Тимур Темников – Герой (страница 7)

— Неужели так всё плохо, — пожал плечами Давид, и чуть погодя поправился — в смысле, было.

— Ты представить себе не можешь.

Давид уже не был столь напряжен от беседы.

— Так расскажи, — попросил он.

— Тебе правда интересно, — с лицом полным зелёной мудрости, небрежно спросил Михаил.

Давид молчал.

— Жизнь наркомана — это жуткая жизнь, — задумался Мишка, отхлёбывая из бутылки.

— Что же тебя туда так втянуло? — Давид отмечал про себя, как не хочется ему больше трепаться с этим человеком, ощущал что-то скользкое, но уйти не мог. Не мог прервать разговор. Боялся обидеть.

— Что втянуло? Да как и всех, почти — любопытство. Знаешь, в жизни ведь хочется всё попробовать. Даже наркоту. Я бы сказал, тем более наркоту.

— Почему тем более? — удивился Давид.

— Наверное, потому, что это самый запретный плод.

— Ну, много есть запретного, очень запретного, гораздо более запретного, чем героин, — попытался взять инициативу Додик.

— Например? — азартно спросил бывший наркоман.

— Например, — Давид медлил с ответом, — например, как там пишется: «Не убий, не укради…».

— Да это, вероятно, тоже привносит адреналин в кровь, но нормальному человеку хочется испытать нечто, не навредив другим. Наркота, как раз для этого и создана. Ведь, что наркоман — он никому не делает зла, вредит он только себе.

— Как же, а воровство, грабежи, чтобы купить дозу, об этом же на всех каналах по телеку гудят?

— Так это уже потом, а в начале ух, — Михаил потряс кулаком в воздухе, — кайф и всё такое.

— Хочешь сказать, что нормальному человеку обязательно нужны очень острые ощущения?

— А как же, — изумился Михаил, — очень нужны.

— Мне, например, нет, — Давид поставил бутылку пива на стол, подумав, что на сегодня достаточно.

— Видимо, их у тебя хватает.

— Да ну, у меня жизнь спокойная, размеренная, — скромно потупил глазки Додик.

— Но сегодня ведь ты здесь, а это тоже гормоны удовольствия, так ведь? — отстаивал слова Мишка.

— Наверное, с героином всё равно не сравнить?

— Это точно, — отметил Михаил, и Давиду показалось, что в последней фразе были тоскливые нотки. — Но, — продолжил он, — не стоит пробовать.

— Разговор тебе не в кайф? — скривился Давид, видя реакцию собеседника.

— Хм… — Михаил сделал большой глоток пива, — как сказать, ты всё равно не поймёшь. Кто через это не прошёл — тот жизни не видел. Не хочу тебя грузить, расскажи лучше, как ты сюда попал. Раньше ведь ты здесь не был?

Давид снова почувствовал себя неловко. Он, устыдился самого себя. Действительно, в жизни он мало чего видел, мало чего пробовал, и мало, что знает.

— Да, я здесь с подругой, — почти промямлил он.

— Уа-у, — идиотски скривился Михаил, — где она?

— Да вон, — Давид указал пальцем в сторону шумной компании.

— Та, симпатяжка?

Такое вызывающее слово Давиду не понравилось. Но всё равно, нацепив глупую улыбку, он кивнул головой.

— Классная тёлка, познакомишь? — Михаил хлопнул его по плечу.

«Как братья близнецы в далёком детстве», — пронеслось в голове у Давида.

— Конечно, — всё так же глупо улыбаясь, ответил он. — Пойдем.

Маша отреагировала на нового знакомого с неприкрытым отвращением. Михаила это не смутило. Дальше вечер был скомкан. Михаил взял у Давида номер телефона. Маша оделась. Сказала, что Настя пойдет с ними. И компания из трёх человек: Маша, Давид и Настя ушли.

Когда они проводили Машину подругу, девушка сказала:

— Хочу чтобы ты понял, он нехороший человек.

— В смысле, — всё равно не понял Давид.

— Я говорю, что Михаил нехороший человек, — повторила Маша.

— Ты его знаешь? — насторожился Давид.

— Да, знаю.

Кровь ударила юноше в голову.

— Как это, зачем тогда вы скрыли, что знакомы. А-а? — Давид подозрительно сощурил глаза, — у тебя с ним что-то было?

— Да успокойся, он меня не знает, — резко одёрнула его Маша, — это бывший Настин друг.

Давид успокоился, но лишь на чуть-чуть.

— Ну и что, раз бывший значит плохой, — он обнял её за талию.

— Да, нет, ты не понимаешь, он наркоман.

— Как раз я понимаю, — вальяжно заметил Давид, — я знаю всё. Это я его спас, тогда в туалете, — он сделал ударение на слове «спас».

— Какой герой, — язвительно заметила Мария, — будто я не знала.

— Ну да, конечно — пожал плечами Давид. — Да ты не переживай, он классный парень. И потом, он завязал.

— Ха, — почти закричала девушка, — знаешь, сколько раз он это говорил Насте.

— Теперь — это точно, — уверенно ответил. Додик.

— Точно, не точно, но, пожалуйста, ничего общего с ним не имей, хорошо? — Маша остановилась и посмотрела ему в глаза. — Я надеюсь, ты не дал ему свой телефон?!

— Да нет, нет, — соврал Давид, — я вообще его видел пе… в смысле второй и последний раз в жизни.

— Ладно, всё хорошо, — она наклонила его и поцеловала в губы.

Героиновый плен начинал подламывать. Крутило ноги. Трудно понять непосвящённому, что значит «крутит». Но какой-то тонко чувствующий наркоман, когда-то обозвал неприятные ощущения выворачивания всех мышц на изнанку именно так — «ломка», и попал в точку…

Уже год он употреблял наркотик внутривенно. Он ширялся по два раза на день, и доза была — грамм. Он уже давно обходился без Михаила. Ему не нужно было, делится деньгами, дозой, для того, чтобы Мишка достал наркоту. Он делал это самостоятельно.

Всегда зависимый от мамы, друзей, институтских профессоров, в данном вопросе, Давид успешно справлялся без них.

Сейчас он направлялся к торговцу. Барыга был уже третий по счёту, первых двух посадили. Звали его Шаман. Возможно, от фамилии Шамуров, возможно оттого, что продавал не только герыч, но и всякие галлюциногены. Впрочем, загадка его погонялы, Додика интересовала меньше всего.

С Додика, Шаман брал за грамм на треть меньше, чем, если бы продал всё по единицам. Грамм — это уже был опт, да и Давид постоянный клиент. Притом, платежеспособный постоянный клиент, а это ценилась во все времена, любой сферой обслуживания.

Где Додик брал деньги на «порох», барыгу не парило. Проблемы каждого — это проблемы каждого в отдельности. Шаман был всегда приветлив и улыбался, как порнозвезда с обложки журнала.

Увидев Давида, тут же расплылся любезностями по его ушам:

— До-о-о, — вытягивал он фальцетом, — ну как же я рад тебя видеть, дорогой До. Сегодня, как и вчера, или побольше возьмёшь? — подмигнул он, и жестикулируя, будто водит иглу по вене.