Тим Волков – Улыбка мертвеца (страница 24)

Купив пирожное, коллеги уселись в коляску.

— Московская, Некрасовский дом, — распорядился Березин.

Извозчик, однако же, вовсе не торопился ехать. Обернулся, как показалось доктору — чуть смущенно. Протянул сложенный бумажный листок:

— Тут это… постреленок велел передать… Беспризорник…

— А кому? — вскинул глаза Иван Павлович.

— Дак сказал — доктору.

— Так мы оба доктора, — Березин пожал плечами. — Читайте, Иван Палыч!

Доктор развернул записку и невольно вздрогнул:

«Ради Бога, спасите Матвея!» — было написано на вырванном из тетрадки листке.

Глава 12

Через полчаса коллеги вновь были в больнице. Часовой в серой милицейской форме сидел у двери палаты и разгадывал кроссворд в какой-то местной газете.

— Не положено! — завидев идущих по коридору людей, милиционер вскочил на ноги и положил руку на кобуру.

— Как это — не положено? — возмутился Николай Иванович. — Мы же врачи! Вы что такое говорите-то, а, товарищ Свиряков?

— Ах, да, — узнав докторов, часовой несколько смутился. — Вам, товарищ Березин — можно! А вот насчет вашего приятеля никаких указаний не было. Звиняйте, не могу пропустить!

Осанистый, коренастый, крепкий, Свиряков сильно походил на быка. Особенно — сейчас, когда смотрел вот так, исподлобья.

— Ну, и ладно, — махнул рукой Иван Павлович. — Я тогда в коридорчике подожду… Чего уж.

Часовой был прав, и спорить с ним не стоило, тем более, стоял он здесь не по своей воле.

— Хорошо, хорошо! — махнув рукой, доктор Березин вошел в палату…

И тут же вышел с самым растерянным видом:

— Товарищ Свиряков… А где больной-то?

— Как это где? — пошевелив усами, развел руками милиционер. — В палате должон. Мимо меня не проскакивал.

— Так нет его! — Николай Иванович возмущенно хмыкнул. — Зато форточка нараспашку!

— Как нет?

Все трое переглянулись и дружно бросились в палату…

Койка была пуста. Сквозь распахнутую форточку, улыбаясь, сияло осеннее солнце.

— В форточку проскользнул, гаденыш! — нервно чихнув, выругался Свиряков. — Побитый-побитый, а шустрый! Как та собака, которую били-били — да зря!

— Ну? — Иван Павлович строго взглянул на часового. — И что теперь делать?

— Да! — поддержал наезд Березин. — Нам-то все равно! У нас ведь не тюрьма… Ну, сбежал больной — и черт с ним. Случалось. А вот вы…

— А я? А что я-то? — небольшие, чуть на выкате, глазки милиционера испуганно забегали. — Я это… Не то… А вы мене не обвиняйте! Я… я побегу… найду… Душу выну!

— Никто вас и не обвиняет… А куда-то бежать уже поздно!

Обернувшись, доктор незаметно подмигнул к коллеге. В голову вдруг пришла неплохая мысль — заполучить в местном Управлении наркомата внутренних дел хоть одного лояльного человечка.

— Вас как зовут? — напустив на себя самый доброжелательный вид, спросил Иван Павлович.

— Меня-то? Сергей… Сергей Фролыч… Или — Фролович, кому как удобней.

Доктор Петров быстро кивнул:

— Вот что, Сергей Фролыч! Вашей вины тут никакой нет… Вам ведь не приказывали заглядывать в палату?

— Н-нет… Да вы и сами слышали — начальство просто приказало никого не пущать. Вот я и…

— Вот и я говорю, — улыбнулся Иван Павлович. — Не сомневайтесь, Сергей Фролович, мы все подтвердим и на вашу сторону встанем! Верно, коллега?

— Да-да, — Березин тут же кивнул.

— Это… благодарствуйте… А… что ж теперь делать-то, люди добрые?

— Акт составим, — доктор Петров развел руками. — Ну и в Органы надо сообщить… Николай Иваныч, в больнице есть телефон?

