Тима Лу’на – Шёпот королевских сердец (страница 5)

– Здравствуйте, – ответил отец, настороженно. – С чем пожаловали?

– Для начала позвольте представиться: я герцог Оскар, приближённый короля Альфреда. Я прибыл просить руки вашей дочери, – провозгласил он. – Ваша дочь не будет знать нужды, я сделаю всё для её счастья.

Услышав это, я едва не вскрикнула. Даже если родители согласятся, – а я этого очень не хотела, – я никогда не выйду замуж за такого человека! За того, кто просто так врывается в нашу жизнь, демонстрируя своё богатство и положение!

Отец, выслушав герцога, ответил спокойно, но твёрдо:

– Если наша дочь согласится на ваше предложение, я не буду препятствовать. Но если откажет, я её поддержу.

Герцог Оскар кивнул, его лицо не выражало никаких эмоций, но в глазах мелькнула нетерпеливость. – В таком случае, позвольте узнать решение вашей дочери.

Мать вошла в дом и позвала меня. Я колебалась, но всё же пошла. Перед выходом мать шепнула: "Если не хочешь – не соглашайся". Я лишь кивнула.

Выйдя на крыльцо, я увидела, как герцог Оскар спешился. Он приблизился, его улыбка казалась натянутой и неприятной.

– Здравствуйте, милая леди, – проговорил он.

– Здравствуйте, – ответила я холодно, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Я пришёл просить вашей руки. Я сделаю вас… – начал он, но я его перебила:

– Да, я уже слышала. Но, простите за прямоту, я не принимаю ваше предложение.

В этот момент герцог кивнул одному из своих стражников, и тот, подойдя к двум стоящим рядом сундукам, с грохотом открыл их крышки. В одном красовались роскошные платья, в другом – горы золотых монет.

– Примите мой подарок, – сказал герцог, его голос стал настойчивей, – и пересмотрите своё решение.

– Нет, – ответила я твёрдо. – Я уже решила. Я не выйду за вас замуж, и ваши богатства мне ни к чему.

Лицо герцога Оскара потемнело от ярости. Он стиснул кулаки, но, сделав глубокий вдох, кивнул мне и, сев на коня, уехал, оставив за собой только облако пыли.

Отец и мать обняли меня, их объятия были полны нежности и облегчения. Вместе мы вернулись в дом. Через пару дней отец, всё ещё с перевязанной головой, ушёл на рыбалку, а мать – на рынок. Моя помощь им больше не требовалась, и я отправилась к мосту, надеясь увидеть Артура.

Осторожно спускаясь по тропинке, я увидела его сидящим на мосту. Он что-то вырезал из дерева, его сосредоточенное лицо было обрамлено каштановыми волосами. Увидев меня, он поднялся, взял мою руку в свою и поцеловал тыльную сторону ладони. Я улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается по телу.

– Я так долго ждал вас! Где вы пропадали все эти дни? – спросил он с явной тревогой, его тёмные глаза выражали беспокойство.

– Извините, что не пришла, – сказала я. – Отец поранился, и мне пришлось работать вместо него, а ещё помогала матери. Не было времени.

– Что нового в деревне? – спросил он, его лицо смягчилось.

– К нам приезжал герцог, – ответила я.

– Зачем? – насторожился Артур.

– Просил моей руки, – сказала я, – привёз два сундука: один с платьями, другой – с золотом.

– И вы согласились? – спросил он, в его голосе слышалось недоверие.

– Конечно, нет! – возмутилась я. – Я бы никогда не вышла замуж за богатого человека просто так.

– Почему? – он выглядел немного растерянным.

– Не знаю, – пожала я плечами. – Они часто бывают слишком самолюбивыми и спесивыми.

– А за стражника короля? Или за принца? – спросил он, его глаза блеснули озорным огоньком.

– За стражника, возможно, – засмеялась я, – а за принца… думаю, нет.

– Я хотел сказать вам кое-что, – начал он, его глаза блестели озорством. – Я стражник короля.

– Правда? – удивилась я.

– Да, – улыбнулся он. – Я думал, испугаю вас, поэтому и не говорил раньше. Но раз вы сказали, что вышли бы замуж за стражника… решил признаться.

Мы рассмеялись, легко перейдя к другой теме.

– Вы когда-нибудь бывали на той стороне моста? – спросил Артур, указывая на противоположный берег.

– Нет, никогда, – ответила я.

