Терри Гудкайнд – Госпожа Смерть (страница 38)

Натан сперва счел путешествие довольно сложной задачей, но тут же поправил себя, назвав это приключением. Проведя многие века в плену Дворца Пророков, волшебник жаждал приключений, хотя и не думал, что утратит по пути свой дар.

Свернув с имперской дороги, стрелой идущей на север, трое путников направились к поросшим осинами холмам. Роща обладала пугающей красотой: гладкие стволы зеленовато-серого цвета устремлялись ввысь, а трепещущие листья шелестели и шептались на ветру.

Они шли по ковру опавших желтых листьев, окутанные их сладковатым запахом.

К вечеру Натан заприметил поляну возле ручья и предложил разбить там лагерь. Бэннон отправился на охоту за кроликами к ужину, но принес только несколько крупных диких яблок и охапку рогозы, сказав, что из ее мякоти можно приготовить начинку или пюре. Вдобавок они достали из сумок копченую рыбу, которую им дали жители бухты Ренда. После ужина Никки заснула под рассказы Натана о запутанных и варварских моментах истории, но Бэннон слушал старика с интересом.

На следующий день они продолжили идти по тропе среди холмов, которая была достаточно широка для лошади — хотя они уже несколько дней не видели деревень. Натан заглянул в свои записи.

— Если верить карте, впереди должен быть город — Локридж. — Он насупил брови, глядя по сторонам и пытаясь сориентироваться. — По крайней мере, насколько я могу судить. Мы легко доберемся туда к ночи.

— Я просто счастлив путешествовать с такими компаньонами, — сказал Бэннон, — пока вы позволяете мне идти с вами.

Натан размышлял, сколько дней, месяцев или даже лет займут поиски Кол Адаира.

Но как только они доберутся до этого загадочного места — горы, города или колдовского источника — он снова обретет целостность. А пока что он чувствовал себя опустошенным и неуверенным.

Он обладал и другими способностями: был прекрасным фехтовальщиком и истинным искателем приключений; но магия была его частью, и ему не нравилась мысль о том, что его хань стал беспокойной и непокорной силой.

Увы, чем дальше они уходили от бухты Ренда, тем меньше доверия вызывала грубая карта Таддеуса.

— Уверен, жители этого города смогут нам помочь, — громко сказал Натан.

Когда они дошли до поворота горного кряжа и ступили на голые скалы, на которых росли только искривленные горные растения, Натан остановился, чтобы оглядеться с этой точки обзора.

Бэннон указал на самый высокий горный хребет в нескольких милях от них. Огромный гранитный пик возвышался над остальными, словно цитадель.

— Там какая-то башня. Вы знаете, что это?

— Еще одна каменная пирамида? — предположила Никки.

— Нет-нет. Эта гораздо больше. Мне кажется, это гигантская башня.

Натан приставил ладонь козырьком ко лбу. Утреннее солнце било в глаза, скрывая детали, но он смог разглядеть каменную сторожевую башню, увенчанную частично обрушенными зубцами.

— Да-да, ты прав, мой мальчик. Но я не вижу ни людей, ни признаков движения. — Он прищурился посильнее. — Башня выглядит заброшенной.

— Отличное место для сторожевой башни, — сказала Никки. — Это охранный аванпост.

Натан медленно повернулся, окидывая взором гряду гор, деревья и окружающий пейзаж.

— Да, это самая высокая точка в округе. С нее можно разглядеть что-то на огромном расстоянии. — Он вошел в азарт, когда ему пришла в голову идея. — Я мог бы дойти до башни, а через несколько часов вернуться на дорогу. Возможность хорошенько осмотреться стоит того, чтобы сделать крюк.

Никки пожала плечами.

— Если считаешь, что это необходимо, волшебник, я пойду с тобой.

Натан повернулся к ней, чувствуя непривычную необходимость защищаться. С тех пор, как он утратил дар, колдунья явно ощущала потребность опекать его и заботиться о нем.

— Необязательно всем отклоняться от маршрута. С магией или без, Натан Рал не ребенок, нуждающийся в няньке. — Он фыркнул. — Предоставь это мне. Я поднимусь, осмотрю окрестности и обновлю карту, пока вы двое продолжите путь. Я рассчитываю, что вы доберетесь до города, найдете ночлег и раздобудете еду. Определенно, я буду голоден, когда догоню вас.

Бэннон, сверкнув улыбкой, сделал шаг вперед.

— Я отправлюсь с вами, Натан, — мы с Крепышом пригодимся в случае опасности. К тому же, я составлю вам компанию, и вы сможете поведать мне несколько историй.

Натан знал, что юноша говорит искренне. Вероятно, Бэннона пугала мысль остаться наедине с Никки, но Натан хотел сделать все сам. С того момента, как он потерял контроль над своей магией, он не осмеливался даже на попытку из опасений вызвать какую-то неизвестную катастрофу, и теперь чувствовал потребность доказать свою полезность.

