Тимофей Кулабухов – Тактик 10 (страница 42)

— Вполне разумный план, сэр Рос, — потеребил подбородок принц Гизак. — Если входы и правда существуют.

— Входы есть, но я бы Вас попросил, если Вы там наткнётесь на эльфов, не трогать их, это контрабандисты и они немало помогли мне в ходе войны. Не тронете их, они помогут и Вам.

— Если Вы забыли, сэр Рос, — многозначительно ответил принц, — Я наполовину эльф, что создаёт мне большие расовые трудности среди вельмож Маэна. Думаю, со своими сородичами как-то договорюсь.

— Если так, они Вам и входы подскажут. Но на меня не ссылайтесь, у нас свои, достаточно трудные отношения.

— Учту. И раз уж мы затронули эту тему… Одна из причин нашего разговора, сэр Рос, так это полное отсутствие расизма у Вас в поведении. Что же, я Вас понял и использую каждое слово.

— Желаю Вам победы, Ваше высочество.

— И Вам, сэр Рос. Разберитесь с Рейплом. Он не должен помешать ни Вам, ни мне.

— Справлюсь. Не труднее, чем на Ржаных полях, — я посмотрел на Мейнарда, тот на меня.

— Пообщаемся, когда будет время, Рос.

— Буду ждать, Мейнард.

Принц усмехнулся и, кивнув на прощание, шагнул в портал. Сэр Мейнард последовал за ним. В тот же миг окно в другой край схлопнулось, а руны на земле вспыхнули, прямо на глазах превращаясь в серый пепел.

Мы снова остались вчетвером в ночном лесу.

Фомир тяжело опустился на землю, вытирая пот со лба. Гришейк вышел из тени, его рука всё ещё лежала на рукоятях топоров.

— Ты только что заключил союз с будущим королём, Владыка, — сказал Фомир, его голос звучал немного сдавленно от пережитого напряжения. — Или подписал себе смертный приговор за измену.

— Назир мне не король, я ему в верности не клялся.

— Ну что, обратно в туннели?

— А может, по поверхности пройдёмся? — спросил я Фомира. — Настроения нет по туннелям идти, торопится нам некуда.

— Если мы не торопимся, то можно.

Пока мы шли, то я через Рой отслеживал союзников. В паре миль оказался лагерь клана орков «Красные стрелы».

Ночь была чудесная, передо мной маячил Гришейк, позади пыхтел Фомир, редкие птички пели, настроение было отменным.

Так как тропа шла ровно, я связался через Рой с вождём «Красных стрел».

«Вождь, идём рядом с Вашим лагерем, сообщаю, чтобы Вы понимали, что мы — свои».

«Да, Владыка. Желаете в гости зайти?».

«Нет, мы после рейда, заняты. Но спасибо за предложение».

«Чем-то можем помочь? Мы совершили девять нападений, набрали трофеев, получили доспех… Проявить себя не получается».

«Получится. Скоро у нас большое сражение с Рейплом, берегите силы».

«Это да. Но… Я не как другие вожди, мне не всё равно, переживаю я».

«Вообще-то есть одна мысль. Мне бы шаманку Морриган пригласить ко мне в замок, со всеми почестями».

«Прямо с почестями?».

«Да. Прошу её в гости ко мне как дорогого гостя. Сможете, вождь? Премия — десяток топоров».

«Хэ. Я бы и без топоров… Но за премию спасибо».

Раньше, чем мы дошли до лагеря, вождь сообщил, что в полдень шаманка будет в замке.

— Шустро, — прокомментировал я вслух, но через Рой передал благодарность, а также что жду вождя и шаманку в замок.

И я не просто их ждал, к их прибытию ворота были открыты, и я встречал их обоих лично.

Орки охраны клана и сам вождь смотрели на замок с откровенным удивлением. Так уж получилось, что выкуп рабов происходил у разрушенного, то есть ещё не особенно восстановленного замка. То есть клан «Красные стрелы» буквально первые, кто входят в замок.

Морриган держалась независимо, словно входила в восстановленную цитадель каждую неделю.

А вот лесные орки высказали удивление.

— Орк-друг Хайцгруг, — позвал я командира Первого полка. — Могу я тебя попросить провести экскурсию для союзников? Секретов у нас особенных нет, а так — пусть посмотрят.

Таким образом мне удалось отсечь Морриган от охраны и провести её в свой кабинет, где я немедленно усадил её в кресло и подал горячего чая.

