Тессония Одетт – Поцелуй щёлки (страница 69)

– Ты действительно здесь, – шепчу я.

Вместо ответа он протягивает мне бумажный пакет. Я принимаю его. Аромат жареного теста, звездного сахара, корицы и кардамона наполняет воздух еще до того, как я успею увидеть содержимое. Когда я заглядываю внутрь пакета, то нахожу там четыре круглых люми.

– Для чего это?

Прежде чем ответить, Дориан вздыхает:

– Это в качестве предложения о мире.

Слезы наворачиваются мне на глаза. Его слова и действия напоминают мои в то утро, когда я застала его в тренировочном зале. Неужели это было меньше недели назад? Кажется, с того момента прошла целая вечность. Комок встает у меня в горле и только увеличивается, когда выражение лица Дориана смягчается, а его взгляд меняется с жесткого на умоляющий.

– Надеюсь, ты не думаешь обо мне плохо. – Еще одно напоминание о нашем разговоре. Голос Дориана слегка дрожит.

На это я могу сказать только одно. Вздернув подбородок, я стараюсь выглядеть высокомерно, но совсем не чувствую себя подобным образом. Мои губы дрожат, когда я говорю:

– Ответить на это – значит признать, что я вообще думаю о тебе. Чем я и занимаюсь. Все время. Каждое мгновение с тех пор, как покинула тебя.

Его губы растягиваются в грустной улыбке.

– Мы можем поговорить?

Мы уже разговариваем, но я знаю, что Дориан имеет в виду не это. Я даже не пригласила его войти, и он все еще стоит по другую сторону порога моей спальни. Я оглядываюсь назад на свое тесное жилище, грязную постель и затхлый воздух, вызванный моим добровольным заточением.

– Да, но не здесь.

– Тогда прогуляемся?

Я киваю.

– Хочешь по-настоящему увидеть звезды?

Оставив Подаксису записку, чтобы он не беспокоился, я ухожу с Дорианом на мыс Вега. Мы идем бок о бок, молча наслаждаясь подаренными мне люми, пока бумажный пакет не пустеет. Присутствие Дориана утешает, но расстояние между нами огорчает. Каждый дюйм кажется невероятно большим. Мне кажется, что я не чувствую собственной руки только потому, что ладонь Дориана не сжимает ее. Тем не менее я не осмеливаюсь прикоснуться к нему, потому что до сих пор не знаю, зачем он разыскал меня. Сегодня был последний день конкурса невест. Возможно, он уже… женат.

Наконец добравшись до мыса, мы направляемся к краю обрыва. Темное море внизу спокойно, его поверхность сверкает в свете луны и звезд. Дориан поднимает глаза к небу, и я вижу, как на его лице отражается благоговение. Он улыбается, отчего в уголках его глаз появляются морщинки.

– Я не видел таких звезд с тех пор, как покинул Ветреное королевство, – вздыхает Дориан.

– Лучшего места, чтобы посмотреть на звезды, в Люменасе не найти. Мы достаточно далеко от центра. Время от времени я прихожу сюда, чтобы полюбоваться морем. Здесь оно настолько близко, насколько я вообще могла подойти к нему с тех пор, как… – Я замолкаю, понимая, что затрагиваю болезненную тему.

Дориан отрывает взгляд от неба, чтобы посмотреть на мое лицо. Затем он оглядывает воду, полоску скалистого берега под обрывом.

– Здесь ты спасла меня, верно? – он кивает в сторону моря. – Здесь мой корабль пошел ко дну.

Я прикусываю губу, понимая, что, возможно, приводить Дориана сюда было не самой лучшей идеей. Он может подумать, что я пренебрегаю его чувствами. Я уже собираюсь извиниться, когда Дориан продолжает:

– Если ты приходила сюда не так часто, каковы были шансы, что ты выберешь ту же ночь, что и я? Тот самый момент, когда на мой корабль напали?

Мой пульс учащается. Я изучаю его лицо в поисках признаков недоверия. Думает ли он…

– Ты спасла мне жизнь, Мэйзи. Не отправься ты сюда в тот вечер, я бы умер. Ты могла позволить мне утонуть. Могла бросить меня на пляже или передать властям. Могла сделать все что угодно, но все же ты спасла меня.

Тяжесть в моей груди слабеет, но я подавляю надежду, которая так и хочет возродиться.

– Но после я пыталась убить тебя, Дориан.

– Хоть что-то из того, что произошло между нами, было настоящим?

Я выдерживаю его взгляд, желая, чтобы он почувствовал, насколько правдивы мои слова.

– Все. Хорошее и плохое. Ничего не может изменить то, что я сделала. Даже вечной жизни не хватит, чтобы выразить, как я сожалею, что согласилась на эту сделку.

– Если бы ты отказалась, тебя настигло бы смертельное проклятие.

– Или мне пришлось бы стать одной из наемных убийц королевы Нимуэ.

– Безвыходная ситуация.

– Нет, – качаю я головой. – Теперь я знаю, какой выбор следует сделать. Я должна была понять это еще тогда, до того, как сказала «да».

