Терри Пратчетт – Бесконечный Марс (страница 38)

– Слушай, Вуд, эта история к чему-нибудь ведет?

– Может быть, ты похож на Дедала еще сильнее, чем думаешь. Что ты сделаешь с этой марсианской технологией, если найдешь ее? Просто выбросишь в мир, как поступил с Переходником? Знаешь, ты и Салли, отец и дочь, вы оба считаете, что человечество – это какое-то неуправляемое дитя. Салли хлопает нас по затылку, когда думает, что мы себя плохо ведем. А ты по-своему учишь нас справляться с ответственностью, давая нам в руку заряженный пистолет и позволяя познавать все самим методом проб и ошибок.

Уиллис обдумал его слова.

– Ты просто взъелся из-за того, что ты старый космический кадет. Я прав? День перехода не позволил тебе летать по космической станции, измеряя плотность своей мочи при нулевой гравитации, или чем вы еще там занимались в те времена. Ну что ж, не повезло тебе. А что бы ни делали мы, мы делаем это, по крайней мере, в интересах человечества. Я имею в виду себя и Салли. Сейчас. Так к чему весь этот разговор, Фрэнк?

Фрэнк вздохнул.

– Просто пытаюсь понять вас двоих. – Он перевел взгляд на немую зону военных действий. – Одному богу известно, чем тут еще заняться…

– «Тор» вызывает группу высадки.

Фрэнк постучал по панели управления у себя на груди, чтобы переключиться на свой канал связи.

– Говори, Салли.

– Я тут наблюдаю за остаточным фоном радиации.

В этот момент Фрэнк уловил движение уголком глаза. Из кучи запыленных обломков поднялся столб зеленоватого дыма.

– Строители и воины давно мертвы, – сказала Салли, – но мусор, который они за собой оставили, может, и нет. Мне кажется, вам лучше выбираться оттуда.

– Принято. Уиллис, пошли.

Уиллис, не став спорить, последовал за Фрэнком, когда тот стал выбираться из выбоины. Фрэнк посмотрел на Салли, высоко летящую в небе, точно марсианская версия Икара. Но затем отвел взгляд, сосредоточившись на том, куда ему ступить на неровном склоне.

Глава 27

Никто на корабле Мэгги не думал встретить новую сложную форму жизни до того, как они выберутся из «Анаэробного пояса». Но как оказалось, все заблуждались – и уже не в первый раз.

Запад-161753428. Через десять дней после того, как они вступили в эту полосу бескислородных миров, твены очутились в мире, изобилующем жизнью – заметной, сложной, активной. Не было сомнений, что они вошли в новую цепочку – однако в такой дали последовательных миров формы жизни, которые они там видели, очень сильно отличались от всего, что попадалось им ранее.

Мэгги стояла в наблюдательной галерее вместе с несколькими своими высшими офицерами. В их число, по ее настоянию, входили Мак со Снежком, так как она питала слабую надежду, что, находясь рядом, эти двое научатся переносить друг друга. Но пока этого не случилось. Также в галерее находился капитан Эд Катлер, прибывший для еженедельной встречи с Мэгги.

Корабли бок о бок продвигались по отдающему желтизной небу, пронизанному странного вида облаками. Внизу лежало зеленоватое море, плещущееся о бледно-коричневый, с красными и фиолетовыми прожилками берег. Сама цветовая гамма пейзажа сбивала с толку, будто отражала сознание какого-нибудь обкуренного студента. На берегах что-то росло – в том числе то, что, по мнению Мэгги, походило на деревья, высокие формы со стволами и чем-то вроде листьев наверху. Так явно выглядели типичные образования, формирующиеся в случаях, когда организму необходим свет, поступающий с неба, и питательные вещества в земле, к которым можно дотянуться корнями. Однако так называемые листья были алыми, а не зелеными. Джерри Хемингуэй объяснил Мэгги, что они интенсивно фотосинтезировали, используя солнечную энергию – но не так, как деревья на Базовой: судя по всему, они поглощали не углекислый газ, получаемый из воздуха, а угарный, и выделяли не свежий кислород, а сероводород и прочие неприятные вещества. Заросли же «леса» простирались, разделенные на участки чем-то вроде прерий, занятых более разнообразными растениями, но что еще там росло, никто понятия не имел.

И в этих зарослях бродили звери. Совсем не похожие на животных Базовой. Мэгги разглядела какой-то диск, прозрачный, крупных размеров, нечто среднее между медузой и голливудским образом НЛО, – и он скользил, хлюпал и менял форму, вися над землей. Но нет, это был не один диск, а целое семейство – может быть, стадо, в котором взрослые особи двигались вперемешку с детенышами. Джерри Хемингуэй предположил, что они могли двигаться, используя какой-нибудь эффект влияния земли, – точно как воздушные суда.

Их понимание ничуть не облегчало то обстоятельство, что все это разворачивалось на сумасшедшей скорости, будто весь мир стоял на быстрой перемотке. Биологи из команды Хемингуэя предположили, что это было как-то связано с повышенной температурой, из-за которой повышалась и доступная энергия. Но каковы бы ни были причины этого, Мэгги искреннее желала, чтобы вся эта гадость просто притормозила. И…

– Брови Мао! – изумленно воскликнула лейтенант By Юэ-Сай. Но взяв себя в руки, повернулась к Мэгги и залилась краской. – Я должна извиниться, капитан.

