Тимофей Кулабухов – Тактик 10 (страница 44)
Фомир потёр переносицу, собираясь с мыслями. Усталость отступала под натиском профессионального любопытства. Это была его территория. Территория знаний, магии, энергии, а не грубой силы.
— Это… не совсем обычная история, Рос, — медленно начал он, подбирая слова. — В Академии такие темы под строжайшим запретом. Официальная доктрина гласит, что это прямое обращение к тёмным богам, сделка с демонами, нечто, не поддающееся анализу. Но…
Он сделал паузу, и в его глазах блеснул огонёк учёного, который не может удержаться от запретной темы.
— Существовала и другая теория. Неофициальная. Еретическая. Её сторонников отлучали от магии и отправляли в ссылку. Она рассматривала любой ритуал не как молитву, а как… математический процесс.
Он замолчал, словно проверяя, готов ли я услышать подобное. Я молча кивнул.
— Согласно этой теории, — продолжил Фомир уже более уверенно, — каждое живое существо обладает тем, что мы называем «жизненной эссенцией». Не душа. Скорее, персональное магическое поле, которое поддерживает функционирование организма. Когда существо умирает, эта эссенция просто… рассеивается. Тихо и незаметно. Но если смерть насильственная, внезапная, травмирующая…
Он наклонился вперёд, его голос понизился до шёпота:
— Если организм испытывает запредельный уровень стресса, боли, страха, эссенция не рассеивается. Это скорее ближе к детонации. Происходит мгновенный, колоссальный выброс всей накопленной за жизнь энергии в окружающее пространство.
— И?
— Ну что за «и»? — проворчал Фомир, складывая карты и перемешивая. — Жрецы и шаманы, за тысячи лет практики научились использовать этот всплеск. Тебе нужен энергоёмкий ритуал? Используй жертвоприношение с кровью и болью. Жрецы создали ритуальные условия, которые работают как фокусирующие линзы. Они не создают энергию. Они просто собирают этот выброс и направляют его на нужную им определенную цель. Например, подпитка божества, активация артефакта, управление погодой и так далее. В данном случае тебе Морриган рассказала про локальную магию, которая может заставить древние камни пробудиться и вырастить лес.
— Когда ты об этом говоришь, Фомир, всё кажется простым, как покупка пива в трактире.
Он откинулся в кресле.
— Чем «чище» и концентрированнее изначальная эссенция — молодость, отсутствие болезней, магический потенциал и чем сильнее эмоциональный всплеск в момент смерти, тем мощнее детонация. Поэтому в самых тёмных ритуалах всегда используются… — он запнулся, — определённые типы жертв. Это не прихоть тёмных сил. Это просто… техническое требование. Максимальная эффективность.
Он замолчал, с тревогой глядя на меня. Он, наконец, понял, куда я веду. Он думал, я ищу оправдание для чудовищного поступка.
— А теперь, Фомир, — прервал я тишину. — Вернись к тому, почему я нахожу проблему там, где её нет.
— Да потому! Ты зациклился на рассказе бабки-орчихи! Забудь ты о жертвоприношениях. Тебе просто надо дохрена энергии, и ты запустишь ровно тот же процесс. Понятно, что выдать на-гора надо это там же, у Каменных стражей, надо повторить магическое воззвание, заклинание, которое сказала шаманка.
— А ты можешь это сделать? Или вернее, как это сделать? Ну, если можно полностью отказаться от убийства невинных девушек.
— Могу. Я, знаешь ли, многое могу.
— А это можешь? Можешь вытащить на себе ритуал?
— Ну, в одно лицо я помру, твоя светлость, натурально врежу дуба. Однако если у тебя нет цели меня угробить, то всё тут намного проще. Ты драматизатор включаешь там, где не надо.
— Кхе. Не будем про мой драматизм, а про ритуал?
— Ну, как же…
— Давай подойдём к этому как инженеры. Перед нами задача: создать мощный, концентрированный выброс чистой магической энергии. Какие у нас есть варианты, не прибегая к убийству?
Фомир выглядел озадаченным.
— Ну… теоретически… можно без всяких фокусов собрать всех магов, что у нас есть. И часть ведьм. Сделать магический круг… Нет, даже два, круг в круге, это двойная синхронизация. У них есть запас маны, потом влить в круг ману из артефактов-накопителей. Много влить. Само собой, это невероятно сложно и опасно. Кто-то моргнёт, сморкнётся — они просто сожгут друг друга к хренам. Само собой, нам нужны проводники.