– Что с тобой будет? Проклятие не развеется, если ты не убьешь меня?

Я тщательно подбираю слова.

– Зара была убеждена, что Нимуэ не позволит мне умереть.

– Хорошо. – Дориан снова смотрит на звезды. Я тоже поднимаю голову, но могу сосредоточиться только на нем. Он стоит так близко и в то же время так далеко; руки прижаты к бокам, повторяя мою напряженную позу. Каждый мускул в моем теле болит от желания приблизиться к нему. Но я не делаю этого. Я все еще не знаю, почему он здесь. О чем хотел поговорить. Его присутствие может означать совсем не то, на что надеется мое сердце.

Я задерживаю дыхание и жду, когда Дориан заговорит снова.

Проходят минуты.

Затем он вздыхает и медленно переводит взгляд на меня.

Я хмурюсь, когда мы смотрим друг другу в глаза. Выражение его лица непроницаемое, его невозможно истолковать. В данный момент он не холодный брат Святого Лазаро и не беззаботный юноша, что был со мной на боксерском матче. Он застрял где-то между, или, возможно, за пределами того и другого.

Почувствовав легкое прикосновение к моим пальцам, я подавляю судорожный вздох. Я замираю в ожидании, что Дориан отдернет руку. Но этого не происходит.

Еще раз, с более очевидным намерением, он прикасается ко мне. Дориан опускает взгляд на наши руки и один за другим переплетает свои пальцы с моими.

Его голос едва громче шепота, а взгляд все еще прикован к нашим сцепленным пальцам.

– Ты когда-нибудь простишь меня?

Я хмурюсь, не уверенная, что правильно его расслышала.

– Мне не за что тебя прощать. Это я должна молить о прощении.

– Так ты сделаешь это?

– О чем именно ты говоришь? О мольбах или о прощении?

Все еще не разъединяя наших рук, Дориан поворачивается ко мне лицом. Свободной рукой он убирает с моего лба прядь волос, что выбилась из-за легкого ветерка, запутывающего мои розовые локоны. В его глазах появляется то напряженное выражение, которое мне хорошо известно.

– Я должен был прийти к тебе сразу же, как только узнал, что ты уцелела. Подаксис сообщил мне, что ты сбежала от Зары.

Мои глаза расширяются.

– Правда? – Мой маленький друг никогда не упоминал об этом. В каком-то смысле я пытаюсь почувствовать себя преданной, но ничего не выходит. Подаксис сделал то, на что у меня не хватило сил. Я не думала, что Дориан захочет знать, что со мной стало. Несмотря на облегчение от того, что он, кажется, рад, что я справилась со злобной фейри, упоминание о Заре образует черную дыру в моем животе. – Я убила ее.

На мгновение на лице Дориана проскальзывает удивление.

Слова срываются с моих губ. Я рассказываю ему все, что произошло после того, как мы с Зарой исчезли из моей спальни. Я рассказываю ему о том, как оказалась в морской ловушке, о нашем разговоре на пляже. Как Нимуэ манипулировала мной и, скрывая правду о моем смертельном поцелуе, вместо этого прокляла мои губы. Как я обманом втянула Зару в сделку, которая и стала причиной ее смерти. До сегодняшнего утра я не была уверена, что она мертва. Однако Подаксис, воспользовавшись своими шпионскими талантами, подслушал, что в одной из камер полицейского участка действительно было обнаружено тело. Морская фейри с коричневой и белой чешуей и W-образными зрачками. При этом ни один из офицеров не помнит, чтобы запирал ее здесь.

Я содрогаюсь при мысли о том, что сделала, и все же…

– Мне противно от собственных действий, но я не жалею об этом.

Дориан дотрагивается до моей щеки.

– Я бы сделал то же самое. Ради спасения твоей жизни я пошел бы и на большее. Я проклинаю себя за то, что застыл как вкопанный, когда увидел ее. Все, о чем я мог думать, та фейри из подвала. Во мне все оцепенело: и тело, и разум.

Я осторожно поднимаю руку и кладу ее Дориану на грудь. Его сердце колотится под моей ладонью.

– Ты не виноват.

– Вот почему я начал заниматься боксом. Эта фейри годами приходила ко мне в кошмарах. В некоторых она съедала меня заживо, в других я, как настоящий монстр, разрезал ее на части. Я просыпался с криком, чувствуя привкус ее крови во рту, то, как она заполняет мой нос и глаза. Занимаясь боксом, я чувствовал себя сильным. Это помогло мне спокойно относиться к виду крови на своих руках. Это научило меня сражаться, защищать себя, никого при этом не убивая. Кошмары со временем прекратились. – Дориан подходит ближе, прижимая свое тело к моему. – Но увидев, как она напала на тебя, я хотел убить ее. Ярость вывела меня из оцепенения. Если бы только я действовал быстрее. Если бы успел заставить ее замолчать, прежде чем она вбила клин между нами.

– Ты сожалеешь, что узнал правду обо мне?