Терри Пратчетт – Бесконечный Марс (страница 24)

Но «Сернан» из виду не исчезал – как придающий уверенность спутник, он являл собой творение человека, способное устоять в этом мельтешении реальностей.

Теперь послышалось, как зашумели могучие двигатели, толкая корабль сквозь пространство, и пейзаж под носом «Армстронга» сменился. Дрейф материков происходил в каком-то смысле случайным образом, и позиции суши от мира к миру менялись, чаще – совсем немного, реже – существенно, но по совокупности в значительной степени. Так что корабли тоже меняли свое географическое положение, стремясь остаться примерно над центром Североамериканского щита – древней гранитной массы, лежащей в самом сердце материка. Они шли по следам предыдущей китайской экспедиции пятилетней давности.

Лейтенант By Юэ-Сай, стоя рядом с Мэгги, дерзко взяла ее за руку.

– Все точно как у нас на «Чжэнь Хэ», – заметила она. – Как будто мы видим все эти миры, всю Долгую Землю сразу, – видим глазами Бога.

Уже пару часов спустя корабли без остановки перемахнули через Дыру, в районе Запада-2000000. Гарри Райан заявил, что доволен сопротивляемостью своих кораблей при таком вакууме и невесомости.

После этого образ Земли изменился, и они сделали паузу, чтобы взять образцы, сделать фото, осмотреть ее. Миры стали мягче, бесцветнее, на лесных участках теперь преобладали огромные папоротники. Затем они уступили место бесплодным ландшафтам, где растительность виднелась лишь вдоль рек и у кромок океанов. Миры складывались в группы из более-менее схожих между собой, в десятки, сотни и тысячи переходов шириной, по аналогии с Поясами, выделенными первыми картографами Долгой Земли пару десятилетий назад.

Хемингуэй со своими учеными пытались маркировать и изучать репрезентативные образцы. Они останавливались, чтобы изучать особенности геологии, геоморфологии, климатологии и даже астрономии, как, например, относительно необычных черт Луны. Они даже проверяли радиосигналы в дальней ионосфере и высматривали людские огоньки, так как никто не знал, насколько далеко докатилась волна колонизации за годы, прошедшие со Дня перехода. Ученые докладывали, что основные ряды растений и животных были довольно похожи по обе стороны от Дыры, что, впрочем, и неудивительно. Но миновав Дыру, они уже не встречали переходящих гуманоидов – ни троллей, ни кобольдов, ни один из видов, привычных в более близких мирах. Это тоже не было удивительно, подумала Мэгги, учитывая, что большинство тех, кто способен переходить, не рисковали пересечь Дыру. Тем не менее, как бывалой путешественнице по Долгой Земле, ей казалось странным видеть миры, куда не ступала нога тролля и чья экология не пострадала от их массового присутствия, – миры, никогда не знавшие тролльего долгого зова.

Но корабли продолжали путь. Данные текли сплошным потоком.

И каждый раз внимание цеплялось за ту или иную форму жизни. И формы эти оказывались все более странными.

Большинство этих миров, казалось, было пристанищем сложных форм жизни – то есть не только бактерий, но и растений и животных. Однако миры Долгой Земли отличались друг от друга случайным образом, в результате различных событий прошлого, которые могли быть похожими либо нет. А массовые вымирания, разбросанные по всей истории Земли, казались Мэгги самыми удачными бросками космических кубиков. Даже миры, более близкие к Базовой, чем к Вальгалле, будто отражали разные исходы того сильнейшего удара, положившего конец эпохе динозавров на Базовой. Там встречались странные наборы животных, которые были похожи или не похожи на динозавров, на млекопитающих или на птиц.

Но там, где сейчас находился «Армстронг», все было еще удивительнее. Мэгги узнала, что на Базовой Земле более чем за двести миллионов лет до происхождения человека было еще одно массовое вымирание, когда вымерли первые млекопитающие, ранние динозавры и предки рептилий. Сейчас же, в миллионах переходов от Базовой, они нашли последствия различных исходов того эпохального события, где в спутанных экосистемах млекопитающие-охотники преследовали динозавроподобных травоядных или похожие на насекомых хищники гонялись за пресмыкающимися. Были здесь и миры, населенные рептилиями размером с тираннозавров или рапторами – с мышей и с похожими на иголки зубами…

Но если смотреть не на детали, а в целом, то после первых дней их скоростного путешествия Мэгги поразило чистое буйство той стихийной жизненной силы, что стремилась найти свое выражение всеми возможными способами, во всех возможных местах, во всех возможных мирах, – и находила его в живых существах, которые развивались в условиях жесточайшей конкуренции, – существах, которые дышали, плодились, боролись, умирали.

Спустя некоторое время это ощущение стало непреодолимым. Мэгги ушла от него, погрузившись в знакомую рутину.