— Звучит заманчиво, мой мальчик, но мне не нужна твоя помощь. — Он понял, что ненамеренно сказал это слишком резко, и смягчил тон. — Я справлюсь, уверяю. Отпустите меня одного. Я пойду вдоль того хребта — видите, там несложно пройти. — Он обезоруживающе усмехнулся. — Добрые духи, если я не смогу найти самое высокое место в округе, то я бесполезен! Вам ни к чему делать такой большой крюк.

Увидев его решимость, Никки не стала спорить.

— Как пожелаешь, волшебник.

— Просто удостоверьтесь, что в мое отсутствие вам не понадобится моя помощь, — добавил Натан с ноткой сарказма и легонько ударил Бэннона по плечу. — Иди с колдуньей. Вдруг ей понадобится защита твоего меча? Не покидай ее.

Никки скривилась, а Бэннон кивнул, воодушевленный своей новой задачей.

Без лишних прощальных речей волшебник шагнул в густую осиновую рощу и пошел вдоль горного хребта, прикидывая расстояние до сторожевой башни. Он спешил уйти из поля зрения Никки и Бэннона, не желая, чтобы они передумали и пошли с ним.

— Я все еще волшебник, проклятые духи! — бормотал он.

Хань все еще был где-то внутри, даже если походил на посаженную на цепь бешеную собаку, а не на верного друга. Но у Натана оставался меч и боевые умения, а еще тысячелетний жизненный опыт. Он вполне мог справиться с простенькой разведывательной вылазкой.

Волнистая гряда холмов вела его вниз по склону вдоль речного русла, а затем к другой возвышенности. Он бросил взгляд на башню, которая все еще казалась далекой, но решил не унывать. Он достигнет своей цели, найдет башню и выяснит, что получится. Он находился на неисследованных территориях, был первым странствующим послом Д'Хары и открывал эти земли во имя лорда Ричарда Рала.

Ноги заныли от ходьбы по пересеченной местности. Натан остановился и с удивлением уставился на загадочные символы, вырезанные на коре большой упавшей осины — древние и нечитаемые рубцы, раздувшиеся и размывшиеся по мере роста дерева. Символы не походили ни на один известный ему язык — ни на древнед'харианский, ни на какой-либо язык заклинаний из свитков и книг, изученных им в Танимуре. Знаки напомнили ему, что он находился в совсем не знакомых землях...

Когда Натан удалился от своих компаньонов на несколько миль и остался один в этих предположительно безопасных дебрях, он позволил себе поразмыслить, как изменились его положение с тех пор, как они с Никки покинули Д'Хару. Да, он определенно был в хорошей форме для своего возраста: мускулистый, подтянутый, энергичный и подвижный. И хорошо владел мечом — хотя слышал это только из своих уст. Но его магия изменилась, и он не мог сформулировать, что именно его тревожит, — а Натан Рал считал себя человеком, который умеет четко выражать свои мысли.

Волшебник никогда не сможет забыть ужас от обратного удара магии при попытке исцелить раненого в бухте Ренда: магия извернулась и исказилась в его руках. Натан боялся других возможных последствий. Всякий раз, когда он старался дотянуться до хань, прикоснуться к нему, схватить, он чувствовал только намек, эхо... а потом боль. Он не хотел быть рядом со своими друзьями, если произойдет какая-то чудовищная ответная реакция. И все же ему нужно узнать больше о своем состоянии.

Теперь ему представился шанс. На поросшем деревьями хребте, вдалеке от всех, Натан решился на попытку.

Учитывая обстоятельства, он не собирался использовать огненные заклинания — они могли вызвать большой пожар, который он не сможет потушить. Раньше он, как и Никки, легко манипулировал воздухом, перемещал воздушные массы и создавал ветер. Он мог попробовать сделать что-то с воздухом. Натан посмотрел на головокружительно одинаковые стволы осин с кронами из круглых листьев. Ветер шелестел ветками над головой.

Что ему терять? Он потянулся внутрь в поисках хань и попытался вытащить столько, сколько нужно для создания дуновения воздуха — ветерка, который всколыхнет ветки и листья. Легкий маленький вихрь...

Сначала ничего не происходило. Он напрягся сильнее, потянулся глубже, выпустил свой хань и подтолкнул его, чтобы создать нежное дуновение ветерка.

Листья действительно всколыхнулись, и вдруг воздух стал стягиваться к волшебнику. Ветер кружился и извивался подобно смерчу. Натан намеревался лишь слегка подтолкнуть, но воздух вокруг него взревел и понесся вверх, как в бурю.

Он отчаянно хватал руками пустоту, пытаясь втянуть вихрь и обуздать свою силу, но ветер только усиливался — магия боролась с волшебником. Ветки над его головой затрещали, толстый осиновый сук надломился и рухнул на землю совсем рядом. Ветер рвал листья на части и разбрасывал их, как зеленое конфетти. Нарастающий шторм трепал ветви, словно в порыве ярости.