Тимофей Царенко – Злые вещи (страница 10)
– Гляди! Нежить!
Если вы перемазаны в чернилах и выглядите как мертвец, пахнете как мертвец и ходите как мертвец (поджилки трясутся), то мало шансов, что вам поверят горожане с вилами… над головой взвизгнула пуля. Охота за одуревшей нежитью и нечистью была общенациональной забавой в срединной империи. Теперь только гнали Дэвида. Смех смехом, но весть о шустром трупаке разнеслась по городу быстрее пожара. Горожане хватали вилы, мушкеты, дедовы мечи. Мертвяк уверенно избегал погони и играючи выходил из всех возможных ловушек типа кордонов или огневых мешков. Но преследователи всё же сокращали разрыв и уже дышали твари в спину. Несколько сотен бесстрашных мужчин и женщин уверенно гнали мертвяка, чтобы в один из моментов со страшной обреченностью осознать тот факт, что мертвяк просто выбирал поле боя. Неизвестный маг атаковал…
Примерно за две минуты до…
– Срань, срань, срань, срань…
«Срань» Дэвид шептал на каждом выдохе. Одной рукой мальчик сжимал кожаный мешок с золотом. Он становился всё тяжелее с каждой минутой. Второй – кирпич. Духовный предмет никак не желал работать. А люди с добрыми лицами и острыми предметами становились всё ближе.
– Я чую его смердение! Не уйдёт!
– Ну камень, ну давай, ну пожалуйста…
Дэвид выскочил в переулок.
– Блин, камень, я в следующий раз наверное сам…
На стене дома были распяты пятеро девушек. Их тела сплетались в какую-то извращённо-противоестественную фигуру, а внутренности валялись на земле. Оглушающе смердело кровью. Окна ощерились зубами.
В центре композиции стоял высокий старый мужчина с длинными, до плеч, чёрными волосами и в высоком чёрном же цилиндре.
– Юноша, нет вашей вины в том, что будет дальше, – мужчина обратился к Дэвиду. – Не пытайтесь сбежать, тут барьер, сюда можно только войти. Назовите своё имя, я не забуду его.
Хохмач тяжело выдохнул, хихикнул. Посмотрел на камень в своих руках. Его губы скривились в усмешке.
– Казимир!
В этот момент Дэвид утонул в сумрачном слое. И облегчённо расхохотался. Ушёл.
Из сумеречного слоя тот самый барьер смотрелся как огромная рыболовная сеть. И сейчас в эту сеть всё набивались и набивались люди, которые выглядели как бледные тени. Сеть слегка надорвалась, и Дэвид легко выскользнул в щель. Он с трудом мог ориентироваться в сером мире. О том, чтобы вернуться домой, не было и речи. Но этого и не требовалось. Сточный бассейн мальчик различил уверено. И побежал в сторону уродливого сооружения.
Он вышел в реальность рядом с неглубоким квадратными бассейном. Бассейн пах тиной, но позволил Дэвиду отмыть лицо и сбросить приметную куртку. Просто мальчишка в рваной одежде. Ещё одна попытка нырнуть в сумрак успехом не увенчалась.
Хохмач посмотрел на темнеющее небо, на мешок с трофейной сотней в своих руках, и тихо взвыл. Столица в этом районе с заходом солнца переставала быть безопасной. Это мягко говоря.
Прошло два часа.
– О, молодой человек, милый лапсердак, с кого сняли?
Шварц встретил ученика на входе.
– Да, были… варианты, – буркнул Дэвид.
– Варианты – это хорошо, варианты – это замечательно! Скажи, мальчик, а то, что в городе бойня идёт и сюда армейские маги выдвинулись – это, часом, никак не связано с этим серым костюмом, белой сорочкой и шейный платком?
– Сложно сказать…
В этот момент в воздухе трубным гласом заверещал дракон, он завершил манёвр сброса бомбы. Драконы, безусловно, могут плеваться огнём, но способны уронить куда больше взрывчатки с хорошим прицелом. От взрыва завибрировала крыша ангара.
– Я настолько хорош?
Парень поднялся с пола, куда его сбило близким взрывом.
Взгляд наставника стал колючим.
– Половина, мальчик. И я закрою глаза на твои… шалости.
– Я могу хранить деньги тут?
– Половина.
Хохмач снова кивнул. Он, не прощаясь, покинул дом и вернулся двадцать минут спустя, с грязным мешком.
Он высыпал монеты на разделочный стол, отсчитал пятьдесят монет и забрал всё, что осталось.
Чудовищная по меркам мальчика сумма. Зарплата инженера на фабрике за год.
– А мне нравится с тобой работать, малец.
Довольно хекнул мастер Эбрахим и сгрёб монеты.
Рядом что-то взвыло дурниной. Крик оборвался.
– И всё-таки, Дэвид, что же ты учудил там? У меня отказывает воображение, я же прибегну к пыткам!
Распалялся Шварц.
– Вы можете разгадать эту загадку… мастер.
Холодно обронил Хохмач. Маг аж заткнулся.
– Знаешь, мальчик, а пойдём на кухню, покормим тебя. А то ты на людей кидаешься, – участливо ответил Шварц с нехорошей улыбкой. Ты поешь, поешь, а я кое-что поищу…
Что-то подтолкнуло Дэвида торопливо запихивать в себя всю доступную взгляду провизию. Шварц вернулся десять минут спустя. В руках он держал…
– Намордник, на мальчика, 15 лет, мне их на все размеры головы подарили. Иначе никто не поверит, что я тебя контролирую.
В голосе мага мелькнуло неподдельное сожаление. Дэвид яростно жевал.
Сутки спустя, управление дознания.
За столом сидел Орясина. Руки прикованы к столешнице, ноги прикручены к полу.
Выглядел бандит откровенно плохо. Синяки наслаивались так причудливо, что можно было проследить движение задержанного по инстанциям.
Напротив него сидел мужчина с бесстрастным неживым лицом. Голову его украшали крупные чёрные напомаженные кудри.
Неизвестный напоминал манекена, нежели живого человека.
– Ещё раз изложить всю историю. С самого начала.
– Я… пожалуйста, больше не надо, пожалуйста…
– Приступайте.
Голос не терпел возражений.
– Он пришёл, когда появилась луна. Ходил под окнами и причитал «верните залог, верните залог»!
– Как он выглядел?
– Как ну… ежели окорок свиной коптить… вот то же самое. Чернющий! На теле стежки, словно его в разных местах сшивали, волосы сальные, рожа скорчена. Видать не успокоит маг мальчонку… а он метается.
– А как вы поняли, что это нежить?
– Так он на Грика посмотрел. Тот побледнел, рухнул на пол и помер.
– Что было дальше?
– Ну я смекнул, что помирать всем калганом как-то не правильно, и сделал то, что мог. Отдал деньги из сейфа. Мертвец ушёл. Дальше его на улице кто-то заметил.
– Вы знаете почему указанный вами мертвец напал на жителей города?
– А я е… – мертволицый бросил один сердитый взгляд. – …динственное что думаю, ну сталбыть, людишек собралось побольше, ну тогда она их и того!
– «Того»?
– Ну, совсем того!