Тимофей Иванов – Между водой и камнем (страница 54)

Невермор мог бы снова побыть моими глазами, но сейчас я был слишком сосредоточен на быстром подъёме остальных бойцов. Оставалось надеяться что два самых лучших воина отряда удержать плацдарм для остальных. Гибкие лозы поднимали вверх одного наёмника за другим и похоже забираясь на относительно ровную поверхность, они тут же вступали в схватку. С плато раздавались новые визги, а так же удары клинков о дерево, камень и плоть. Вдруг один из гоблинских голосов перешёл на крик, а мы внизу оказались вынуждены быстро отойти на несколько шагов в сторону. Сверху упало голосящее тело, с громким влажным шлепком впечатавшееся в камни. Рядом с гоблином приземлилось его копьё с каменным наконечником. Без обид, носатый, не стоило нападать на пастухов.

Наверху же всё закончилось довольно быстро, я даже не всех успел поднять к краю плато. Однако закончил работу, после чего кивнул барсу на девушку, за которой надо присмотреть и сам воспользовался кривым аналогом лифта. Последний участок был не слишком удобен, но справится удалось и с ним, в камне хватало неровностей, за которые можно уцепится. Встав в полный рос, я увидел не слишком приятную картину. Гоблины валялись мёртвыми, несколько человек стояли рядом с местом подъема, остальные прочёсывали плато. Само оно было немаленьким, на глазок с четыре футбольных поля, но на нём почти не было растительности, а лишь среди камней долго прятаться не получится. Быт же гоблинов был скромен, тут наличествовало несколько кострищ и навесов из шкур, напоминающих палатки. Причём сдаётся мне материал предварительно сняли всё с тех же овец.

— Потери? — поинтересовался я у Абракса.

— Нету — помотал он головой — Мэллону и рыцарю вроде по началу жарко пришлось, но броня спасла. Да и гоблины не сразу всей толпой прибежали.

— Это хорошо — кивнул я, повернувшись.

Море отсюда и правда было видно, по волнам плясали отражения молодого месяца и звёзд. Не так мы и далеко. Но прямой дороги до пляжа не существовало, как и нормальных подходов к воде. Опять скалы. Мать Природа свидетельница, они уже стали мне надоедать. Местами горы тут конечно поросли лесом, но однако его всё равно было маловато. Может однажды действительно заняться озеленением?

Пока мной владела меланхолия, народ разбрёлся по плато, выловив парочку вражеских дезертиров. Уйти не сумел никто. Ну а мы получили бесполезное барахло, испорченные шкуры и на удивление неплохие верёвки. К тому же староста горной деревни одарил нас уже нормальной овчиной. Как Зинко его не доил, а денег у Стригольфа всё равно практически не водилось. Зато спать по ночам стало теплее. Путь же продолжился.

Ещё одну деревню горцев мы миновали просто пополнив припасы, а затем вернулись к берегу моря, постелив два поселения рыбаков. К счастью там тоже все были живы и почти здоровы, правда никаких особых новостей рассказать не могли, скорее уж пытались узнать у нас о том, что творится в большом мире. Мы же в свою очередь имели возможность пересказать лишь то, что слышать в Мидзалоне. Но по крайней мере хорошо поели рыбы, готовить её местные умели как никто.

А через четыре дня пути во время обычной болтовни с Мэлланом я предупреждающе поднял руку, попросив его замолчать. Квартерон выждал несколько секунд, после чего спросил:

— Что такое?

— Невермор разглядел в море эльфийский корабль. Летит посмотреть поближе. По силуэту у горизонта много не поймёшь — сообщил я ему.

— Они тут не редкие гости — проговорил рыцарь — Граница с гномами уже недалеко, а торговля с подгорными жителями всегда хороша. Пожалуй теперь даже отличная. У них война, продовольствие скупают почти не торгуясь.

— Зато за оружие и броню скоро вес в золоте начнут требовать — проворчал я.

— Тут они всегда были прижимистыми — пожал Эмбер плечами — Хотя тебе-то грех жаловаться, раз гномью кольчугу прикупил.

— Перестану, когда весь отряд в латы работы коротышек приоденется — отозвался я.

— Как бы на вас с такими шкурками все окрестные рыцари не объявили сезон охоты из одной только жадности — рассмеялся сын герцога — Целое ж состояние на себе носить будите.

— Если объявят, то я вспомню, что с благородных можно трясти выкуп — скупо улыбнулся я.

— Кстати давно хотел задать один вопрос — проговорил рыцарь — Зачем ты так поступил с бароном Форкизом?

— Потому что не считал его благородным — просто ответил я, мысленно помянув добрым словом Лармина. На сколько я знаю Винсент меня никому не закладывал, наёмники тоже вряд ли болтали лишнего, пусть чеканные монеты в теории могли развязать им языки, но всё же самым вероятным кандидатом был именно наш бывший проводник. Уж ему-то доложить обо всём сам Свет велел. Однако не вижу смысла отрицать собственные поступки и делать вид, будто я не я и хата не моя — Нет ничего хорошего в том, чтобы убивать безоружных и продавать их в рабство. Собственно рыцарское сословие вне зависимости от титулов существует как раз для того, чтобы подобного не допускать.

