Тэсса Рэй – Муж сестры. Адвокат для дьявола (страница 10)

– Ладно, ладно, – проговорил он примирительно. – Поехали отсюда. Не буду же я вам душу наизнанку выворачивать прямо посреди трассы.

✦•·········•✦•·········•✦

Мы припарковались у кофейни. От нее рукой подать до моего дома. До моего маленького мира, куда я категорически не хотела пускать мужскую энергию.

Ха, особенно сейчас!

Ведь там, на самом видном месте, на прикроватной тумбочке, красовался мой вибратор, от которого тянулся предательский провод прямо к розетке. На зарядке.

Боже, даже сама мысль о том, что они могли это увидеть повергла меня в пучину непередаваемого стыда!

В кофейне было немноголюдно. Запах свежей выпечки и кофе немного успокаивал. Роман, как истинный джентльмен (сарказм) открыл передо мной дверь, и тут же скривился.

Минут через пять он вернулся, по-прежнему держась за губу, но уже прикладывая к ней полотенце со льдом.

– Похоже, я перестарался, – виновато протянул Дима, глядя на покрасневшую кожу вокруг ссадины. – Извини.

Рома хмыкнул, опускаясь на стул.

– Не зазнавайся так, царапина, – в его голосе слышалась насмешка.

Дима усмехнулся в ответ.

– Попрошу Ренату недельку на протертый стол тебя посадить.

Рома никак не прокомментировал

Я пила свой латте, наблюдая за этой словесной перепалкой. Рената… Да она в своей шикарной кухне дальше кофемашины и холодильника со льдом ничего не знает. И как эта кофемашина обслуживается, понятия не имеет.

Взгляд задержался на лице Ромы. Действительно, красивое… Жаль только, что чуть подпорчено. А вообще, нет совсем его не жаль! Заслужил.

Хотя… может, чуточку и жаль. Совсем чуть-чуть…

– Так, Романов, смотри мне в глаза и рассказывай правду. Всю правду. Иначе, клянусь, я… я просто тебя закопаю. И не только тебя, но и твою репутацию! – произнесла я, стараясь придать голосу максимум стали и власти.

Власть, похоже, его возбуждала. Его взгляд всегда обжигал меня в такие моменты. Неужели ему нравится, когда я… такая?

Он вздохнул, провел рукой по волосам и начал говорить.

– У меня есть подозрение… – Он замолчал, будто искал нужные слова. – Один человек… очень влиятельный. Опасный. Я не буду называть его имени. Можешь меня хоть пытать, а лучше сразу посадить. Но ради вашей безопасности… лучше его не знать.

Я нахмурилась. Такая секретность настораживала.

– Несколько лет назад он заказал у меня украшение. Для своей… музы, как он выразился. Запросил самые редкие камни, которые только можно найти в мире. Все под грифом секретности, разумеется. Я искал, доставал. Не все, конечно, были найдены и приобретены законным путем…

Он сделал паузу, и в его глазах промелькнул какой-то странный огонек. Он начал перечислять, и я затаила дыхание.

– Редчайший бриллиант, розово-оранжевый падпараджа, даже красный берилл – его еще называют 'алым изумрудом', хотя, конечно, к изумрудам он не имеет никакого отношения…

Я слушала, завороженная. С каким обожанием, с каким упоением он говорил об этих камнях! Как горели его глаза! Не каждый мужчина о женщине так будет говорить, как Романов о драгоценностях.

Казалось, его даже не их цена манила, а… красота и их редкость, их история, их эксклюзивность. Он видел в них вовсе не кровь, что питала их историю, а как будто настоящее… искусство.

– И вот, когда все было почти готово… я просто не смог с ними расстаться, – прошептал он, словно признавался в смертном грехе.

Я вскинула брови.

– Что значит, не смог расстаться? Ты их не продал?!

– Ну, почему сразу не продал? – нахмурился он с напускной обидой в голосе. – Работа выполнена, заказчик доволен.

– Да подделал он их! – устало вздохнул Дима, потирая переносицу большим и указательным пальцами, словно у него разболелась голова от того, что брат оказался таким… одержимым камнями.