– Еще как должна. Что ты увидела?

– Там, – указала Ву. – Да нет же, вон! В деревьях – длинное, сильное, как змея. Оно здоровенное. Но…

Но «змея» взметнулась в воздухе, перемахнув с дерева на дерево. Нет, даже не просто так: она отчетливо выгнулась в полете, будто гибкая вертолетная лопасть. Она двигалась по воздуху плавно – даже можно сказать, летела.

Джерри Хемингуэй присвистнул.

– Двенадцатифутовая летучая змея. Теперь я видел все. Хотя нет, подождите, еще не все.

В этот момент «змея» бросилась на один из дисков, тот, что был поменьше и отстал от остальных. В воздух вырвался пар, диск отчаянно задергался, и Мэгги увидела, как «змея» вонзилась в него, затем вышла наружу и, наконец, стала извиваться, прорывая себе путь сквозь тело диска.

– Оно поедает свою жертву изнутри, – проговорил Мак. – Прожгло ее каким-то кислым выделением. Очаровательно. Куда ни глянь – повсюду травоядные и плотоядные, танцы хищника и добычи.

Мэгги выдавила смешок в попытке поднять настроение.

– Может, и так, но я бы никогда не подумала, что ты уже видел подобное.

Катлер стоял рядом с Мэгги – и выглядел довольно напряженным. Он никогда не был любителем различных собраний.

– Полагаю, нам нужно найти какое-нибудь более уединенное место для безопасной посадки нашей береговой группы, да, капитан? А экипаж пока может немного отдохнуть – ребята уже долго сидят в тесноте…

В ответ на это никто ничего не сказал. Мэгги стало стыдно за него.

Мак, однако, таких угрызений совести не чувствовал.

– Капитан, вы в самом деле считаете, что нам стоит отправлять людей туда? – спросил он.

– Почему бы и нет? Мы ведь уже посещали экзотические Земли.

– Сэр, вы вообще слушаете, что ваши офицеры говорят на научных совещаниях?

– Мак… – предупреждающе начала Мэгги.

– По возможности стараюсь не слушать, – дерзко отозвался Катлер.

Мак оглянулся на остальных.

– Джерри, у тебя есть то, что осталось от первого дрона, который мы тут запустили? Покажем его капитану? Его корпус так поврежден… что, нет? Ничего страшного, у меня есть идея получше.

Он прошел к стене наблюдательной галереи, где располагался ряд закрытых лотков для сбора проб атмосферы. Там, натянув защитную перчатку, просунул руку внутрь и вытащил колбу с газом, который при флуоресцентном освещении палубы казался желтоватым.

– Воздух Запада – шестьдесят с лишним миллионов, – проговорил он. – И знаете, что мы в нем обнаружили, капитан?

– Уж точно не свободный кислород, насколько мне известно. Водяной пар?

– Хорошая попытка. Но там не просто вода. Сильнокислая вода. Вот что творится в этом мире, капитан Катлер. Океаны напоминают скорее разбавленную серную кислоту. Так же и реки. Так же и дождь. И так же кровь тех тварей внизу – и у той парочки, что нам удалось поймать с помощью дронов. А что, вы же сами только что видели эту «змею» – у нее, должно быть, телесные жидкости такие концентрированные, что прожгли то протоплазменное существо…

– Эд, – быстро проговорила Мэгги, надеясь разрядить обстановку, – наши ученые думают, что в этом мире, в этой цепи миров, организмы не используют воду, то есть нейтрально кислую воду как… как там это называется, Джерри?

– Растворитель. В данном случае тут подразумевается вещество, обеспечивающее жидкую среду, в которой может развиваться жизнь. На Базовой Земле для этого есть вода. А здесь…

– Кислота? – догадался Катлер.

– Так мы считаем, – подтвердил Мак. – Здесь вся биосфера основана на этом простом факте, на этом различии. Но мы едва-едва копнули местный грунт.

– Здешняя жизнь состоит из таких же основных молекул, что и у нас с вами, капитан Катлер, – сказал Хемингуэй, – но они имеют совершенно иную химическую основу. Возможно, растения поглощают угарный газ и выделяют сероводород. В любом случае выходить туда без полной защиты было бы чрезвычайно опасно, по крайней мере для человека.

– Но корабли у нас крепкие, – сказала Мэгги. – Корпус может выдержать и кислотный дождь. Подачу воздуха внутрь мы, разумеется, отключили. И я не сомневаюсь, Эд, твоя старпом уже сообщила бы, если бы возникли какие-либо проблемы.

Катлер, как заметила Мэгги, оставался невозмутим. Это был человек, чей разум был тщательно структурирован, что совершенно его устраивало. О природе этих экзотических миров ему не было надобности знать, если кораблю от этого не грозила опасность, и своим подчиненным он, несомненно, приказал исходить из этого. Тем не менее любопытство все же блеснуло в его глазах, и он спросил: