Тимофей Афаэль – Шеф с системой. Трактир Веверин (страница 55)
— Я — ёрш.
Он приподнял бровь:
— Ёрш?
— Мелкий, колючий, костлявый. Попробуешь проглотить — подавишься. Застряну в глотке, и никакой лекарь не вытащит.
Щука смотрел на меня секунду, другую — а потом громко расхохотался.
— Ёрш! Ёрш против щуки! Это я запомню!
Я подождал, пока он отсмеётся. Смех — это хорошо. Смех означает, что он расслабился, а расслабленный человек легче соглашается на сделки.
— Ладно, Ёрш, — он вытер глаза и снова стал серьёзным, хотя в уголках губ ещё пряталась усмешка. — Чего ты хочешь?
— Мне нужны поставки редких продуктов с юга мимо глаз Гильдии.
— Контрабанда, — он покачал головой. — Серьёзная контрабанда. Белозёров узнает — будет война.
— Белозёров занят. Давит меня через Судью и Посадника. Ему сейчас не до твоих складов.
— Сейчас — не до моих. А потом?
— Потом я вырасту достаточно, чтобы он не рискнул меня тронуть. И тебя — вместе со мной.
Щука отпил вина, и я видел, как за рыбьими глазами крутятся шестерёнки. Он просчитывал риски, выгоды, варианты отхода.
— Допустим, — сказал он наконец. — Что я получу?
— Пять процентов от чистой прибыли с каждого блюда, где используются твои продукты.
— Щедро. Слишком щедро. Где подвох?
— Никакого подвоха. Ты даёшь товар, я делаю из него золото. Все в выигрыше.
— А если кинешь?
— Я только что не убил твоего Мясника. Хотя мог, и ты это видел. — Я выдержал паузу. — Не кидаю партнёров. Не потому что боюсь, а потому что это плохой бизнес. Репутация дороже любых денег.
Щука крутил бокал, глядя на вино так, будто там были написаны ответы на все вопросы. Потом поднял глаза и протянул свою жесткую ладонь.
— По рукам, Ёрш.
Я пожал.
— По рукам.
Щука поднялся и кивнул на неприметную дверь в глубине кабинета, обитую тем же деревом, что и стены.
— Идём. Покажу, что у меня есть. Тебе понравится.
Мы прошли через узкий коридор, спустились по скрипучей лестнице и оказались перед железной дверью с тремя замками. Щука возился с ключами, и я слышал, как щёлкают механизмы.
— Сюда даже мои ребята не заходят, — сказал он, толкая дверь. — Только я и покойный управляющий. Он слишком много болтал, пришлось его… уволить.
Дверь открылась, и я шагнул внутрь.
Склад был небольшим — шагов двадцать в длину и десять в ширину — но то, что здесь хранилось, стоило целое состояние. Полки от пола до потолка были забиты бочками, ящиками, мешками, шкатулками. Пахло пряностями, чем-то терпким и незнакомым.
Я активировал Дар.
Мир изменился. Привычный полумрак отступил, и над каждым предметом зажглись строчки — названия, характеристики, степень качества.
Я шёл вдоль полок, и с каждым шагом внутри разгоралось что-то похожее на детский восторг. Я попал в пещеру Али-Бабы для повара. Здесь лежало то, о чём я мечтал с первого дня в этом городе.
— Нравится? — Щука наблюдал за мной с усмешкой.
— Откуда всё это?
— Отовсюду. Корабли идут с юга, останавливаются в устье, мои ребята встречают. Гильдия берёт пошлину с официальных грузов, а неофициальные… — он развёл руками, — как-то сами находят дорогу ко мне.
Я остановился у бочки с маслом, провёл пальцем по крышке. Система подсветила содержимое зелёным. Масло было высшего качества, именно то, что нужно для настоящего песто или правильного теста.
— Сколько можешь поставлять в неделю?
— Масла — бочку, может две. Томаты — сколько скажешь, их много. Специи — зависит от сезона, сейчас есть запас.
Я кивал, прикидывая в уме объёмы и рецепты. Пицца, паста, соусы — всё это теперь становилось реальностью. Не жалкие подделки на местных ингредиентах, а настоящая еда, которую я готовил в прошлой жизни.
— Беру всё, — сказал я. — Составим список, обговорим цены. Первая партия — через четыре-пять дней, успеешь?
— Успею. — Щука прислонился к дверному косяку. — Ты серьёзный человек, Ёрш. Мне такие нравятся.
Я хотел ответить, но взгляд зацепился за верхнюю полку в дальнем углу. Там, в полутьме, стояла пыльная, явно забытая среди более ходового товара небольшая шкатулка.
Система вдруг вспыхнула как сигнальный огонь.
Я замер, подошёл к полке и снял шкатулку из тёмного дерева, с потускневшими медными уголками. Пыль лежала на крышке толстым слоем — её явно не трогали уже давно. Я открыл, и Система развернула информацию прежде, чем я успел разглядеть содержимое.
Внутри шкатулки лежал кусок чего-то похожего на застывший мёд. Субстанция желтовато-белая, полупрозрачная, с тонкими прожилками. Пахла она странно: горьковато, но свежо.