Тина Блинова – Те, кто живут рядом (страница 9)

Кто-то трогал их дверь.

Ольга медленно встала. Босые ноги коснулись холодного пола. Она сделала шаг к двери спальни. Ещё один.

Выглянула в коридор.

Темно. Пусто. Только слабый отблеск зеркала.

Царапающий звук повторился. Шшшш… шшшш… Словно кто-то водил ногтями по металлу двери.

Ольга прижалась к стене. Смотрела на входную дверь.

И тут она услышала.

Шёпот.

Тихий, еле различимый. Идущий из-за двери.

Сначала она не разобрала слов. Просто звуки – шипящие, свистящие, как шум ветра в ветвях.

Потом – чётче.

«Оль…»

Она застыла.

«Оль… га…»

Её имя. По слогам. Медленно. Растянуто.

«О-о-оль-га-а-а…»

Голос был странный – не мужской, не женский. Не человеческий. Словно кто-то пытался говорить, но не умел. Словно рот, который никогда не произносил слов, учился им заново.

Ольга зажала рот рукой. Не дышала. Не двигалась.

Если услышишь своё имя – не откликайся.

Слова Зинаиды Павловны.

Никогда.

Она стояла в темноте, прижавшись к стене, пока шёпот не стих.

Пока шаги не удалились.

Пока тишина не вернулась.

Только тогда она сползла на пол – медленно, беззвучно – и заплакала.

Тихо. Беззвучно.

Чтобы никто не услышал.

Чтобы никто не узнал.

Что она уже не могла отделить реальность от кошмара.

Утро пришло серым и мокрым. За ночь пошёл дождь, и он всё ещё моросил, мелкий и холодный.

Ольга сидела на кухне, обхватив руками чашку с остывшим кофе. Она не спала – снова. Глаза горели, в голове стоял туман.

Андрей уже ушёл на работу. Поцеловал её в щёку, спросил, всё ли в порядке. Она сказала: да, конечно, просто устала.

Он не заметил. Или не захотел замечать.

Она сидела и смотрела в окно. На дождь. На пустой двор. На серое небо.

Уезжай, сказал старик. Пока можешь.

Может, он прав. Может, нужно просто уехать. Вернуться в Москву. Забыть это место. Забыть…

Забыть.

Ольга нахмурилась.

Она пыталась вспомнить номер телефона мамы. Тот, который знала наизусть с детства.

Восемь… девять… шесть…

А дальше?

Она закрыла глаза. Сосредоточилась.

Ничего. Пустота.

Она не помнила номер.

Ольга схватила телефон. Открыла контакты. «Мама».

Номер был там. Записанный. Но она не узнавала его. Словно видела впервые.

Она набрала. Гудок. Ещё один.

– Алло? – голос мамы. Знакомый, родной.

– Мам, привет, это я, – сказала Ольга.

– Оля! Как ты? Как переезд?

– Нормально. Мам, я просто… хотела услышать твой голос.

Они поговорили несколько минут. О погоде, о здоровье, о работе. Обычные вещи.

Но когда Ольга положила трубку, она поняла: она не помнит лицо мамы.

Она знала, как мама выглядит. Могла описать: светлые волосы, карие глаза, морщинки у рта. Но когда пыталась представить – увидеть перед собой – было только размытое пятно.

Словно кто-то стёр фотографию. Оставил контур, но убрал детали.

Ольга уронила телефон.

Это начинается, поняла она. Они забирают мою память.

И она не знала, как это остановить.

К вечеру дождь прекратился, но небо осталось серым.

Ольга сидела в гостиной, листая старый альбом с фотографиями. Пыталась вспомнить. Имена. Лица. События.

Некоторые вспоминались легко. Другие – с трудом. Третьи – не вспоминались вовсе.

Она смотрела на фотографию из отпуска – три года назад, море, пляж – и не могла вспомнить, где это было. Какое море. Какой город.

Они забирают по кусочкам, думала она. Понемногу. Незаметно.

Как крысы, которые грызут в темноте.

Она закрыла альбом. Встала. Подошла к окну.