Терри Уолс – Протокол Уолс. Новейшее исследование аутоиммунных заболеваний. Программа лечения рассеянного склероза на основе принципов структурного питания (страница 15)
Я не смогла бы сделать того, что сделала – вылезти из инвалидной коляски, не говоря уже о разработке Протокола Уолс и помощи другим, – если бы не приняла первоначальное решение не сдаваться, а продолжать бороться, жить и быть тем, кем я была до моей болезни. Это то, чего я прошу от вас: выбрать жизнь, а не инвалидность, и выбрать благополучие и здоровье вместо болезни, даже если это кажется трудным, даже если вы не хотите вставать с постели.
Прелесть Протокола Уолс заключается в том, что независимо от типа недостаточности и наличия дефектных ферментов в теле – и независимо от того, что вы ели, пили, делали и думали до сих пор, даже не далее чем вчера, – вы все равно успеете укрепить свое тело и оздоровить клетки. Тема клеточного здоровья считается новой, но она основывается на изначальных принципах функционирования тела. Клетки определяют, продолжите вы болеть или начнете выздоравливать. Со здоровыми клетками человек становится сильнее, умнее и моложе. Я вижу доказательства этого каждую неделю в клинике первичной помощи, клинике здорового образа жизни и в клинике первой помощи при травмах головы, где я работаю.
Я называю своих пациентов и многих других, кто писал мне о своих успехах, Воинами Уолс, потому что они настоящие бойцы. Они предпринимают действия, шаг за шагом, чтобы изменить свою жизнь. Вы можете стать одним из них. Еще не слишком поздно приблизить радостные минуты, которые ждут вас впереди. Вы можете начать все сначала. Ваша новая жизнь начинается сейчас. Вы готовы присоединиться к нам?
Аутоиммунитет[15], воспаление и хроническое заболевание: конвенциональная[16] медицина против функциональной
О чем говорит название болезни? Что на самом деле представляет собой заболевание? Болезни кажутся реальными и вполне определенными для тех, кто болеет или боится заболеть. Мы как пациенты понимаем болезни через их воздействие на наш организм и через ощущения, которые они вызывают. В целом, это вполне логично: мы знаем только то, что чувствуем. В моем теле рассеянный склероз вызвал повреждения спинного мозга, и я чувствовала результат этого воздействия: постепенную потерю подвижности, затуманенность сознания и приступы ужасающей боли.
Хотя РС выглядит как определенное состояние снаружи, на клеточном уровне РС не так сильно отличается от других аутоиммунных заболеваний, таких как ревматоидный артрит и системная красная волчанка; хронических заболеваний, например диабета и болезни сердца; и даже от расстройств настроения, вроде депрессии, аутизма и шизофрении. Биохимия моего тела была неисправна, и в моем случае разрушительные процессы начались в клетках головного и спинного мозга. Но первопричина – клеточная дисфункция – лежит в основе всех заболеваний, имеющих разные названия. Насколько они различаются на самом деле? Насколько отличается рассеянный склероз от ревматоидного артрита или даже от болезней сердца и сосудов, ожирения, диабета, тревоги или депрессии? Не так уж и отличается, если смотреть на самом базовом биохимическом уровне.
Ученые обнаружили, что почти все хронические заболевания, которые причиняют столько страданий и неуклонно увеличивают стоимость медицинского обслуживания, имеют четыре общие черты.
1. Митохондриальная дисфункция
2. Чрезмерное и неоправданное воспаление
3. Высокий уровень кортизола
4. Отсутствие или недостаток полезных для здоровья микробов, живущих внутри тела и на его поверхности (в совокупности они представляют собой наш микробиом)
Существуют и некоторые другие признаки нарушений биохимических превращений, но в подавляющем большинстве случаев при хронических проблемах со здоровьем доказаны неисправности на клеточном уровне. Можно сказать, что по сути мы все страдаем от одной и той же болезни.
Все заболевания начинаются со сломанного, неправильно работающего процесса биохимических превращений и неупорядоченной коммуникации внутри клеток и между ними. Чтобы здоровье восполнилось, химический состав должен вернуться к норме, а связь между нашими клетками и внутри них должна быть восстановлена. Это утверждение справедливо для любого заболевания.
