Тим Волков – Старатель (страница 41)

— Вот это славно!

Пароход — действительно, очень удобно. А, главное, быстро! От Форта Громов до Благовещенска не полтора дня на баркасе плюхать, а за шесть часов с комфортом доплыть! Всего шесть часов… Это ж можно… можно людей из города нанимать, специалистов! Только вот пароход… Свой пока что строить дороговато, да. Планы конечно колоссальные, но ведь иначе нельзя.

— Слушайте, Миша… — глядя, как принимают швартовы, я покусал губу. — Вот это вот «Елисей»… Он у нас, считай, попутный. А если б по расписанию ходил? Скажем, в неделю — два рейса? Или хотя бы — один?

— Так людей столько нет! — рассмеялся Полозов. — Я имею ввиду — пассажиров. Что, пароходства себе в убыток работать будут?

— Людей нет, потому что четкого расписания не имеется! — резко возразил я. — Будет расписание — будут и пассажиры. Станиц, что ли, по берегам мало? Да староверских сел?

Инженер махнул рукой:

— Староверы на пароход не сядут! Он для них словно черт. Хотя… духоборы как раз прогресс!

— Вот! Сами же говорите. Как думаете, с кем можно насчет рейсов потолковать?

— Да с кем угодно, — Михаил развел руками. — Только рейсы-то нужно будет с губернаторской канцелярией согласовать…

— Взятки? — понимающе ухмыльнулся я.

Собеседник отрицательно покачал головой:

— Вовсе не обязательно. Понимаете, владельцы пароходных товариществ — многие — гласные городской Думы! Так сказать, избранники. То же Дмитрий Бенардаки или Николай Хворостов, известный в городе меценат. С ним поговорить… Может, и не откажет. Хотя бы пробные рейсы… Но, это уже на тот год, по весне.

— Год пролетит быстро, и не заметим. Но, думать о будущем надо уже сейчас! — сходя по трапу, наставительно заметил я.

Гласный городской Думы… А почему бы и самому не баллотироваться? Тогда пусть попробует поднять хвост тот же Огнев! А уж о есауле Денькове и говорить нечего. А что? Выборные технологии мне немного известны… Правда, это пока — дело будущего. Но, думать о нем нужно уже сегодня. Иначе никакого будущего не будет!

За пристанью, у небольшого вокзала, уже толпились извозчики — и дорогие «лихачи», и дешевые крестьянские «ваньки». Помня об имидже, я помахал светлобородому мужичку на лаковом фаэтоне с желтым благовещенским номером.

— Любезный! В «Савой». Там подождешь…

— Слушаюсь, барин!

Гостинца «Савой», принадлежавшая торговому дому «Чурин и Ко», славилась своей кухней и бильярдом, да и вообще относилась к разряду весьма фешенебельных и недешевых. Впрочем, я и не собирался брать самый дрогой номер. Для имиджа было достаточно одного слова — «Савой»!

В паре кварталов от гостиницы, к слову сказать, проходила широко известная в некоторых кругах улица, именуемая в народе Беспардонной, где располагалось с десяток публичных домов на любой кошелек и вкус. Конечно, не парижские Сен-Дени или Пляс Пигаль, но… тоже неплохо. Очень удобно для господ постояльцев!

Сняв номер, мы забросили вещи в гостиницу и спустились к дожидавшемуся у парадного входа извозчику. Трехэтажное здание «Савоя», выкрашенное в бирюзовый цвет и украшенное лепниной было выстроено известным городским архитектором Михаилом Лащенко в стиле псевдо-барокко и не без оснований считалось одним из самых красивых зданий Благовещенска.

— На Беспардонную? — едва мы уселись, осведомился извозчик. — В номера-с?

Я изумленно вскинул голову:

— С чего это, голубик, нам — в номера? Это что, у нас на лбу написано?

— Так, господа… все туда едут! — пожал плечами возница. — Сначала заселяться, а потом сразу в номера-с!

— Поехали! — засмеялся я. — Только не в номера, а в универсальный магазин «Кунст и Альберс»! Знаешь, где?

— А как же-с!

Универсальный магазин торгового дома известнейшего в Благовещенске торгового дома «Кунст и Альберс» представлял собой вычурное двухэтажное здание, башенками и обильной лепниной напоминавшее знаменитое казино в Монте-Карло. Внутри вовсю сновал народ…

— Э… Александр Андреевич… Мы зачем сюда? — удивленно осведомился Полозов. — Если что для форта купить, так дешевле на складах, оптом.