— А как же! — приосанился коллега. — Аж целых два. Один — в ординаторской и второй — на посту дежурной сестры. Только на посту — местный, внутренний. А в город — из ординаторской надо… Идемте, Сергей Фролыч, я провожу.

Незадачливый часовой не то, чтобы совсем успокоился, однако чересчур нервничать перестал, и — что самое главное — явно было доволен отношением к нему со стороны обоих врачей. Впрочем, Свиряков мог и притворяться… Но, если так, это великий актер!. Щепкин!

Что же касаемо телефонной связи, то с этим дела в Спасске нынче обстояли плохо. Нет, связь-то была, но — сугубо внутригородская, еще по старинке — через коллектор с «телефонными барышнями». Связь же междугородняя отсутствовала напрочь, что, откровенно сказать, сильно тяготило Ивана Павловича. Ни жене на последнем месяце беременности не позвонить, ни с начальством посоветоваться. Сам-один и крутись!

Был бы паром, или ходили бы лодки — так и проблем не имелось! Со станции «Бережная» спокойно можно было бы дозвониться в Москву, или, в крайнем случае, послать телеграмму. Сейчас же до Бережного — никак! Парома нет, на лодках никто не возьмется! Бурное течение, большая вода… А скоро и первый лед встанет! Тонкий, коварный — не перейдешь.

На лестнице послышались голоса, и доктор пошел навстречу:

— Ну, что, Сергей Фролович, дозвонились?

— Дозвонился, — хмуро отозвался Свиряков. — Сразу на начальство и попал! Степан Ильич уж у нас любит… И в выходной прийти, и вечерком заглянуть — службу проверить. — Дотошный! — Березин одобрительно кивнул.

Милиционер неучтиво скривился:

— Не то слово! Уже сходу мне выговор объявил, строгий. А еще сказал — коль ты упустил, тебе и искать! В свободное от основной службы время. Иначе, говорит, уволю… Ох-хо-хохоньки…

Чуть помолчав, Свиряков тяжко вздохнул и покачал головою:

— Уволит — куда я пойду? Чем семейство кормить буду? В Управлении зарплата хоть и небольшая, да вовремя! А еще и паек. И форма…

— Ничего, Сергей Фролыч! Мы вас в этом деле не бросим, — быстро заверил Иван Павлович. — Парень-то из нашей больницы сбежал… Так и мы, вроде бы как, обязаны! Надо нам, Сергей Фролыч, встречаться, обговаривать все… А поиски можно прямо сейчас обсудить!

— Да какое там, — Свиряков отмахнулся. — Всю жисть при пересыльной тюрьме… младшим контролером… А потом — сократили. Не меня одного. Сказали — ненадобно столько. Хорошо, в милицию перевели… И вот… Эх, незадача!

— А лет-то вам сколько. Сергей Фролович?

— Сорок пятый пошел…

— Да уж. Не мальчик… — доктор Петров потеребил переносицу, словно бы поправляя несуществующие очки. — У вас с памятью как?

— Да не жаловался…

— Очень хорошо! Тогда обсудим, с чего начать… что вам конкретно делать.

Иван Павлович чуть подумал:

— Вот Матвей… ну, парнишка это, сбежавший… Розонтов Матвей… в больничной пижаме был, в тапках… Да, на улице сейчас потеплело. Но, целый день так вот не побегаешь! Да и в таком виде беглеца вполне могли заметить! Куда он побежал… может, его ждал кто? Вот это, Сергей Фролович, вы и установите. Справитесь?

— Да уж, не дурней паровоза!

Встретиться договорились через два дня, вечером, в ординаторской.

— А если что срочное, вы не стесняйтесь, звоните в гостиницу «Коммерческое подворье». Скажете… Доктору Петрову пошит новый пиджак. Тогда в тот же вечер — в ординаторской. Или даже… Вы сквер у гостиницы «Коммерческое подворье» знаете?

К обеду приятели припозднились. Пока то, пока се… Хорошо, хоть пирожные не забыли!

— Ой! Картошечка! — ахнула Варвара Тимофеевна. — Мое любимое… Ах, Коля…