Терри Пратчетт – Ночная Стража (страница 46)
– К чему все это? – пробормотал Ваймс достаточно громко, чтобы его услышали все.
– Мне просто захотелось выяснить, как много ты знаешь, сержант, – сказал Нед, не переставая кружить. – Кажется, слишком много.
Он бросился вперед. Ваймс попятился, отчаянно размахивая ножнами и как бы уже смирившись с будущим поражением. Нед засмеялся, легко увернувшись от его якобы неловких ударов. Ваймс, воспользовавшись тем, что его противник отвернулся, перехватил ножны поудобнее.
– На мне шлем, – сказал Нед. – Как положено по уставу. И доспехи. Меня простым тычком не вырубишь, сержант.
Сколько бы Детрит ни орал на новобранцев, лишь один из семи в результате кое-как владел мечом. Нед фехтовал отлично. Он почти не оставлял противнику возможности нанести удар.
Ладно… Пора проявить мастерство.
Ваймс отступил на шаг – и вдруг заметил нечто за спиной Тренча. Он постарался ничем не выдать себя, но на миг его глаза победно сверкнули.
Тренч, в свою очередь, не хотел попадаться на эту уловку и все же против воли на мгновение отвлекся.
Ваймс нанес удар снизу, превратив ножны в продолжение руки. Твердый кожаный кончик угодил констеблю точно в подбородок, отбросив его голову назад. На обратном пути ножны ударили по руке с мечом, а чтобы уж наверняка поставить точку, Ваймс от души пнул Неда по голени, так что тот рухнул на землю. У Ваймса всегда была аллергия на мелькающие перед носом острые клинки.
– Молодец, неплохая попытка, – похвалил он и повернулся к немым зрителям. – Все может стать оружием в умелых руках, – продолжил он, вторя булькающим хрипам за спиной. – Колокольчик ничем не хуже дубинки. Пригодится любой предмет, которым можно треснуть достаточно сильно и тем самым выиграть время. Никогда, слышите, никогда не угрожайте кому-либо мечом, если вы не намерены пустить клинок в дело. Потому что противник может разгадать ваш блеф, и у вас почти не останется вариантов, а те, что останутся, все неправильные. Не бойтесь применять то, чему научились в детстве. Никто не скажет нам: «Молодец, ты играл честно, возьми с полки пирожок». Что касается рукопашного боя, то я, как старший по званию, настоятельно запрещаю вам даже думать о приобретении различных свинчаток, кистеней и бронзовых кастетов в лавке госпожи Пособи, что в доме восемь по Легкой, оружие по любой руке и на любой кошелек. А если кто-нибудь подойдет ко мне вне службы, я категорически откажусь показать ряд особых приемов обращения с этим удобным, хотя и недостойным оружием. Все, пора размяться. Через две минуты хочу всех видеть здесь с дубинками. Вы считаете их дурацкими, и я постараюсь вас в этом разубедить. Выполнять!
Он повернулся к Неду, который к этому времени уже смог сесть.
– Неплохо дерешься, господин Тренч. Уверен, ты научился этому не в Страже. Может, нам пора поговорить? Не хочешь рассказать, где ты был вчера вечером? Случайно, не на Морфической улице?
– У мня бл выхдной, – промямлил Нед, потирая челюсть.
– Правильно, не мое дело. Судя по всему, мы так и не смогли понравиться друг другу.
– Не смгли.
– Думаешь, я шпик?
– Я знаю, что ты не Джон Киль.
Ваймс встретил это заявление с каменным лицом и запоздало понял, что этим-то и выдал себя с головой.
– И почему же ты так решил? – спросил он.
– Не твое дело. Я не обязан перед тобой отчитываться, ведь ты к тому же никакой не сержант. Сейчас тебе просто повезло, и это все, что я хочу тебе рассказать.
Нед поднялся на ноги. Тем временем стражники как раз начали возвращаться во двор. Ваймс позволил Тренчу уйти и повернулся к своим подчиненным.
Их никогда ничему не обучали. Они просто учились друг у друга – с бо́льшим или, как правило, меньшим успехом. И Ваймс прекрасно знал, куда ведет этот путь. Стражники, которые пошли по нему, вскоре начинают отбирать у пьяниц мелочь и убеждать друг друга, что мзда всего лишь законная прибавка к жалованью. И чем дальше, тем хуже.
Сам он был всем сердцем за то, чтобы набирать новобранцев с улицы, но перво-наперво их следует обучить. Необходимо, чтобы хотя бы шесть недель на них непрерывно орал кто-нибудь вроде Детрита, а кто-нибудь еще читал лекции о долге, правах арестованных и «служении обществу». А потом можно переходить к следующему этапу образования, передавать их в руки уличных акул, которые научат совсем другому: например, как избить человека, не оставив следов, или что, прежде чем ввязываться в пьяную драку, стоит засунуть в штаны металлическую суповую миску.
Если повезет и новобранец окажется не совсем тупым, в результате ты получишь нечто среднее между недостижимым идеалом и полным подонком, то есть настоящего стражника. Конечно, на улицах у них будет довольно-таки дурная слава, в этом деле без нее никуда, но это будут стражники, а не прогнившие изнутри паразиты.