— А мы, Михаил, сюда не за дешевкой явились!

Наскоро осмотревшись, я придержал пробегавшего мимо приказчика:

— Любезный! Лавка готового платья где?

— А вот, извольте-с!

— Зачем нам… платье? — поморгал инженер.

Я усмехнулся, взяв его под руку:

— Не нам, а — вам! Ваш костюм, друг мой, похож на нескромное одеяние африканского короля в изгнании! А вы ведь, можно сказать, мой зампотех!

— Кто-о?

— Заместитель по научно-техническому развитию! Соответственно, и одеваться должны… Ну, хотя бы — «на выход»…Так-с! Посмотрим, что тут у них есть?

Мише мы купили модный темно-серый сюртук с высоким воротником и покатыми плечами, штучные синие брюки тонкого сукна, и черное пальто из английской шерсти. Все обошлось около сотни, но оно того стоило… Несмотря на слабые возражения господина Полозова!

— Не беспокойтесь, вычту из вашей доли! — улыбнулся я. — А что вы думаете? По одежке встречают! И провожают… не всегда по уму…

Здесь же, в лавке, за пятак мы наняли мальчика — нести покупки. Сей достойный молодой человек и проводил нас в оружейный магазин, расположенный на втором этаже, рядом с лестницей.

Михаил уже ни о чем не спрашивал. Идем за оружием — значит, так надо.

Приказчик — дородный мужчина в синей бархатной куртке — сдержанно поклонился:

— Чего изволитес-с, господа?

— Два револьвера, — быстро отозвался я. — Надежных и не очень дорогих.

— Капсюльные или под патрон?

Я ненадолго задумался. Капсюльные револьверы, при их архаичности, имели важное преимущество по сравнению с револьверами под унитарные патроны: не требовалось бегать в поисках боеприпасов. В запасе нужно было иметь только капсюли, камеры же барабана заряжались порохом и пулями. Пули же можно было запросто изготовить либо в «пулелейке», либо просто просверлив в твердой деревяшке отверстия нужного диаметра, да потом залить туда свинец.

Правда, подобное оружие имело и недостатки. Курок нужно было взводить перед каждым выстрелом, помня, что не полностью взведенный курок становился в положение «на предохранителе». Так что если чуть-чуть недожать — выстрела не будет. Капризно!

— Под патрон. Желательно из новых.

Приказчик улыбнулся:

— Есть «Кольт», «Леташе»… Но, особо рекомендую — «Смит-Вессон» второго образца! Кстати, недавно принят на вооружение!

— О, я слыхал! — неожиданно улыбнувшись в ответ, Полозов потер руки. — Барабан на шесть патронов, семь дюймов — длина ствола, экстракция гильз.

— Да, и мощный «русский» патрон! — довольно закивал продавец. — Убойная вещь, господа. Главное — легкий, меньше трех фунтов! Отличный выбор!

— И сколько?

— Ну-у… для вас — за шестьдесят рублей, господа!

— Берем! Только сразу зарядите.

— О, конечно, конечно! Вам завернуть… или сунете сразу в карман?

Я давно хотел купить что-то вот такое: относительно компактное, удобное, огнестрельное. Предосторожность в наших краях далеко не лишняя. Тем более с учетом того, какими делами я занимался. К золоту так и тянет всякого мусору. К тому же приобрести оружие в Российской Империи не составляло никаких проблем. И да — усовершенствованная «русская» модель «Смит-Вессона» подходила мне как нельзя лучше!

Подозвав извозчика, мы забрали у мальчика купленные вещи и уселись в коляску. Сквозь набежавшие облака тускло сверкало солнце.

— Черт! — кое-что вспомнив, я вдруг ударил себя по лбу. — Михаил, поезжайте в гостиницу, а я уж попозже сам доберусь… Кстати, что вы там говорили насчет доктора?

— Да, да, есть один человек, — охотно напомнил Полозов. — Правда, из ссыльных…

— Да мне все равно! Лишь бы дело знал.

— Он очень хороший врач! Начинал интерном в Петербурге, в Обуховской больнице, даже получил должность… Однако, связался с народовольцами…

— Понятно, — я махнул рукой. — Сослали в Сибирь. Где он теперь, кем? Поди, санитар?

— Да. В земской больнице. С жалованьем сорок восемь рублей. Я увижусь с ним сегодня же! Но… — поправив очки, Михаил вдруг замялся. — Он может попросить встречи с хозяином. То есть — с вами.

— А вы сами-то где с ним встречаетесь? — уточнил я.