Тэсса Рэй – Подружка невесты. Проклятие босса (страница 6)

Я пошел за ним, чувствуя, как мышцы приятно ноют после спарринга.

– Чего скалишься? – спросил Роман, прихлебывая воду из бутылки.

– Да так, – отмахнулся я. – Вчера помнишь, про девчонку рассказывал?

– Ту, что тачку твою подре́зала?

– Не-а, – отмахнулся я.

– Ты вроде про какую-то коллегу говорил.

– Точно. На работе, – кивнул я. – На которую наорал.

Я замолчал, пытаясь подобрать нужные слова.

– Я… Со мной такое впервые. Я не смог сдержать себя в руках, – признался я. – Меня жутко бесит, что я взрослый мужик, а веду себя как тупой подросток, у которого все мозги ниже пояса.

Пока я это говорил, злость снова начала подниматься во мне, как темная волна. Стиснул кулаки.

Роман смотрел на меня с хитрой мордой и ничего не сказал. Просто отпил еще глоток воды.

– Продолжим? – спросил он, прикрывая крышку бутылки.

Он пошел обратно на маты, занося капу ко рту. Я рванул за ним.

– Эй! Ты что, совсем ничего не хочешь сказать? Как-то прокомментировать?

Роман остановился, повернулся. Взгляд – стальной, непроницаемый.

– Все, что я хотел сказать – уже сказал. Отбей ее. Ты меня послал, – констатировал он. – Сегодня мой совет тот же, – пожал плечами Роман. – Ты меня снова пошлешь. Ты сказал, что злишься на себя, что ты придурок – ты прав. Ты придурок. Надевай капу и возвращайся на маты. Все, что я могу предложить – яростную драку, чтобы ты свою дурость выплеснул.

Я подергал плечами, разминая шею. В словах брата был резон. Безусловно, он прав. Как всегда.

Вставил капу и пошел на брата в полную силу. Зная, что сейчас он не даст мне спуску. Зная, что он будет бить жестко и безжалостно. И поделом. Я это заслужил.

Первый удар пришелся в плечо. Резкая боль пронзила мышцы, заставив меня вздрогнуть. Но я не отступил. Наоборот, бросился в атаку, стараясь перехватить инициативу.

Роман увернулся от моего удара, контратаковал. Хук слева пришелся точно в челюсть. Голова дернулась, в глазах потемнело. Но я устоял.

Мы дрались ожесточенно, как львы, защищающие свою территорию. Не щадя ни себя, ни друг друга. Каждый удар – заряд чистой, неприкрытой ярости. Каждый прием – попытка доказать свое превосходство.

Я чувствовал, как пот заливает глаза, как ноют мышцы, как учащенно бьется сердце. Но не останавливался. Не сдавался. Дрался до тех пор, пока не почувствовал, что силы покидают меня.

Наконец, Роман отступил, тяжело дыша.

– Хватит на сегодня, – сказал он, вытирая пот со лба.

Я кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Рухнул на мат, чувствуя, как все тело пронзает дрожь.

– Ну что? – спросил Роман, протягивая мне руку. – Полегчало?

Я посмотрел на него. В глазах брата не было ни укора, ни сочувствия. Только понимание.

– Ага, – прохрипел я. – Ты – прирожденный психолог.

И это была чистая правда. Злость, до этого мучившая меня, отступила. Уступив место опустошению и… облегчению.

– Тогда пошли, – сказал Роман. – Пива выпьем. Ты заслужил. А завтра отле́пишь свои яйца от пла́нера, подойдешь и извинишься перед бедной девчонкой. И раз уж не хочешь ее себе, то просто “извинись и отъеби́сь”.

Я поднялся, опираясь на его руку.

И впервые за сегодня улыбнулся.

6

Люблю приходить в офис утром. Тишина и полумрак помогают сосредоточиться и настроиться на работу.

Звякнув ключами, открыл дверь и вдохнул затхлый воздух, смешанный с ароматом вчерашнего кофе. Автоматически направился к кофемашине, уже представляя глоток горячего, бодрящего напитка.

Но сначала… Сначала следовало миновать эту клоаку под названием «комната отдыха».

И вот тут мой утренний дзен был испорчен. Нет, я не ханжа и понимаю, что во время обеда люди хотят расслабиться.

Но, господа, элементарная гигиена!

Дело даже не в клининговой службе, которая, кстати, вполне сносно справляется со своими обязанностями.

Дело в отношении к себе и окружающим. Грязные чашки с темными разводами, застывшими кофейными потеками, словно артефакты древних цивилизаций, гордо красовались в раковине.

В холодильнике в каких-то загадочных контейнерах, казалось, уже зародилась новая жизнь – плесень всех мастей и оттенков.

На диване, некогда бывшем гордостью офиса, красовались пятна, происхождение которых лучше не выяснять.

И ведь что обидно – с виду все такие опрятные, ухоженные. А потом заглянешь сюда – и диву даешься, как в таких приличных людях может уживаться такое…

Сегодня моё внимание привлекла одна маленькая деталь. На полке, рядом с грудой чужих, немытых кружек, стояла одна – идеально чистая.

Рядом стоял прозрачный контейнер. На контейнере, аккуратным почерком, было написано: «Сапрыкина».

И в душе вдруг потеплело. Не зря мне эта девушка понравилась. В ней определенно есть что-то… Правильное, что ли.

Вспомнился вчерашний разговор с братом.

Этот гуру пикапа, вечно дающий советы, нашел забавным мой интерес к новенькой.

Предложил дарить ей цветы каждый день.

"Чтобы у этого сопляка, ее парня, закончились аргументы и деньги! И чтобы она поняла, что и первый букет был не от него. Всем девушкам нравятся тайные поклонники, внимание… А потом рано или поздно, когда придет время, откроешься ей".

Бред какой-то. Этот путь почти такой же гипотетический, как выиграть в лотерею. Слишком много "если". Особенно, с моим везением.

Вспомнился другой его совет: "Извинись и отъебись". Вот это уже больше похоже на правду. Нужно пресечь все эти зарождающиеся чувства на корню.

Закрыть тему с извинениями за то нелепое утро и оставить ее в покое.

У нее есть парень. И, похоже, она – девочка умная – сама скоро разберется, что он из себя представляет.

Идеальный план. Просто. Практично. Бесчувственно. Как раз то, что мне подходит.

Хватит мечтать, пора возвращаться в реальность. Никаких цветов, никаких тайных поклонников. Извинюсь и исчезну. Ради нее же самой. Так будет лучше для нее.

Хорошие девочки не для нас.

***

Вызвал свою помощницу.

Зоя вошла в кабинет немного робко, когда я вот так зову ее прямо с самого утра – это всегда не к добру, она это знала.

– Зоя, напишите, пожалуйста… эмм… что-то вроде приказа. Или, знаете, письма с требованиями. Санитарные нормы. – Холодно отчеканил я. – Чтобы каждый работник, от мала до велика, привел в порядок свои чашки, контейнеры, рабочие столы. В общем, все вот это вот безобразие. Это ведь неприемлемо. – Сказал я, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Но внешне его ничем не выдал.

– И еще, Зоя… Пригласите ко мне Сапрыкину. Сразу, как только закончите с письмом, – добавил я, стараясь придать голосу невозмутимый тон.

Я увидел удивление на ее лице и быстро постарался найти объяснение. Точнее, соврал. Предлог ведь тоже нужен.

– У меня что-то не так с интернетом. А она ставила этот роутер, подарок от наших технарей.

Взгляд моей помощницы все больше фокусировался на моем лице. Она слегка нахмурила брови.