Тим Волков – Курс на СССР: На первую полосу! (страница 8)
Что делать с этой чертовой книгой? Что? Мысли путались, лезли из головы, и, казалось, торчали, словно иглы у дикобраза. Так что же делать-то? Спрятать? Чтобы невзначай подставить родителей и себя?
Я тряхнул головой. Понял, что не о том думаю. Гребенюку книжку дал Леннон, Виталик. Откровенно говоря, Виталий не такой уж интеллектуал и не оголтелый антисоветчик. Так, малая фронда, как все. Импортные диски, Сева Новгородцев и прочие Би-Би-Си по ночам, вряд ли больше. Откуда у Леннона такая книга? Явный антисоветский самиздат! Кто ему ее подсунул?
Нужно было выяснить, и как можно быстрее. От этого зависело, что делать с книгой? Вернуть хозяину? А вдруг это провокация? Вдруг сам Леннон и есть тот самый провокатор, агент? Что, так не может быть? Может! Очень даже может…
А что, если КГБ уже в курсе всего? И вот уже завтра… нет! Уже сегодня ночью за мной приедет черный «воронок»! Арестуют, привезут на допрос, и угрюмый капитан КГБ с квадратным подбородком и ледяным взглядом начнет допрос, угрожая мне расстрелом!
Нет, конечно, не расстрел, но судьбу могут испортить капитально! И не только мне, но и тем, кто со мной связан. К примеру, Гребенюку. Да хоть и той же Наташе! Хочу я этого? Нет! Так, тогда нужно…
А что тогда нужно? Отнести «книгу» в КГБ? Сообщить о ней Николаю Семеновичу, мол, случайно нашел. Ну, уж это совсем плохая идея! А вот с Ленноном поговорить, да! Ему же книгу и отнести, пусть возвращает хозяину.
А если хозяина, возможно и автора, накроют? Или за ним давно уже следят? А потом возникнут вопросы: кому давали почитать, кто читал, да не донес, не сообщил? Ситуация поганая.
— Саш, ужинать иди! — повала с кухни мама. — Отец будет поздно сегодня.
Пришла уже. А я и не заметил. Все думал. Тьфу! Да и есть что-то не хотелось совсем.
Я заглянул на кухню:
— Не, мам, спасибо. Мы в редакции чаю попили с тортом… День рождения отмечали… Так что сыт!
— Смотри, так и до гастрита недалеко!
— Но, вечерком чайку выпью.
Кухня с ситцевыми занавесками. Обклеенный коричневатыми обоями коридор, телефон, чеканка на стене. Все эти родные, знакомые с детства, вещи неожиданно успокаивали, делали ситуацию какой-то отстраненной, чужой. Словно все это не со мною происходило.
Подумав, я спрятал самиздат под матрас, резонно полагая, что вряд ли КБГ окажется таким уж расторопным. Ничего, ночку это чертово «Черное время» пролежит. А завтра я верну это Леннону! И спрошу, откуда?
В прихожей зазвонил телефон. Мать взяла трубку. Я невольно напрягся! Неужели, все же.
— Саша, тебя! Девушка!
Девушка?
Выскочив из комнаты, я взял трубку и радостно улыбнулся, услышав знакомый голос:
— А-а! Наташа, привет!
Наташа звонила из Ленинграда, из хозкорпуса в студенческом городке — там были установлены междугородние автоматы. Рассказала что-то веселое про учебу, спросила, как у меня дела… и обещалась приехать уже очень скоро, к седьмому ноября, на Октябрьские.
Да! Совсем скоро уже.
— ЗдОрово! — я закричал в трубку. — ЗдОрово! Сходим куда-нибудь… и вообще…
Вообще-то, она сказала, что соскучилась. Только вот я не очень понял, по городу, по деду или по мне? Наверное, по всему сразу.
После разговора с Наташей я успокоился и уже не вспоминал про книгу, а образ угрюмого гебешного капитана с ледяными взглядом растаял, как дым.
Наташа приезжает! Наташа!
Полдня на работе я сидел и глупо улыбался. Даже Серега Плотников заметил. Усмехнулся:
— Влюбился, что ли?