— А тех, кто охотился бы на вас ты стало быть посчитал бы благородными людьми — хмыкнул Эмбер.

— Естественно — пожал я плечами и поднял руку для наглядности — Клянусь Светом, мы уж точно не безоружные рыбаки или крестьяне.

Сын герцога увидел мои замерцавшие золотом пальцы, но уточнять формулировку к счастью не стал. Я ведь не обещал, что никогда не буду пытать благородных, просто констатировал, что наша банда может за себя постоять. Эмбер же перевёл разговор на немного иную тему, сказав:

— Рад это слышать. Просто предпочитаю понимать с кем имею дело, но не очень понимаю тебя. Иногда поступаешь почти как жрец Света, леча больных в деревнях. Но при этом не брезгуешь пытками. Это странно.

— Для тебя возможно. Для магов природы это норма — пожал я плечами, самую малость приврав — Этот мир существует в балансе и мы пытаемся ему следовать. Форкиз причинял муки другим, я не вижу ничего такого в том, чтобы причинить муки ему. Ты дрался вместе с нами против троллей, не прячась за чужие спины, я не могу разглядеть ничего странного в том, чтобы прикрыть твою. Люди в деревнях были добры к нам, так почему бы мне не проявлять доброту к ним? В сущности всё довольно просто.

— Говоришь как жрец, а не маг — хохотнул Мэллон.

Наёмник к счастью был не в курсе, что Корнегуру и большинству его коллег на людей в целом плевать примерно так же, как волку плевать на серых хищников из другой стаи. Это у меня ещё немного бродят в душе отголоски прошлого мира со всякими «возлюби ближнего своего» и иными представлениями о допустимом и недопустимом. Правда вряд ли я когда-нибудь займусь миссионерской деятельностью шире, чем среди тех, с кем просто общаюсь каждый день.

— Говорю как есть — осталось мне только пожать плечами.

— По хорошему тебе с такими мыслями всё таки в храм бы сходить — произнёс Эмбер, но был прерван мной.

— Да твою мать!

— Что ты имеешь ввиду? — напрягся рыцарь.

— Я не тебе, а в общем — слегка махнул я рукой — Долетел ворон до корабля и это наши старые знакомые.

— Те самые, что ту деревню сожгли? — переспросил Мэллон.

— Они, с@ки — подтвердил я — Того нарядного мудака не перепутать, корабль мне тоже запомнился хорошо. И половина парусов у них сейчас убрана.

— Значит ждут вечера — констатировал квартерон — В какую сторону хоть идут.

— Да не в какую. Галсами на месте топчутся — проговорил я.

Глава 24

Выдохнув и пару раз мысленно матюгнувшись, я припомнил карту. Впереди у нас была мелкая деревенька Чешуйная, которая со слов Мэллона являлась тем ещё объектом страсти окресных остряков. Чешуя рыб и рептилий в здешнем языке тоже имела некоторое отношение к слове «чесаться», а это всё таки признак болезней, в том числе и амурного свойства. Дальше за ней находилась Крабовка и замок сира Дэлиона Гапри. В первой, что логично, ловили членистоногих, хотя я бы пожалуй скорее назвал это охотой. Магический мир накладывал свой отпечаток, крабы вырастали весьма крупными, некоторые были размером с собаку. И это из тех, кто приходит на мелководье, привлечённый тухлятинкой, в глубинах такое водилось, что разве что танковым снарядом панцирь вскрывать. Гапри же были присяжными рыцарями в третьем поколении, получившими землю чуть менее века назад, а само их жилище нельзя было назвать чудом фортификации, но находилось оно в весьма неплохом для обороне месте. Не Комвиф понятное дело, но крепкий орешек… если нападение не проспят.

— Сир Эмбер, у меня будет просьба — обратился я к сыну герцога официальнее обычного, спрыгнув с коня и достав из «кладовки» лист бумаги с чернилами и пером — Нужны два письма. Одно в Чешуйную, второе к сиру Дэлиону. Люди из деревень должны валить на×рен с побережья, потому что мы можем и не успеть. Но ворон точно доставит послание вовремя.

— Не проблема — отозвался рыцарь, принимая письменные принадлежности и садясь на ближайший камень. Хорошо иметь компетентного специалиста, я в таких условиях нарисовал бы кучу каракулей при вагоне клякс — Правда не уверен, что смерды умеют читать.

— Староста может уметь, да и в любом случае это не пустая попытка — проворчал я. Большевики и ликвидация безграмотности, где вы, когда так нужны⁈ — К тому же в Чешуйную мы успеваем в начале ночи, если поднажмём.

— А если эльфы пойдут западнее, то будем утром, когда всё закончится — мрачно продолжил фразу Эмбер.