Тэя Ласт – Опасный союз. Стать невестой врага (страница 4)

– Пап, кем ты работаешь? – задаю, казалось бы, глупый вопрос, а он резко вскидывает на меня нахмуренный взгляд: – Почему наше производство лекарств зависит от других людей? И почему этот идиотский брак поможет компании?

Я намекаю на то, что он мне когда-то давно рассказывал, как и где производят лекарства. О том, как долго и маленькими шагами он шёл к тому, чтобы достичь подобных масштабов. Теперь я даже и не знаю, что скрывается под словом «масштабы».

– Лея, – вдруг устало звучит он: – Сядь.

Указывает на стул и трёт лицо. В эту минуту он напоминает того папу, который, несмотря ни на что, не оставил меня на попечении пятнадцати нянь. И да, хоть она у меня была, я всё равно ощущала присутствие и любовь отца.

– Наверное, ты права, – говорит он с печальной улыбкой: – Если я требую от тебя взрослого поступка, то должен и сам вести себя так, да, родная? Теплота и мягкость сбивают меня с настроя его ненавидеть за тот выбор, к которому он меня принуждает, и я, закусив губу, киваю.

– Да, пап, потому что я совсем ничего не понимаю.

Он с шумом втягивает в себя воздух и, поджав губы, с пару секунд смотрит на меня.

– Наша деятельность лишь небольшой винт в огромном механизме, дочка, – начинает он серьёзным тоном: – Мы самое крупное подпольное производство, Лея. Официально мы не занимаемся изготовлением лекарств, лишь только импортными поставками в свою фармакологическую сеть. Однако на самом деле, за нашим амбаром стоит очень много влиятельных людей, которым выгодно, чтобы так казалось, понимаешь? Хмуро киваю, и пока всё ещё не могу взять в толк: – И вместе с тем, как у нас есть защитники, у нас есть те, кто готов занять наше место… И более того, они считают, что это возможно, – отец складывает руки в замок и продолжает: – Юсуповы с давних времён самая влиятельная семья города. Они отвечают за многие сферы, Лея, без них не проходит ни одно важное событие/решение…

Пытаюсь сложить воедино его рассказ, но пока получается смутно.

– То есть ты меня выдаёшь замуж за человека, который также, как и ты, занимается криминальными вещами?! – на последних словах голос немного переходит на визг: – И ради чего, пап?

Признаться, лучше бы я просто смирилась с информацией от Риты, потому что невозможно переварить это всё от единственного родителя. К тому же, из всего сказанного едва ли я поняла то, что должна.

– Лея, у тебя шикарная жизнь, лучшие вещи, праздники, безлимитные расходы. Ты считаешь, что такая жизнь достаётся легко?! – серьёзно спрашивает он, а я ошарашено смотрю на него.

– Но я ведь этого не просила! Ты сам давал мне эту жизнь! Навязывал… – тут же парирую в ответ.

– Дочь, – перебивает папа, как только я раскрываю рот, чтобы сказать что-нибудь ещё: – Юсуповы гораздо выше нас в пищевой цепочке. Точнее сказать, они на её вершине, и если эта сделка не состоится…

– Что?! Этот Алан убьёт своего партнёра?! – вскрикиваю, вскакивая с кресла.

– Мы не партнёры, Лея… – мрачно замечает отец: – Я так сказал, потому что хотел уберечь тебя от всего этого.

Качаю головой и хватаюсь за неё, потому что только сейчас осознаю, в каком вареве лжи я жила. Все годы меня пичкали какой-то ерундой, лишь бы я не спрашивала почему… И вот сейчас он пытается распутать этот клубок, только потому что ему это выгодно. То есть я выхожу замуж даже не за партнёра?! А вообще неизвестно за кого, очень важного и опасного…

– Не понимаю, – шепчу, дёргая волосы: – Они ведь приезжали в гости! Ты же сам говорил, я дружила с этим…Юсуповым!

– Да, всё так. Но мы были и есть в одной касте, я подчиняюсь ему с момента, как он занял место своего отца… – папа смотрит на меня прямым взглядом, а до меня вдруг доходит.

Останавливаюсь, глядя на него с полным шоком в глазах. Я смотрела много всяких фильмов, особенно американских, где любят показывать русскую мафию в чёрных рубашках с открытой грудью в татуировках.

А сейчас я смотрю на своего отца в его твидовом костюме и не могу поверить.

– То есть все приёмы, люди, твои коллеги, что приходили к нам в дом, они всё… – У меня, кажется, даже волосы дыбом встают от осознания: – Убийцы, воры и преступники?

Отец практически закатывает глаза.

– Они все имеют вес в нашем сообществе.

Невольно вылетает смешок… Это, значит, так теперь называется.

