Терри Гудкайнд – Госпожа Смерть (страница 13)
Жемчужина в ее пальцах была гладкой и холодной. Никки катала ее на ладони кончиком пальца.
— Прими я ее, к чему меня это обяжет? Чего ты ждешь?
Бэннон покраснел, сильно смутившись.
— Ничего! Я бы никогда не попросил... я и не думал!
— Только если ты в этом уверен. — Ее голос стал жестче.
— Это ведь жемчужина желаний. Разве вы не знаете?
— Нет, не знаю. Она обладает какой-то ценностью или это просто симпатичная безделушка? — Видя, что она его обидела, Никки неохотно смягчила тон. — Красивая жемчужина. Не знаю, видела ли я когда-нибудь прекрасней.
— Это жемчужина желаний, — повторил он. — Вы должны загадать желание. Может, это просто легенда, но я слышал, что жемчужины желаний собирают в себе мечты, и можно исполнить одну, если пожелать.
— Кто же верит в это? — спросила Никки.
— Многие. Поэтому «Бегущий по волнам» получает столько прибыли за каждый рейс. Капитан Эли знает, где находится длинная гряда особых рифов. Он собирает жемчужины желаний и продает в портовых городах — по крайней мере, так говорят другие моряки. — Он понизил голос и опустил подбородок. — Ведь вы знаете, этой мой первый рейс.
Никки держала на ладони жемчужину, думая о том, куда они направляются, и о миссии, данной ведьмой Натану. Несомненно, это будет долгое путешествие. Она взглянула на ледяной серебристый шарик, освещенный лунным светом, и сказала:
— Ладно, тогда я желаю, чтобы это морское путешествие привело нас в Кол Адаир. — Она сжала жемчужину в пальцах и опустила ее в маленький карман своего черного платья.
Глава 9
«Бегущий по волнам» шел на юг по открытой воде, оставив берега далеко позади. Проведя столько времени в плену Дворца Пророков, Натан привык сидеть днями напролет, но сейчас он хотя бы находился на воздухе и вдыхал свежий бриз. На расстоянии Танимура превратилась в просто воспоминание — в тысячу лет воспоминаний, если быть точным. Настало время обзаводиться новыми. У Рэд осталась книга его прошлого, но у него был новый том для многочисленных будущих приключений. Теперь, без дара предсказания, все неожиданности и повороты грядущего были сюрпризами, как им и положено.
Капитан и команда умело управляли кораблем, даже когда ветер был не попутным. Опытные матросы разбирались в хитроумной системе взаимодействия снастей и парусов. Они поднимали и опускали паруса, чтобы поймать малейшее дуновение ветра. Натану это казалось магией, хотя никакой магии в многолетнем знакомстве с тайнами моря не было.
Бόльшая часть команды неоднократно ходила в плавания с капитаном Эли, и у каждого матроса было дело — за исключением пятерых полуголых мужчин с татуировками, которые где-нибудь лежали и ничего не делали. Наблюдая за их ленивым поведением и отношением к окружающим, Натан перестал их уважать — не только из-за вожделения, с которым они поглядывали на Никки. Они не выражали никакого интереса к работе на корабле. Он предполагал, что у этих надменных людей есть своя задача, иначе капитан не стал бы держать их на борту. Правда, сейчас они были бесполезны.
Бэннон Фермер был новичком на «Бегущем по волнам», поэтому ему поручались наименее приятные дела: выливание помоев, откачка воды из трюма, чистка палубы соленой водой и жесткой маленькой щеткой. Но он выполнял эту тяжелую работу со странной радостью.
Натан наблюдал, как молодой человек карабкается по линям и несет вахту впередсмотрящего на высокой платформе или вылезает на реи, чтобы ослабить паруса. Закончив свои дела, Бэннон во второй половине дня садился рядом с волшебником и начинал задавать вопросы.
— Вы правда прожили тысячу лет? Сколько же удивительных вещей вы, должно быть, сделали!
Натан похлопал по книге жизни.
— Мне интереснее то, что еще предстоит сделать. — Он ободряюще улыбнулся худому рыжему парню. — Но я буду рад поведать тебе свои истории, если ты расскажешь свои.
Плечи Бэннона поникли.
— Мне нечего рассказывать. Со мной никогда ничего не случалось. — Он отвел взгляд, потирая побледневшие синяки на лице. — По-вашему, почему я сбежал с Кирии? Мне там прекрасно жилось, у меня были любящие родители и уютный дом. Но такому человеку, как я, там было слишком тихо и спокойно. — Он выдавил улыбку и вздрогнул от боли в еще не заживший разбитой губе.
— Я сеял капусту по весне, ухаживал за капустными полями все лето, собирал урожай осенью и помогал матери солить капусту на зиму. На приключения не было никаких шансов. — Он задрал подбородок. — Моему отцу было грустно наблюдать, как я ухожу, потому что он очень мной гордился. Может, когда-нибудь я вернусь богатым и известным искателем приключений.
— Может быть. — Что-то в словах молодого человека смутило Натана.