– Тогда пойдёмте, – сказал он, взяв меня за руку.

Мы поднялись по самодельной лестнице, и когда я оказалась наверху, меня поразил открывшийся вид. Вдали высился огромный королевский замок, знакомый с детства, но теперь он предстал передо мной во всей своей монументальной красоте. Я застыла, полностью очарованная.

– Как звали того герцога? – спросил Артур, наблюдая за моей реакцией.

– Оскар, – ответила я, всё ещё любуясь панорамой.

Проведя там некоторое время, мы спустились к мосту. Уже пора было прощаться.

– Мне пора, – сказала я с сожалением.

Он взял меня за руку. – Как быстро пролетело время с вами… Я бы никогда не хотел вас отпускать, – прошептал он.

Я смутилась от его слов. – Честно говоря, и мне не хотелось бы уходить… но родители будут волноваться, я должна вернуться.

– Хорошо, – сказал он. – Я буду ждать вас здесь каждый день.

– Но мы договорились о дне через день, – напомнила я.

– А я всё равно буду приходить, надеясь, что вы придёте. И ещё… примите мой подарок, – он протянул мне маленькое деревянное сердце, искусно вырезанное из дерева. – За всё это время…

Я взяла подарок, чувствуя тепло его руки в своей. – Я буду беречь его, – прошептала я, и, повернувшись, ушла.

Долгое время после возвращения домой я сидела, сжимая в руках маленькое деревянное сердце. Его тёплая гладкость успокаивала, но мысли всё равно возвращались к Артуру. Я вспоминала его глаза, его улыбку, касание его руки… Эти воспоминания были ярче и теплее, чем всё остальное.

Мои грёзы прервал стук в окно. Оливер. Мой друг детства. Когда-то я любила его, и мы мечтали пожениться. Родители были бы рады такому союзу. Он старше меня на два года, и когда мне исполнилось шестнадцать, он, будучи совершеннолетним, изменил мне. Простить я его не смогла. Но он так отчаянно умолял сохранить дружбу… Я не выдержала и согласилась. С тех пор мы были лишь друзьями.

– Амелия, выйдем прогуляемся? – протянул Оливер.

– Нет, не хочется, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

– Ну пожалуйста, – умолял он.

– Я же сказала, что не хочу, – повторила я спокойно, откладывая деревянное сердце.

– Ладно, – пробормотал он и, к моему удивлению, ушёл очень быстро.

На самом деле, несмотря на то, что мы договорились оставаться друзьями, я давно уже не считала его своим другом.

После ухода Оливера пришла мама и тут же засыпала вопросами:

– Почему ты не выходишь с ним гулять? Раньше вы были неразлучны! Поссорились?

Она ничего не знала о его измене. Я промолчала про это, сказав лишь, что мы остались друзьями. Ложь, горькая и липкая, как мёд на губах.

– Я не хочу гулять с ним, – ответила я, голос звучал тише, чем я хотела.

– Доченька, пойди прогуляйся ради меня, он так просил, чтобы я тебя уговорила. Мне его даже стало жалко.-говорит мама. Умеет он уговаривать, этот Оливер… всех, кроме меня, видимо.

– Ладно, – выдохнула я, и вышла из дома, сжимая кулаки в карманах бежевого платья. Сердце билось где-то в горле, тяжёлым, свинцовым грузом. Как только я появилась на улице, Оливер возник, как призрак, с одинокой ромашкой в руке. Он протянул её, лицо бледное и растерянное. Я прошла мимо, не взглянув на цветок, и резко сказала:

– Пошли, но быстро. У меня нет времени на разговоры.

Он бросил ромашку под ноги, словно она была виновата в моей холодности. Его плечи опустились, и он пошёл следом, не поднимая глаз. В тот момент я заметила на его руке – тонкий, почти незаметный шрам, прямо под мизинцем. Шрам, которого раньше никогда не было. И в моей голове пронеслась мысль: "Может, это… след от кольца?". Кольца, которое *она* носила.

Елена. Имя, которое жгло, как раскалённый уголь. Елена, с которой он мне изменил. Их роман был тайной, известной всем, кроме моих родителей. Тайна, которая долго скрываться не могла. Родители узнали. Спросили прямо, не скрывая беспокойства: изменил ли он мне? Я солгала, сказала, что мы давно расстались, остались друзьями. Ложь покрыла меня липкой, противной пленкой.