Глава 15

На девятый день после запуска китайского двигателя Мэгги сидела у себя в каюте и писала отчеты. Едва подняв голову, она почувствовала, что корабль в который раз остановился. Очередная научная стоянка – ей бы доложили, если бы существовала необходимость или если бы они наткнулись на что-нибудь интересное для нее.

Но на следующий день, когда корабль так и не двинулся с места, ей позвонил Джерри Хемингуэй:

– Капитан, прошу прощения за беспокойство. Наверное, вам стоит взглянуть на это самой.

Она посмотрела на землеметр: тот показывал Запад-17297031. Ей тут же захотелось на свежий воздух.

– Сейчас выйду. Какая там погода?

– Мы стоим у морского берега. Здесь свежо, февраль все-таки. Одевайтесь потеплее и лучше выходите в непромокаемой обуви. И, капитан…

– Да, Джерри?

– Ступайте осторожнее.

– Увидимся на выходной палубе.

Поднявшись, она взглянула на Шими.

– Ты пойдешь?

Шими фыркнула:

– А Снежок там будет?

– Наверное.

– Возьмите мне футболку.

Мэгги Кауфман стояла на песчаном пляже, у спокойно плещущегося моря. Она задумалась, было ли это Внутреннеамериканское море, как в поясе Вальгаллы, или о таком понятии, как Америка, здесь не могло быть речи – ведь материки скользили по Земле, как кусочки пазла по наклоненной поверхности лотка.

Рядом с ней находились Джерри, Снежок и мичман Санторини, которого она назначила неофициальным сопровождающим для бигля. Мэгги заметила, что даже Снежок, обычно ходивший босиком, сейчас был в тяжелых самодельных ботинках. Чуть впереди бо́льшая часть научной группы Джерри делала записи, составляла карты, проводила наблюдения этого ничем не выдающегося пляжа, океана и дюн. Среди них также были двое вооруженных морпехов, выделенных Майком Мак-Киббеном, их прямолинейным, страдающим от безделья сержантом. Никто из команды летчиков не знал наверняка, для чего морпехов направляли в сопровождение подобных экспедиций – следить ли за местными динозаврами и крокодилами, за самими летчиками или же за говорящей собакой.

Кроме того, в группе были двое гражданских со странного вида блоками датчиков на плечах. Эти люди работали на Дугласа Блэка, поддерживая с ним непрерывную связь. Блэк редко показывался из своей каюты, но питал неиссякаемый интерес к посещаемым ими мирам и страстно их исследовал, пусть и через своих доверенных.

Что ж, ни крокодилов, ни динозавров Мэгги здесь не замечала. Тем не менее океан кишел жизнью: она видела рыб, водоросли, останки каких-то ракушек на выброшенной на берег морской траве. И еще крабов – эти мелкие твари бегали повсюду в больших количествах.

Джерри Хемингуэй проследил за ней.

– Капитан, мы еще не подавали официальный отчет. Что скажете по поводу первой реакции?

– Скажу спасибо, что посоветовали обуться. Здесь полно чертовых крабов.

– Что ж, это правда. Мы обнаружили целый пояс миров, где как раз преобладают всякие крабы и рачки. Пока это самое впечатляющее, что мы увидели. И если позволите, мы все вам покажем, шаг за шагом. Заодно и проверим наши выводы.

– Что покажете?

– Прошу за мной к океану, капитан.

Она взглянула на Снежка – тот вполне по-человечески пожал плечами и осторожно двинулся вперед.

Подойдя к кромке, Хемингуэй немного поплескал рукой в воде.

– Как вам это, капитан? А? как? – Он указал на дно – там показались крупный участок розового, участок зеленого.

Присмотревшись поближе, Мэгги увидела, что розовым оказалось скопление каких-то ракообразных наподобие креветок, а зеленым – морская трава.

– Я не…

Но в следующее мгновение она поняла, что креветки были собраны в неровный квадрат, окруженный каменными стенками, выложенными на песчаном дне, и рядом с ними патрулировали крабы, размером не крупнее человеческой ладони. Участок морской травы также имел форму неправильного квадрата, футов шесть стороной. В его пределах находилось еще больше крабов – они бродили по нему, дергая за растения. Работали аккуратными параллельными рядами, проходя вверх и вниз по этому… полю?

Она сделала шаг назад и осмотрелась по сторонам. Вся прибрежная полоса – слева и справа, насколько она видела, – была покрыта такими же квадратами и прямоугольниками – зелеными, розовыми, фиолетовыми, других цветов. Теперь она их разглядела – их было трудно не заметить.

– Ой.

Хемингуэй ухмыльнулся.

– «Ой», капитан?

– Не зазнавайся, Хемингуэй.

– Фер-р-рмы, – проговорил бигль, глядя на все то же самое. – Маленькие фер-р-рмы.

– Точно, – подтвердил Хемингуэй. – Мы, несомненно, наблюдаем за бережным, сознательным и целенаправленным выращиванием растений этими крабами. Идем дальше. Прошу за мной, капитан…