Бэннон вытащил свой меч и сел рядом с Натаном на палубу. Сталь не была идеальной, но лезвие было достаточно острым.
— Я все еще считаю, что Крепыш хорошо мне послужит.
Поскольку юноша явно ждал мудрого совета, Натан решил дать его:
— Клинок может служить своему хозяину только в том случае, если тот умеет с ним обращаться. Ты служишь мечу, а он служит тебе.
Пророк достал из ножен свой меч, чтобы полюбоваться прекрасно проработанной рукоятью, инкрустированной золотом, и блеском благородной стали. Он всегда ощущал, что клинок придает ему отважный и галантный вид, показывая, что с его хозяином нужно считаться не только как с волшебником, но и как с воином. Натан стоял, держа перед собой клинок и наблюдая, как солнечный свет играет на лезвии.
Он пристально взглянул на паренька.
— Ты ведь умеешь обращаться с мечом, мальчик мой?
— Я умею махать мечом, — сказал Бэннон.
— Мы тут не капусту режем. Что если бы ты сражался с кровожадным солдатом Имперского Ордена? Или хуже, с плотоядными полулюдьми из Темных земель?
Бэннон побледнел.
— Уверен, я смог бы сразить как минимум пятерых, прежде чем они убьют меня.
— Всего пятерых? И мне придется разбираться с оставшимися тысячами? — Натан, одетый в новые облегающие походные штаны, помахал руками и сделал пару приседаний. — Почему бы нам не попрактиковаться? Мне бы не помешал хороший напарник для тренировок. Я научу тебя нескольким движениям, так что если ты когда-нибудь столкнешься с ордой свирепых врагов, сможешь убить хотя бы пятнадцать, прежде чем тебя победят.
Бэннон широко улыбнулся.
— Было бы здорово. — Лицо его приняло обеспокоенный вид. — Ну, я не имел в виду, что хочу быть убитым, но мне хотелось бы проявить смелость, если доведется участвовать в великой битве.
— Твои соратники тоже хотели бы, чтобы ты проявил смелость, мой мальчик. — Натан погладил свой подбородок левой рукой. — Может, мне и тысяча лет, но я сравнительный новичок в поисках приключений. Меч выглядит так... эффектно, не находишь? — Он указал острием меча в небо.
— Ваш меч хорош, — признал Бэннон, — но сможет ли хороший меч, который эффектно смотрится, отпугнуть полчище монстров?
— Думаю, нет, — сказал Натан. — Может, нам обоим стоит поупражняться. — Он обеими руками обхватил рукоять меча и принялся вставать в разные стойки. — Будем учиться вместе, Бэннон Фермер?
Ухмыльнувшись, молодой человек поднял свой меч, отступил назад и принял боевую стойку. По крайней мере, попытался это сделать.
Когда Натан взмахнул мечом, Бэннон наискось рубанул воздух, чтобы отразить удар, но волшебнику пришлось подправить движение своего клинка, чтобы сталь с лязгом ударилась о сталь. Затем волшебник нанес обратный удар по клинку парня сверху вниз, не давая тому защититься. Разволновавшись от атак, Бэннон махал и рубил мечом во все стороны.
— Ты что, дровосек, который пытается вырубить весь лес? — проворчал волшебник.
— Я пытаюсь убить тысячу вражеских солдат!
— Похвальная цель. А теперь давай попробуем провести серию ударов, уколов и отражений атак.
Бэннон ответил очередной дикой комбинацией ударов и контрударов, которые волшебник легко отразил, хотя и сам не был опытным фехтовальщиком. В любых столкновениях Натан в первую очередь полагался на магию, а не на меч, но, желая проучить самоуверенного парнишку, он сломил защиту Бэннона и хлопнул того по заду плоской стороной меча.
Бэннон вскрикнул от досады; его лицо стало таким багровым, что даже веснушек не было видно.
— Ты заплатишь за это, волшебник!
— И не забудь про проценты, — сказал Натан с самодовольной ухмылкой. — Тебе понадобится время, чтобы заставить меня выплатить этот долг.
Несколько матросов наблюдали за ними, забавляясь состязанием. Они выли от хохота.
— Вы гляньте на капустного фермера! — фыркнул Карл, опытный мускулистый мореход, который считал своим долгом убедиться, что Бэннона примут как следует.
— Действительно, взгляните на него, — сказал Натан. — Скоро вы будете его бояться.
Бэннон атаковал с такой яростью, что Натан дрогнул и даже испугался.
— Проявляй не только энтузиазм, но и контроль, мой мальчик, — уклоняясь и отбиваясь, проворчал волшебник. — А теперь давай сделаем это медленно. Смотри на меня и повторяй удары.
Они тренировались в течение часа на жарком солнце, потея от напряжения. После того, как Натан показал ему несколько плавных основных приемов, Бэннон начал более уверенно обращаться со своим оружием. Глаза у него горели, и он улыбался, ускоряя темп. Бόльшая часть команды собралась посмотреть на бой, привлеченная звоном клинков. Наконец, тяжело дыша от изнеможения, Натан поднял руку, прося передышки.