— С чего ты взял?
— Да больно уж у тебя такой… глуповатый вид… Ла-адно, не обижайся! Обедать идешь?
— Да не знаю…
Пообедал я пирожком с мясом, который взял за десять копеек в ларьке по дороге к остановке. Дождался троллейбуса и поехал в центр города, к дому Метели.
Нет, нет, Маринка мне сейчас была не нужна, просто на первом этаже ее дома располагался фирменный музыкальный магазин «Мелодия». Ну, подарок-то Наташе я должен был купить! Дарить духи ли там помаду на революционный-то праздник я посчитал моветоном! А из цветов тут были уместны разве что красные гвоздики! Наташа же их не любила, насколько я успел узнать. Тогда что оставалось? Правильно, грампластинка! Ну, конечно, не с записями «Любимых песен Ильича»…
— Молодой человек, на следующей выходите? — старушка в бостоновом плаще толкнула меня зонтиком.
Вот ведь, задумался! Едва нужную остановку не проехал.
— Да-да, выхожу…
Стоявший рядом высокой парень лет двадцати пяти, глянув на меня, хмыкнул. Он, кстати, тоже покупал пирожки в том самом ларьке. Худощавый брюнет с приятным интеллигентным лицом, он чем-то напоминал молодого инженера или учителя. Или даже студента. Хотя, нет, студент выглядел бы моложе и куда безалабернее! У этого же из-под модной расстегнутой крутки виднелись строгий темный костюм и светлая рубашка с галстуком. Галстук тоже модный, узкий, «селедочкой». Ишь ты, пижон!
Над витриной магазина рабочие вешали кумачовый лозунг — «Да здравствует 65-летие Великого Октября!». Довольные прохожие несли в авоськах докторскую колбасу и баночки венгерского горошка «Глобус». Видать, выбросили к празднику. Как раз на любимый всеми салат «оливье». Настрогать тазик, сходить с коллегами на демонстрацию, и к телевизору. Смотреть парад! Чем плохо-то?
Странно, но мажоры у входа не толклись и фирмУ из-под полы не предлагали. Наверное, опасались предпраздничных милицейских облав.
Зато в самом магазине было не протолкнуться! Тоже, верно, что-то подвезли к празднику… И уж точно не речи партийных бонз!
Я сразу пристроился в очередь. Как все, не глядя.
— Что дают?
«Давали» лицензионную «АББу» и «советский 'Спейс» — «Зодиак», альбом «Музыка во вселенной».
В очереди альбом критиковали: «слишком заумный, то ли дело 'Диско-альянс!»
— Да ничего и не заумный! — громко произнесли за спиной. — Очень даже. Вполне.
Я обернулся…
То самый брюнет! С галстуком.
Улыбнулся, подмигнул даже:
— Слушай, скажешь, что я за тобой занимал? А я пока метнусь в «классику». Жена Моцарта просила глянуть.
— Конечно, скажу, делов-то!
Парень вернулся через пару минут, довольный, с пластинкой в глянцевой упаковке. Очередь недовольно зароптала.
— Да-да, товарищи он за мной занимал! — важно подтвердил я. — Ну что, купил своего Моцарта?
— Ага! Сороковая симфония, супер! Жена, понимаешь, в музыкалке…
Симпатичный парнишка, вполне обаятельный, хоть и пижон немного. На какого-то артиста похож… ммм… не вспомнить.
— О-о! — брюнет глянул через мое плечо и скривился. — «Аббу», похоже, разобрали.
— Ничего! Зато «Зодиак» остался… И еще вон, «НЛО», группы «Москва», — кивнул я.
Незнакомец озадачился:
— Хм… «Москва». Не слышал! Стоит брать?
— Ну, вообще-то это Тухманов.
— Тогда возьму! Есть у меня «По волне моей памяти».
Эва, какую старину вспомнил! «По волне моей памяти»… Во французской стороне, на другой планете… предстоит учиться мне в университете…
— Молодой человек, вам что? «АББА» кончилась!
— «Зодиак» давайте!
— Три пятьдесят. За глянцевый конверт надбавка!
— Пожалуйста…