Тэй Келлер – Как приручить тигра (страница 14)

– Нет. Я поеду, – говорит она.

Бабушка хлопает в ладоши.

– Славные девочки! Пойду переоденусь во что-нибудь модное.

Сэм хмурится.

– Зачем?

– Мы же едем за продуктами, – отвечает бабушка, скрываясь в свой комнате.

Сэм качает головой, но ее губы подергиваются от улыбки. И я тоже счастлива. Хальмони в своем репертуаре. Быть странной для нее нормально. И мне не о чем тревожиться. Одной рукой я трогаю полынь в кармане, а другой – прикасаюсь кулону. Все будет в порядке. Я это знаю.

Мы приезжаем в продуктовый магазин, вооружившись списком:

Для еды:

• рисовая мука (для рисовых лепешек);

• горошек с васаби (для мамы);

• крекеры (для Сэм);

• арахисовое печенье (для Лили).

Для дополнительной защиты:

• пять видов риса (чтобы разбросать в лесу);

• сосновые шишки (чтобы сжечь под полной луной).

Прочее:

• стиральный порошок.

Увидев раздел «для защиты», Сэм недоуменно поднимает бровь, но не комментирует.

– Мы должны уехать отсюда через полчаса, потому что скоро пойдет дождь, – заявляет бабушка.

Сэм хмурится.

– Сегодня не будет дождя. Приложение в телефоне говорит, что вероятность дождя равна нулю.

Бабушка поглаживает Сэм по голове.

– Полчаса.

– Отлично, – говорю я. – Мы успеем.

Но как только мы направляемся к полкам с крупами, к нам подбегает женщина с ярко-рыжими кудрявыми волосами.

– Вы, наверное, те самые внучки! – взвизгивает она. Я испугалась, что она собирается ущипнуть нас за щеки, но она сдерживается.

Бабушка расплывается в улыбке.

– Мои малышки.

– Ваша бабушка – самая лучшая, – с благодарностью говорит она нам. – Она излечила мою астму травами.

Сэм делает маленький шажок назад.

– Круто.

Женщина останавливается перекинуться парой слов с бабушкой, и, когда она наконец убегает по своим делам, какой-то лысый мужчина останавливается рядом. Он говорит, что наша бабушка смогла рассмешить его даже после развода. А потом пожилая женщина рассказывает, что с удовольствием играет в карты с нашей бабушкой.

Многовато информации для одного раза, особенно сейчас, когда я пытаюсь найти что-то, что защитит нас от тигра.

Бабушка представляет нас с Сэм всем знакомым, и все они говорят, какие мы милые и красивые. Я пытаюсь запомнить каждого, но их имена вылетают у меня из головы, а лица сливаются в единое целое.

Бабушка здесь так популярна. Все ее знают. Все ее любят. А я понятия не имею, кто все эти люди.

Где-то через двадцать минут Сэм тянет меня к полкам с крупой, чтобы спрятаться.

– Хальмони нас надула, – говорит она. – Это не вылазка за продуктами. Это прямо-таки светское мероприятие.

– Она знает всех, – говорю я.

– Ага, теперь понятно, почему она так нарядилась, – усмехается Сэм.

– У хальмони много друзей, – говорю я, проверяя наш список. Думаю, ничего страшного, если мы подождем бабушку.

Сэм плюхается на пол.

– Тут столько людей, которых мы не знаем. И у каждого связана с ней какая-то история. Будто она ведет тайную жизнь.

Я опускаюсь рядом с ней на пол, прислоняясь к коробкам с глазированными хлопьями. Я ничего не говорю, но она знает, что я согласна. Наша сестринская телепатия все еще работает.

Я тереблю строчку на джинсах.

– Кстати, об историях… – я жду, что Сэм закатит глаза, но она этого не делает. – Бабушка рассказала мне одну странную историю, которой я никогда не слышала. О тиграх.

Сэм поднимает бровь, что значит «Продолжай».

Я делаю глубокий вдох.

– Ты же знаешь, что хальмони всегда говорила, что звезды сделаны из историй? Так вот, похоже, это правда. И раньше их охраняли тигры. А бабушка украла часть звезд и спрятала их в банки. И теперь тигры сердятся.

Сэм хмурится.

– Это очень странная история, Лили. Бабушка спятила.

– Она не спятила. Не говори так. В общем, она сказала…

– Когда она тебе все это рассказала?

– В первую ночь после нашего приезда, но…

Ее взгляд падает на кулон, висящий у меня на шее.

– А когда она дала тебе это?

Моя рука автоматически взлетает к груди, прикрывая его, словно это что-то, что нужно прятать.

– Только что, перед поездкой. Она говорила о разных видах защиты.

Сэм зачем-то развязывает, а потом снова завязывает свои шнурки.

– Не знаю, почему она никогда не говорит об этом со мной.

Я и не думала, что Сэм этого хотела.

В какой-то момент я решаю рассказать Сэм обо всем: о том, как видела тигра, которого не могла видеть. И о том, как преследовала его, даже зная, что это опасно, и о том, что до сих пор не могу объяснить себе, зачем я это делала.

Но тут я слышу знакомый голос в соседнем проходе.

– Может, испечем маффины, капкейки или что-нибудь еще? Например, по маминому рецепту? Или булочки в карамели, как она делала раньше?

Это Рики.