Тимур Темников – Травести бурлеска (страница 3)

Номер, высветившийся на экране, мне, конечно, ни о чём не говорил. Я подождал, пока он закончит свою песню и с досадой оттого, что остался без средства входящей связи, снова сунул его в карман.

Можно, было конечно отключить телефон вовсе, но вдруг позвонит жена. Я вновь почувствовал вибрацию в кармане брюк. Кто-то был очень настойчив. Теперь звонила «Надежда» — так было написано на дисплее. Вероятно, так обозначалась в сотовом моей дорожайшей супруги её лепшая подруга и одновременно начальница, проживающая в соседнем доме и владеющая фирмой «ООО Надежда финанс групп» Надя Самодурова. Фамилия этой любительницы красного (у неё были красные волосы, красные сапоги и красный Daewoo «Matiz») соответствовала её характеру и манере взаимоотношения с окружающей средой. Пока я мысленно воспроизводил в голове её пламенный образ — звонки прекратились.

И хорошо. Мне не нужно было отвечать сдержанно и натянуто, объясняя нелепую ситуацию с путаницей телефонов. Натянуто потому, что отношения с подругой жены, при самом поверхностном их рассмотрении, у меня были никакие. Глубже рассматривать мне их совсем не хотелось.

И так, изначально должен быть книжный магазин. Я не брался за книги уже месяца два. Сваливал свою леность в отношении чтения на:

а) большую часть времени провожу за рулём;

б) устаю как собака;

в) не знаю, чего хочу.

Вчера же, в такси, когда пришлось около часа стоять в пробках, обозвал себя парой грубых слов, ругая за недальновидность и непредусмотрительность. Потому, решил бросить в сумку какую-нибудь книгу на всякий случай. Правда, дребедень, бросать не хотелось, и теперь, став напротив книжных полок, я начал судорожно вспоминать авторов, чьи опусы запали мне в голову своей новизной и непредсказуемостью сюжета, поразившей меня в последние месяцы. В голову, по понятным причинам, ничего не приходило, точнее никто не приходил. Это меня раздражало.

Одна моя знакомая выбирает книги, открывая их наугад, читает первый попавшийся абзац и если он совпадает с её настроением, непременно приобретает, не обращая внимания на отзывы, автора и другие важные и менее важные составляющие. Но, она так часто прокалывалась! В частности, выбирая книги мне в подарок, к какому-нибудь торжеству. Оттого я не рискую повторять её опыт.

Моя практика подсказывает, что лучше использовать при выборе те краткие несколько строчек, что описывают книгу на внутренней стороне её первого листа мелким шрифтом и, порой, абсолютно не отражают действительности. Если там присутствует эмоциональность и неопределённость, то книга стоящая. А если сухое краткое описание сюжета, то зачем тратить время на прочтение толстого тома, когда его смысл можно уложить в пять шесть строк.

Но, сегодня, ни одна аннотация не задевала меня за живое, ни в голове, ни в груди, ни, тем более, ниже. Теперь я колебался не над тем, что выбрать, а над тем, когда уйти: немедленно или чуть позже, механически просмотрев ещё парочку изданий. Меня подтолкнул к выходу телефон. Вновь завибрировал в моём кармане, удивляя такой востребованностью моей жены её окружением.

Я рефлекторно достал аппарат и вновь посмотрел на экран. На этот раз пришла SMS-ка всё от той же Надежды. Что ж я дурака валяю, нужно позвонить жене и сказать, что она перепутала телефоны. Ведь свой номер я помню. Сказать ей, что её ищет полстраны. Рекомендовать позвонить подруге. Хотя, как она это осуществит? Ведь за нас запоминает номера мобильник. Впрочем, это её проблемы.

Я набрал цифры номера своего собственного телефона. Женский голос ответил, что аппарат выключен или временно недоступен — чего и следовало ожидать. Никогда, ничего, просто так, с первого раза, в моей жизни не делается. Я завидую людям, у которых получается всё сразу, и получается успешно. Мне всегда приходиться всё повторять не менее двух раз. Почему в природе невозможно осуществить сразу вторую попытку, минуя первую? Я бы точно стал президентом или миллионером, а может и тем и другим.

Ладно, выключен, так выключен. Значит, она поняла, что телефон не её, и выключила его во избежание возникновения ненужных переживаний. Но вдруг ей звонит подруга по делу? Что если у них непредвиденные обстоятельства, например, в понедельник нагрянет налоговая или нужно будет сдать, какую-нибудь срочную отчётность? Впрочем, чаще её подруга звонит просто так, с делами, которые терпят отлагательства. Хотя, может быть, это всего лишь мой, не совсем верный, взгляд на вещи.

Ну да, Бог с ним. У меня нет привычки заглядывать в чужие SMS-ки, а тем более, если они адресованы моей жене. Если Самодурова позвонит ещё раз, чёрт с ней, отвечу, объясню проблему.