Чай она сразу не стала пить, а вот в кресле ей понравилось. Кресло было обращено к камину, который был сейчас растоплен и как мог, согревал кабинет.

Шаманка Морриган Пьющая Кровь, духовный лидер Леса была полной противоположностью своему дикому прозвищу. Это была невысокая, полноватая орчиха, с хитрым взглядом, сгорбленная под тяжестью прожитых лет. Её сероватая кожа была покрыта сетью глубоких морщин, как потрескавшаяся от скупого лесного солнца.

Её глаза… маленькие, очень тёмные и ясные, смотрели на мир с такой пронзительной мудростью и хитростью, что становилось не по себе. В них не было ни капли старческой немощи. Только острый, как лезвие, ум.

Я помнил, что она поддержала меня на совете и это дорогого стоило.

Она была одета в искусно выделанные шкуры и увешана десятками амулетов из костей, камней и перьев. В руке она сжимала посох из чёрного дерева, увенчанный черепом какого-то крупного хищника. От нее исходил терпкий запах сушёных трав, дыма и горечи ядов.

Морриган долго молчала, обводя зал своим всевидящим взглядом, словно читая историю замка по камням. Её взгляд задержался на мне.

— Ты позвал меня, Владыка Орды, говорящий с богами, — голос шаманки был скрипучим, как старое дерево, но в нём звучала нескрываемая сила. — Духи леса шептали мне, что ты много думаешь и ищешь ответы.

— Может, они и правы, духи Ваши, мать Морриган, — сказал я, садясь напротив неё. — Я ищу механики. Принципы работы. Я, до того, как пришёл сюда, много слышал о проклятии Леса Шершней и я отнёсся к этому проклятию с большим уважением. Однако пока что услышал только сказки и рассуждения Фомира про пустой грунт и камни.

— Камни это ерунда. А проклятие вполне себе существует, — коротко ответила шаманка, с достоинством сложив руки на груди.

Морриган хитро прищурилась, её морщинистые губы изогнулись в подобии усмешки. Она взяла со стола глиняную чашу с чаем, но не спешила пить. Она просто держала её в своих узловатых пальцах, глядя на меня поверх края.

— Ты не похож на других людей, Владыка Голицын, — проскрипела она. — У тебя в голове нет жажды власти и жажды золота. У тебя в голове шестерёнки как у гномьих часов. Ты хочешь разобрать мир на части и посмотреть, как он устроен. Довольно-таки опасное любопытство.

— Я не пытаюсь разрушить мир, а любопытство помогает мне выживать, — ответил я. — Так что насчёт проклятия Леса?

— Ты просишь рассказать правду, но отвергаешь сказки, — она покачала головой. — Глупый молодой человек. Ведь всякая правда начинается со сказки.

— Пусть так. Я доверюсь Вашему возрасту и мудрости.

— Так-то лучше, Владыка. Я расскажу тебе сказку, а ты уж сам решай, где в ней правда.

Она отставила чашу и устремила свой взгляд в огонь, словно читая в нём прошлое.

— Давным-давно, когда даже наши предки были молоды, этим замком правил человеческий князь. Не просто князь, а могущественный колдун. Он был одержим идеей вечной жизни и пытался подчинить себе саму природу. Он вырубил весь лес до последнего деревца, чтобы построить на его месте много-много деревень, собирать с них налоги и стать богатеем. Лес умер. Но дух Леса не исчез. И тут надо вспомнить про другую сказку, которая ещё старше этой истории.

— Я запутался, — попытался вставить я, но шаманка плавным жестом остановила меня.

— Это старая человеческая сказка, её рассказывают во всех частях Гинн, но относится она к Лесу Шершней.

Я покорно кивнул, хотя слегка сбился с мысли, только что был князь…

— Жил-был один маленький мальчик-орк. Родители его умерли, он голодал и однажды злые люди погнались за ним с целью убить, чтобы он не напоминал им, что этот мир когда-то принадлежал оркам. И вот, они погнались за ним, а мальчик спрятался под кустом и стал молить матушку-землю, чтобы защитила его, спасла.

Я слушал затаив дыхание, потому что эта сказка немного напоминала мне «гуси-лебеди».

— И мать-земля сжалилась над мальчиком, и она дала ему силу, и он вырастил вокруг себя лес. Его преследователи испугались и убежали. Они убежали, а он остался и стал жить в этом лесу, и стал первым орком, и первым вождём в Лесу Шершней.

— Эээээ… Я понял, хорошая сказка, а как это связано с тем князем?

— А князь попытался вырубить тот лес.

— Попытался или вырубил?