– Мафия, бандиты, пап… Называй уже вещи своими именами, – смотрю на него с полным разочарованием, хотя даже не представляю спектр вещей, которые он делал или делает.

Сама мысль, что я дочь бандита, вводит меня в полную прострацию. И теперь Даня, что снова пишет мне сообщения, кажется ещё более далёким, чем был до этого…

Глава 5

Я уже жду Даню в нашем любимом кафе. Два дня мне потребовалось, чтобы всё сложить и взвесить. Конечно, часами прореветь, потому что решение, к которому я пришла, оно слишком болезненно.

Но, наверное, только после разговора с отцом я осознаю глобальность прокручиваемых ими действий, и, увы, этот механизм я не смогу ни остановить, ни сломать.

Как объяснил отец, их иерархия крайне важна, и есть определённые тонкости, которые люди, подобные ему, чтут чуть ли не выше семьи.

Безусловно, настолько спокойный разговор смог случится только после моей истерики и крика, что я не хочу быть такой. Однако он быстро заткнул мне рот, сказав, что я уже родилась такой.

Один вопрос не даёт покоя всё это время, и я старательно хочу найти на него ответ. Однако осознаю, что это нереально.

Как мама на такое пошла… Как она согласилась выйти замуж за такого мужчину?

Вопросов, к сожалению, больше, чем ответов. Но, полагаю, в связи с новой жизнью у меня будет время покопаться в прошлом, потому что пока я не доберусь до правды, я не смогу спокойно спать.

Сейчас я лишь надеюсь, что выдержу этот непростой разговор и когда-нибудь смогу смириться со своей новой жизнью.

– Малыш, – Даниил подходит к столу с огромным букетом красных роз, а я, не скрывая улыбки сквозь слёзы, вскакиваю обнять его: – Я соскучился.

Он прижимается ближе ко мне, а я чувствую эту всепоглощающую боль.

– Дань, – всхлипываю, когда он отрывается от меня и нежно, с трепетом касается губ.

– Как ты чувствуешь себя? – говорит мне в губы, усаживает и меня, и себя на диван у столика: – Иногда мне хочется прибить твоего отца за эти ваши правила…

Даже чуть грозно он говорит, а я нервно смеюсь, стирая слёзы, что беспрерывно катятся по щекам.

– Да… Я тоже, – говорю искреннюю правду, и это он ещё не знает её.

Но Даня всегда, с самого начала наших отношений, говорил, что устои моей семьи отличаются от современного мира. Вплоть до того, как мы обедаем, где и как живём. А я, глупая, считала, что это просто отец привык жить так, как привык.

– Дань, – снова повторяю, заглядывая в его искристые тёплые глаза.

Он поглаживает костяшками пальцев мою щеку.

– Ты уже заказала? Прости, я еле вырвался, поэтому задержался…

– Дань, – перебиваю парня и крепко сжимаю его ладонь.

Он, наконец, видит, что со мной что-то не так, и хмурится.

– Что случилось? – обескураженно спрашивает, пытаясь найти ответы в моих глазах.

Собираюсь с духом и делаю шумный выдох.

– Нам нужно расстаться, – выдаю глухо и почти шёпотом, а он даже немного кривит лицо.

И я вижу, что не верит. Качает головой с глуповатой усмешкой.

– Лея?

– Прости, – касаюсь губами его руки, не пряча слёз: – Но это…

– Шутка? – вскидывает он брови: – Да ведь?! – пытается увидеть хоть что-то, но я едва ли сдерживаю свои рыдания.

– Мы не можем быть вместе.

Он буквально фырчит, выдёргивая свою ладонь из моих, а я прикрываю рот, чтобы не реветь тут навзрыд.

– Ты о чём вообще?! – Свиридов нервничает, раздражённо постукивает по столу, глядя на красивейший букет: – Я люблю тебя, слышишь?! Что случилось за эти дни?!

Киваю болванчиком, глядя в стол. Так больно я никогда сама себе не делала. И да, это все обстоятельства и прочее…

Но как бы мне ни было плохо, я не стану подвергать опасности человека, который мне дорог, просто потому что моя семья оказалась по уши затянута в криминальный мир.

– Тебе кто-то что-то сказал?! – он предпринимает ещё одну попытку и хватает меня за щёки обеими руками.

Пытается стереть слёзы, а я только пуще прежнего плачу.

– Малыш, твой отец запретил нам быть вместе? – он судорожно ищет в глазах правду: – Мне плевать! Я не откажусь от тебя! Давай уедем?

Прикрываю глаза, хватаясь своими руками за его пальцы и медленно убираю их от своего лица.

– Прости, Дань, – шепчу, качая головой: – У нас не получится…