Если вам поставили рассеянный склероз, ревматоидный артрит, системную волчанку, воспалительное заболевание кишечника или какое-либо другое хроническое заболевание, у которого как будто нет аутоиммунного компонента, или ваши симптомы расценивают как идиопатические (то есть врачи не знают, что их вызывает), то в значительной степени диагноз зависит от того, как ваша болезнь выглядит снаружи. Внутри различие между этими аутоиммунными заболеваниями, честно говоря, не слишком обоснованно, хотя есть разные способы изучить, обдумать и понять происходящее в клетке при клеточной дисфункции. Как врач и представитель конвенциональной школы я научилась одному способу поиска истины, но благодаря исследованиям функциональной медицины я начала смотреть шире. Однако факт остается фактом: проблемы внутри организма начинаются со здоровья клеток.
Вы входите в продромальное состояние, о котором я говорила вам в первой главе, – это состояние до заболевания, когда ваши клетки начинают работать со сбоями. Это болезнь? Или еще не болезнь? Видите, как здесь все запутано. Но я знаю своих пациентов. Они не хотят путаницы, и я тоже.
Люди, которые чувствуют себя плохо, хотят узнать свой диагноз. Они хотят знать, что у них развивается. Это весьма типичная реакция, и я ей очень сочувствую. Я тоже хотела знать, что у меня было. Я хотела услышать название, которое можно обвинить, которое можно вылечить. Так работает человеческий разум. Мы стремимся выделить, определить и классифицировать вещи, чтобы лучше понять их.
Давайте на шаг отступим от всего этого и попробуем мыслить нестандартно. Чтобы помочь вам сделать это, я объясню кое-что, о чем знают врачи, но многие пациенты не догадываются. Правда в том, что диагнозы – это просто названия, которые мы ставим при нарушениях, основываясь на количественно определяемых данных, таких как симптомы и результаты анализов. Также мы смотрим, какие лекарства улучшают или ухудшают симптомы, в том числе в процессе элиминации. Если это не то, не второе и не третье, тогда это должно быть вот это. Такой процесс берет начало из стремления к присваиванию категорий и названий, но на самом деле он не означает, что одно заболевание чем-то совершенно отличается от другого.
В основном люди не знают, что названия, которыми мы называем хронические заболевания, часто появляются в результате исследований, в которых рассматривается, какое лечение – чаще всего фармацевтическое или хирургическое, хотя это может быть и какая-то другая терапия – воздействует на симптомы. Другими словами, например, когда конкретные симптомы облегчаются конкретным лекарством, ученые дают название заболеванию, основываясь только на этой информации. У каждого, кто получает облегчение симптома X при приеме препарата Y, заболевание Z. Болезнь не является чем-то исконным. Это просто ярлык, появившийся на основе ограниченных человеческих знаний о лечении похожих симптомов.
Каким бы ни было лечение, если ему поддаются симптомы, то эта определенная группа получает название для конкретного типа болезни, наряду с определенным лечением, которое в конечном итоге становится стандартом медицинской помощи, как называют это врачи. Это означает, что данный метод является общепринятым лечением определенного заболевания. Таким способом многие поколения врачей ставили диагнозы. Они давали названия таким нарушениям, как рассеянный склероз, диабет, застойная сердечная недостаточность, астма, депрессия и воспалительные заболевания кишечника, основываясь на том, что помогало облегчить симптомы. У них не было возможности изучить биохимические процессы в клетках, чтобы понять причину заболеваний. Они не видели, насколько в действительности похожи все эти заболевания на клеточном уровне.
Уясните это, чтобы не предоставлять диагнозу больше прав, чем он того заслуживает. Диагнозы часто основаны на внешних эффектах лечения и исторического наблюдения, а не на биохимических процессах, которые вызывают болезнь. По мере углубления нашего понимания процессов они реклассифицируются, методы лечения корректируются, а болезни переименовываются. Иногда одна болезнь делится на несколько или несколько болезней объединяются в одну.
Такой же процесс применяется к научным исследованиям. Чтобы изучить болезнь, ученые должны следовать точному протоколу исследования. У нас всегда есть четко определенная группа пациентов и строго контролируемое вмешательство (предпочтительно лекарственный препарат или очень специфическая процедура, которую можно легко воспроизвести), поэтому для изучения требуется меньше переменных. Мы получаем более конкретные и объективные результаты, но этот подход не всегда отражает фактическую работу наших клеток: как клетки функционируют в оптимальном состоянии или как они разрушаются, когда начинают работать неправильно. Исследование проводят и анализируют таким образом, чтобы было легче показать, работает изучаемый метод воздействия или нет; но эффективность любого лекарства для облегчения симптомов может не иметь ничего общего с тем, что действительно сломалось в биохимических путях, которые лежат в основе симптомов.