Он хлопнул себя по лбу:
— Ведьмы! Ведьмы Бреггониды! Их природная магия, тесно связанная с землёй, позволит создать живой контур! Они смогут безопасно провести огромный поток энергии к Каменным Стражам!
Фомир закончил свой возбуждённый монолог и посмотрел на меня, тяжело дыша.
— Элегантно, — произнёс я. Восторг от инженерного подхода был вполне искренним. — Ну что, делай все приготовления, ресурсы какие только понадобятся, если кто завыкобенивается, скажи мне, утрясём.
День за днём, сутки за сутками, сбивая руки в кровь, работали крестьяне, вырубая широченные участки Леса Шершней.
День за днём десятки кланов лесных орков совершали нападения на вырубки, что не меняло общей картины.
Три дня назад мы развернули катапульту и сделали шесть выстрелов по предпоследнему лагерю Рейпла, вызвав пожар.
Кстати, от «ответки» мы катапульту еле спасли. Пожар враги потушили, наши нападения и вылазки имели результат, но ничего глобально не меняли.
Рейпл героически преодолевал наши поползновения и продвигался к замку Тетра.
Армия Рейпла Златогривого, двадцать пять тысяч человек, раскинула свой лагерь на огромной просеке, которую они сами же и создали. И они были уже очень близки к замку Шершней.
Их костры горели тысячами огней, образуя упорядоченную сетку. Они не маскировались, не боялись, они жаждали драки и считали себя готовыми к ней. Их самоуверенность была почти осязаема. Они считали, что загнали зверя в угол, и теперь могли позволить себе неторопливо готовиться к финальному удару.
Мой ментальный взор скользнул по их расположению. Кавалерия скученно стояла на западном фланге, пехота формировала плотные каре в центре. Осадные машины подтягивались к северному краю вырубки. Всё, что они делали, было логично и грамотно. Ну, за исключением того, что это было ещё и жутко предсказуемо.
То есть, недели вырубки привели к тому, что они готовились к классической осаде, предсказуемо и понятно для них.
Разведка практически отсутствовала. Редкие патрули лениво обходили периметры двух последних обитаемых лагеря, не решаясь подходить к границе леса.
Я переключил сознание на ментальную сеть
Воздух вокруг мегалитов гудел от напряжения. В центре круга из гигантских камней стоял Ластрион. Бледный, но абсолютно сосредоточенный, он вносил последние коррективы в сложную вязь рун, соединявшую его с огромными кучами загутай-камня. Ведьмы Бреггониды стояли по периметру, взявшись за руки, и монотонно бормотали свои заклинания, вплетая свою природную магию в создаваемый контур.
Я нашёл сознание Фомира.
Невероятно серьёзный маг стоял пока что в стороне, координируя процесс. Через него я почувствовал смесь дикого научного азарта и животного страха перед мощью, которую они собирались высвободить.
Я почувствовал, как по их группе пробежала волна напряжения.
Мой ментальный взор метнулся на север, далеко за пределы вражеского лагеря. Там, в десяти милях от вражеского лагеря скрывались четыре моих ударных полка. Первый полк под командованием Хайцгруга и Второй полк Новака и далее.
Четыре тысячи моих лучших бойцов.
Я подключился к Хайцгругу. Орк сидел на поваленном дереве, его боевой топор лежал на коленях. Вокруг него в полной тишине расположились его воины.
Орки это нечто суровое, это нечто готовое умирать и убивать.
Ни одного костра. Ни одного лишнего звука. Только лес и ожидание. Орки хотели драки, и орки сейчас получат драку.
Магия. Лес вспыхнул магией.
Около каменных стражей, которые, кстати, не были орками, вот ни разу, поскольку их создавали древние люди, теперь фокусировал на себе древнюю магию, ритуал, который собирался совершить снова.
Гоблинская разведка, между тем, чувствовала беспокойство.
Несколько магов в зелёных мантиях подбежали к шатру Рейпла Златогривого и гоблинам это не понравилось.
Я увидел панику магов.
Они указывали на юг, в сторону леса, где группа Фомира уже начинала предварительную фазу ритуала. Они чувствовали исходящие от Каменных Стражей магические флуктуации.
Из шатра вышел сам Рейпл. Высокий, золотоволосый, уверенный в себе. Он выслушал своих магов, а потом лениво отмахнулся, словно отгоняя назойливую муху.
Я не мог слышать его слов, но этот жест был красноречивее любой фразы. Он отбивался от наших атак неделями, поэтому считал это природной аномалией проклятого леса, не более. Его взгляд был устремлен на юг, потому что до замка оставалось всего-то пару миль.
Две мили. Минимальное расстояние и всё же — очень далекое.
Тем временем магия начала работать.