Ваймс разбил своих людей на пары и приказал нападать и обороняться. Зрелище было удручающим, и он выдержал всего пять минут.
– Ладно, хватит! – крикнул он, хлопнув в ладоши. – Очень даже недурно. Обязательно порекомендую вас в клоуны, когда в город приедет цирк.
Стражники расслабились и тупо заулыбались.
– Вы что, совсем никаких ударов не знаете? – спросил Ваймс. – Ни «горловой хлоп», ни «раскаленную кочергу», ни «грудобой»? Скажем, я иду на вас с огромной дубиной… что вы будете делать?
– Убегать, сержант, – ответил под общий хохот Букли.
– Далеко? – поинтересовался Ваймс. – Все равно когда-нибудь придется драться. Младший капрал Тренч?
Нед Тренч не принимал участия в тренировке. Он с отвращением наблюдал за унылыми потугами коллег, высокомерно подпирая стенку.
– Сержант? – откликнулся он, экономным движением отлепившись от стены и встав прямо.
– Покажи Букли, как это делается.
Тренч снял с пояса дубинку. Ваймс заметил, что она изготовлена на заказ и чуть длиннее, чем казенная. Нед занял позицию перед констеблем, многозначительно повернувшись к Ваймсу спиной.
– Что я должен делать, сержант? – спросил он через плечо.
– Покажи ему пару приличных ударов. Таких, которых он не ждет.
– Слушаюсь, сержант.
Ваймс наблюдал за беспорядочными ударами палками. Один, два, три…
…и Нед резко развернулся. Его дубинка засвистела, разрезая воздух.
Уклонившись от удара, Ваймс перехватил руку стражника и заломил ее за спину. Ухо Неда оказалось в непосредственной близости от его рта.
– Этого-то я как раз и ждал, солнышко, – прошептал Ваймс. – Не забывай улыбаться – видишь, как ребята смеются над чудаком Недом, который снова попытался треснуть по башке старика сержанта. Ты ведь не хочешь испортить им веселье? Сейчас я тебя отпущу, но если ты попробуешь еще хоть раз выкинуть нечто подобное, ложку ко рту будешь подносить обеими руками, а тебе понадобится ложка, Нед, потому что до конца жизни тебе придется питаться жидкими супчиками! – Он немного ослабил хватку. – Кстати, кто тебя всему этому научил?
– Сержант Киль, сержант, – ответил Нед.
Ваймс обернулся – к ним через двор шел капитан Загорло.
Сейчас при свете дня он казался еще более маленьким и тщедушным. Ни дать ни взять конторский чинуша, причем чинуша, вспоминающий о своей внешности лишь от случая к случаю. Сальные черные волосы он зачесывал поперек лысины на макушке, как человек, которому остро не хватает либо зеркала, либо чувства юмора.
Его пальто оказалось старомодным, но чистым, зато башмаки с пряжками имели вид обшарпанный и неухоженный. Мать Ваймса вряд ли одобрила бы такое. Она всегда говорила, что мужчина обязан следить за своей обувью. Истинного мужчину всегда отличишь по начищенным до блеска башмакам.
В руке Загорло держал палку, вернее, театральную трость. Должно быть, он считал, что с тростью выглядит щеголем, а не идиотом, зачем-то таскающим повсюду бесполезный кусок дерева. В трости определенно было спрятано выкидное лезвие, потому что каждый раз, когда Загорло опускал ее на булыжники, надменно обходя старые мишени и соломенные чучела, раздавался характерный лязг.
– Готовишь подчиненныхкбоям, как вижу. Похвально. Капитан на месте?
– Кажется, нет, – ответил Ваймс, отпуская Тренча. – Сэр.
– Да? Что ж, передайемуэто, сержант Киль. – Загорло едва заметно улыбнулся. – Смотрю, ночь у вас прошлатихо.
– Было несколько гостей, – ответил Ваймс. – Сэр.
– Ах да. Неуместное рвение… Не стоит… недооцениватьтебя, сержант. Ты весьма находчивый человек. Увы, другиеучасткинемогут похвастаться такой…
– …находчивостью?
– Да, конечно. Боюсь, сержант, некоторыеизмоих наиболее преданных делу людей считают тебя… помехой в нашем важномдлягородаделе. Однако я… полагаю, что ты всего лишь… склоненсоблюдатьбуквузакона. И несмотря на то, что ты невполнепонимаешь, насколько опасно нынешнее положение… и на трения, возникшие между нами из-за этого, должен сказать… ты пришелсямнепосердцу.
«Я бы охотнее прошелся тебе по почкам или печени», – подумал Ваймс.
– Уверяю вас, сэр, я вовсе не метил так высоко, – ответил он вслух.
– Грандиозно. Предвкушаюнашедальнейшее… сотрудничество, сержант. Ваш новый капитан непременно… сообщитвамостальное, если сочтет необходимым. Всего хорошего.
Загорло развернулся и дрыгающейся походкой зашагал к воротам. Его люди последовали за ним, но один, с гипсом на руке, задержался, чтобы сделать непристойный жест.
– И тебе доброе утро, Генри, – сказал Ваймс.