её одежды пропитались соком растений. Ещё немного – и он попал бы на кожу! Она поспешно вернулась к своей лежанке, завернулась в плащ и сняла верхнюю рубашку. Её била дрожь – то ли от утреннего холода, то ли от страха. План должен был сработать. Обязательно!

Когда солнце поднялось над лесом, начали просыпаться бандиты. Мария сидела, закутавшись в ткань, и мелко дрожала. Притвориться спящей или только что проснувшейся не получалось. Она невидящим взглядом смотрела на тлеющий костёр, не обращая внимания на разбойников.

– Эй, малая, ты чего, не спишь уже что ли? – удивился Рыж, подходя ближе.

Девочка вздрогнула от неожиданности, вскинув на него взгляд. Разбойник хмыкнул, решив, что понял причину её поведения:

– Кошмары, что ль? Ну да, оно бывает, уж под утро точно. Ну ничего, не боись больше, сны приходят и уходят, а жизнь бывает и похлеще.

Главарь, уверенный в своём превосходстве, не считал детей особенно умными. Он признавал ловкость и актёрскую игру детей‑попрошаек и мелких воришек, но никак не ожидал подвоха от этой девочки. Зевнув и почесав живот, он отвернулся к своим людям, не замечая, каким пристальным взглядом она следит за ним.

Мария ждала. Её план едва не провалился, когда выяснилось, что в котелке осталась вчерашняя похлёбка. Но тут ей помогли лень и жадность разбойников: разделив остатки, они остались бы полуголодными. Поэтому решили добавить в похлёбку сонной травы, а новую порцию сварить позже.

– Держи, болезная, – с насмешкой протянул один из разбойников глиняную плошку с жидкой кашей. – Ты у нас сегодня прям графиня, первая жрать будешь!

Замечание про графиню больно задело Марию, но она лишь кивнула, принимая плошку. Ложек у разбойников почти не было – только одна большая, чтобы мешать кашу в котелке. Обычно еду пили из плошек или ели руками, если это было жареное мясо.

Марии не хотелось есть – от волнения её тошнило. К тому же она знала, что находится в её «тарелке». Девочка понимала: сонная трава действует медленно, и если не проглатывать похлёбку, эффект будет слабее. Она отошла подальше от костра, закуталась с головой в плащ и незаметно выплевывала кашу в его полы. Когда вернула пустую плошку, её губы были измазаны кашей – будто она всё съела.

Неприятная усмешка разбойника, забравшего посуду, вызвала у Марии отвращение. Они собирались воспользоваться её положением, зная, что её ждёт нелёгкая участь. Но Мария сделала вид, что её клонит в сон, прикрылась капюшоном и сквозь полуприкрытые ресницы наблюдала за происходящим.

Оказалось, она умеет ждать. Когда разбойники начали спотыкаться, шататься и потирать грудь, она подняла голову, наблюдая за ними с холодным удовлетворением.

– Да что происходит? – наконец не выдержал главарь Рыж, пытаясь совладать с непослушным телом. – Кто из вас, ослов, кашу на вине сделал вместо воды?

Один из его людей хотел что‑то ответить, но вдруг покраснел, схватился за грудь и упал, дрожа.

Мария хмыкнула, не отрывая от него взгляда. Так вот как это выглядит? Внутри неё было пусто, губы кривились в равнодушной усмешке. Интересно, бросятся ли они за ней в погоню, когда смогут двигаться? Даже если да, это будет позже. Отравление надолго лишит их возможности преследовать её. Она сама в детстве несколько недель отходила после подобного.

Главарь смотрел, как один за другим корчатся его люди, и вдруг заметил: единственное спокойное пятно на поляне – девочка, наблюдавшая за происходящим ясным взглядом.

– Ты… – прохрипел он, вскакивая. – Ты это сделала!

Он рванулся к ней, схватив за длинную косу. Мария вскрикнула от боли, но тут же сжала зубы, глядя на Рыжа с ненавистью.

Мужчина чувствовал, что его силы на исходе. Спутанным сознанием он отметил размазанную по ткани кашу в распахнувшемся плаще девочки и белые соцветия неподалёку.

– Болиголов! – взревел он. – Ты подсыпала нам болиголов! Дура! Ты…

Мария, едва не сломавшая шею от рывка, заметила рукоятку кинжала на поясе разбойника. Она была так близко! Одной рукой всё ещё цепляясь за руку разбойника, другой она потянулась к оружию. Рыж, кажется, даже не заметил, как она вытащила кинжал. Мария резко резанула по основанию косы, за которую её держал разбойник.

Голове стало невероятно легко. Телу тоже. Девочка пошатнулась, освободившись от хватки, и тут же отскочила. Разбойник выпучил глаза, попытался что‑то сказать, но лишь издал невнятный звук и упал.

Мария выдохнула, оглядела поляну с тихо хрипящими разбойниками, подхватила котомку с нетронутой едой и парой монет и бросилась прочь. Неподалёку шумела река, а прямо за ней виднелись стены Мерда.

* * *

После полудня, когда солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев, на поляну, где оставался лагерь разбойников, вышла группа людей. Впереди шёл крепкий старик с седыми волосами. Его глаза, холодные и проницательные, скользнули по телам, раскинувшимся у дотлевающего костра.

– Напоролись на поистине безжалостного противника, – произнёс старик ровным голосом, поднимая с земли обрывок светлой косы. – Или это была девчонка?

Один из его спутников – юноша с татуировкой ворона на щеке – пожал плечами:

– Может, и была. Но расправиться с целой бандой? Рыжий говорил, что она из богатеньких. Вряд ли смогла бы. В любом случае в Мерде без покровителя такой тепличный цветочек долго не протянет. Либо уже мертва, либо её никогда и не существовало. Бандиты, скорее всего, просто решили нажиться на нашем запросе, да сами оплошали.