Я почему-то не сомневалась, что он их отлично подделал. Романов – искусный аферист. Подделать драгоценные камни, оказывается, для него – раз плюнуть. Вопрос был в другом: что теперь делать?

– Почему сразу не рассказал?

– Я до сих пор не уверен, что это именно он. Почерк не его. Этот тип не стал бы церемониться с тем, чтобы подделывать что-то в отместку или сажать меня за решетку… Он бы просто меня где-нибудь прикопал, – как бы между прочим констатировал он.

– Пиздец… – Дима тихо выругался, резко встал из-за стола и зашагал по кафе. Он медленно ходил взад-вперед, пытаясь успокоиться.

– К тому же, напоминаю: мои работы настолько хороши, что отличить их от настоящих может только такой же профи, как я.

Да уж, корона этому человеку точно не жмет.

– Но когда я узнал, что подделана одна из серий украшений под названием “моя муза” у меня возникли опасения… Вдруг это не просто совпадение?

– И тогда ты и отказался от моих услуг адвоката? – спросила я, зная его ответ наперед.

Романов кивнул.

– И тогда нанял для меня охрану, – констатировала я, обреченно.

У меня от страха застучали зубы. Во что я, черт возьми, вляпалась?! Зачем, зачем решила что-то доказать и сама полезла на рожон, став его адвокатом? Думала, что действовала ему назло, а теперь, оказывается, себе.

– Ненавижу тебя, – с яростью выдохнула я.

– Поверь, сейчас я тоже переживаю что-то вроде экзистенциального кризиса, – задумчиво сказал он.

К нам вернулся Дима. Кажется внешне немного успокоился, но судя по жару исходящему от него, внутренне он весь кипел.

– Кто еще знает об этом? – спросил он сразу.

– Мой лучший друг и компаньон.

Я пристально посмотрела на Романова. Обычно такие дела раскрываются уже на стадии следствия или суда, и чаще всего предают самые близкие.

– Нет, изумрудик, – покачал он головой, – в моей сфере деятельности мы выбираем людей тщательнее, чем жен. Если ты сразу же начнешь обвинять партнера, попав в дерьмовую ситуацию, то лучше вообще не связываться с моим бизнесом.

– Тогда остается еще один вариант, – сама не верила, что произнесла это вслух, но сейчас во мне говорила не сестра, а профессионал. – Супруги часто стремятся избавиться друг от друга из-за наследства или…

– Рената? – его улыбка скептически расплылась на губах. – Ох, изумрудик, ты слишком высокого мнения о своей младшей сестренке.

Вообще-то нет. Невысокого. У нас никогда не было теплых отношений. Скорее, мы были настолько разными, что просто… терпели друг друга перед родителями. А когда их не стало, могли не общаться месяцами.

Жаль, конечно, что мы не так близки, как Дима с Ромой. Да, они тоже разные: как черное и белое, как два антипода, но они были друг за друга горой. Их что-то объединяло. И это что-то делало их сильнее.

– У меня есть одна задумка, как проверить наверняка, замешан ли этот человек в нашем деле или нет, – поделился мыслью Роман, подбрасывая четки в руке.

– Но? – спросила я, заранее предчувствуя, что мне это не понравится.

– Тебе это не понравится, – сказал он, сверкнув глазами дьявола. Клянусь, я видела в его черных почти без радужки зрачках тлеющие огоньки.

– Ты не собираешься рассказывать? – строго спросил Дима.

– Тогда это будет спойлер.

– Дим, врежь ему еще раз, – взмолилась я.

Дима хрустнул костяшками сжатых в кулаки пальцев и устало вздохнул, взглянув на часы.

– Ребят, мне не хочется нарушать вашу “идиллию”, но у меня завтра обратный вылет в Москву, который я не могу отменить.

– Важная деловая встреча? – нахмурился брат.

– Что-то вроде того… – на его лице засияли искорки, вот-вот расплывется в придурковато-то счастливой улыбке. – Но я не могу оставить вас, пока вы не пообещаете, что не перегрызете друг другу глотки.

– Среди нас лишь ты один прибегаешь к насилию, – поддел брат.