В общем, с первой моей задачей — выбрать литературу, я не справился. Это омрачало. Теперь ждала дорога в фитнес зал. Кривившись, я представил, как буду потеть и корячиться, качая ювенильные, не тронутые физкультурой последние десять лет, мышцы моего живота.

До спортзала, я, конечно же, не дошёл. Ведь я направился туда впервые. Поэтому внутренне твёрдо был уверен, что сегодня туда не попаду. Даже если бы не разворачивавшиеся события, всё одно — произошло бы, что ни будь другое: пожар, потоп, обрушение, шаровая молния — что угодно.

Но, всего лишь, вновь позвонил телефон, призывно завибрировав в кармане. Я набрал воздуха в лёгкие и решаясь, как можно сдержаннее, ответить подруге моей жены, что сегодня она её не найдёт. При этом чувствовал приятность лёгкого злорадства.

— Да, Надя, — я старался говорить тихо.

Но, ещё произнося фразу, я услышал из трубки:

— Здравствуй, малыш.

И сказано это было совсем не голосом руброфильной подружки моей жены. Голос был скорее друга. Неизвестного мне друга.

Вот ты и попалась, красавица моя. Это что ж за хрен называет тебя «малышкой». Оказывается, вот ты какая — пятая колонна!

— Ало! Кто это? — зарычал я в трубку.

Телефон щёлкнул, отключившись.

Нет, я конечно не святой, но мне на телефон, средь бела дня, да ещё выходного дня, пусть неудачно начавшегося, не звонят женские голоса. Я посмотрел на имя входящего абонента. «Надя». Чёрт, разве тут проверишь, Надя это или не Надя. Ведь её номера я не знаю. А, значит под её именем в телефоне жены, может быть кто угодно.

Теперь я забыл о своих принципах. SMS сообщение тоже было от «Нади». Ну-ка, что он там пишет. Удивлению и негодованию нет предела — она, моя жена — поставила пароль на прочтение сообщений.

Стоя, как недоумок, на середине тротуара, я сбросил спортивную сумку с плеча себе под ноги, не заботясь о том, что она испачкается, и стал набирать в телефоне супруги сочетания цифр. Среди них были как обоснованные, типа года рождения её, меня, наших детей, номера квартиры, машины, перебрал дни рождения всех родственников, которых помнил. Потом перешёл к пустому, наобум, нажатию клавиш. Но, конечно же, вскрыть и прочесть SMS не получилось, ни со второго раза, ни с пятого, ни с восемьдесят четвёртого.

Хотелось от досады брякнуть телефоном об асфальт, так что бы он разлетелся на корпускулы. Но может понимание законов физики, а может дороговизна телефона, меня остановили. Для прояснения обстоятельств дела оставался один выход. Вернуться домой и позвонить со стационарного аппарата любимой тёще, у которой в настоящее время должна была находиться моя благоверная. Я ругал себя за то, что не задавался целью запомнить ни один телефон, полагался на всякие электронные и неэлектронные записные книжки, отчего сейчас не мог набрать нужный номер.

Конечно же, я забыл подобрать сумку, но добропорядочная гражданка окликнула меня, когда я едва сделал пять шагов в сторону.

— Ваша сумка, мужчина? — заорала мне вслед старушка скрипучим голосом.

Обернувшись, я увидел изучающий взгляд, полный подозрения на сморщенном маленьком лице под белой панамой. Как же этот незнакомый божий одуванчик меня сейчас злил! Она ведь окликнула меня не из добрых побуждений, а потому что любит порядок и терпеть не может таких разяв, как я.

— Спасибо, — кивнул я ей, натянуто улыбнувшись, и подобрал сумку.

— Ходят тут, сумки оставляют, — услышал я вслед, — террористы!

Я не стал доказывать обратное, но стервозных медсестёр в доме престарелых без горячей воды, у Бога для бабушки попросил.

— Дядя, Саша, а где Вика? — на меня смотрел маленький шепелявый, но симпатичный очкарик, когда я набирал подъездный код.

— Ты имеешь в виду Виктора, моего старшего сына? — переспросил я, нахмурив брови.

Мне не нравилось, когда Вику так называли его друзья. Хотя в семье мы всегда обращались к нему уменьшительно, это не значило, что во дворе, среди мальчишек сыну нужно было проходить под этим именем.

— Ну, да… — пожал плечами малыш, с любопытством разглядывающий меня из-под очков.

Я раньше его никогда не видел. К сыну часто приходили друзья, но этого среди них не было точно.

— Виктор у бабушки на выходных. А ты кто такой?

— Я его друг, — серьёзно отвечал пацанёнок при этом, пытаясь почесать указательным пальцем через ноздрю извилины головного мозга.

— А живёшь ты где, друг? Смотри, палец в носу застрянет, придётся всю жизнь так ходить.

Малыш, словно испугавшись, резко одёрнул руку и спрятал её за спину.

— Не застрянет, не в первый раз, — ответил он смущаясь. — Там живу, он показал на соседский дом. Мы недавно тут квартиру купили. А зовут меня Саша, как и вас.