Терри Брукс – Защитники Шаннары (страница 52)

Афенглу ничего не говорила в ответ долгое время, отвернувшись, чтобы пройти к окну и выглянуть за стены и башни Цитадели. – Хрисаллин ничего не делала руками, не произносила никаких слов? Просто кричала?

- Так я это видел, - подтвердил Грелин.

Сложно поверить, думала Афенглу, но идея, пришедшая ей в голову, была настолько неожиданной, что она на мгновение было ошарашена.

Она повернулась обратно к мальчику. – Почему бы тебе не отправиться что-нибудь поесть в обеденном зале? Паксон и Льюфар могут быть там. Я попрошу Себека отвести тебя.

Мальчик начал уходить, затем повернулся обратно. – Вы знаете, что не так с Хрисаллин? – Спросил он её.

Она улыбнулась. – Может быть.

- Можете помочь ей?

- Собираюсь попробовать.

Она посмотрела, как он уходит, закрывая за собой дверь, и затем повернулась к окну ещё раз. Ей нужно будет увидеться с девочкой в какой-то момент, хотя ей нужно быть осторожной на счёт этого. Если Хрисаллин считает её ответственной за своё текущее состояние – если она верит, что Афен именно та, кто контролировал её пытку – она не слишком хорошо воспримет это посещение.

В обычных обстоятельствах это не было бы большой проблемой для Ард Рис. Защиты её магии было бы более чем достаточно, чтобы уберечь её от любого вреда, который девочка может попытаться нанести ей в отместку. Но эта история о крике, которого оказалось достаточно, чтобы человек просто расщепился, вызывала беспокойство. Могло оказаться, что это отклонение, вызванное необузданной формой магии – из-за врождённого дефекта или достигнутого в результате воздействий или физического контакта – или это может быть тем, о чём сразу подумалось Афенглу, как она услышала это. Это могло быть указанием на то, что Хрисаллин Ли родилась с до сих пор скрытой способностью поколений семьи Омсфордов к магии, которую они называют песнью желаний.

Как никак, она была правнучкой Майры Ли и Райлинга Омсфорда, продуктом смешанных кровных линий с очень длинной магической историей. Паксон Ли обладал той же кровью и разделял ту же историю в своей генетике, но он не проявил признаков, что владеет магией песни желаний. Вполне было возможно, что его сестра владеет этим, а он нет. Внутри семьи говорилось, что магия иногда пропускает целые поколения, прежде чем проявиться вновь. Было также верно, что способность призывать песнь желаний не проявляется сразу же. Иногда на это уходят годы, чтобы она обнаружилась.

Но эта была магия, полагающаяся на использование голоса носителя, звук, способный достичь практически чего угодно у опытного пользователя. Если его не контролировать или высвободить спонтанно, результат вероятно будет очень похож на тот, который случился с Хрисаллин Ли. В ужасе, в страхе, в ярости, она слепо ударила бы, придав голосу бы комбинацию чувств, бурлящих внутри неё. Она не обязательно должна была понимать, что делает, и результат шокировал бы её и запутал бы.

Всё сходится. Всё же Афенглу не могла быть уверена, если она не раскроет девочке всё произошедшее и затем не убедит её, что той нужно найти способ разобраться с тем, что это означает.

Но как лучше сделать это?

Она начнёт с того, что расскажет Паксону свои подозрения. Ему придётся смириться с тем фактом, что его сестра может владеть магией, которая не проявлялась в кровных линиях Ли/Омсфордов несколько поколений – невероятно мощной магией, которую ей придётся научиться контролировать. Ему, возможно, придётся помогать ей с этим. Это потребует того, чтобы Хрисаллин дали время и возможность полностью оправиться от урона, который ей был нанесён руками Арканнена и Мики. Это потребует терпения, понимания и наставничества.

Она не знала, подходит ли для этого молодой человек. Думала, что может подойти, учитывая уровень зрелости и решительности, которые он показал в своих усилиях овладеть навыками, преподающимися ему Устом Мондарой, и уроками, прививаемыми Себеком, но она не могла быть уверена.

Никто не мог.

Она отступила от окна и пошла к двери в комнату. У неё есть другое дело, требующее её внимание в данный момент. Она откладывала его днями, но больше не может этого делать. Она должна спуститься к камере артефактов и выяснить, ни что ли не потревожило стражи, которые она и Себек разместили в хранилище, в которое были помещены алые эльфиниты. Сами камни были в достаточной безопасности; она не оставила для этого шансов.

Было лишь важно, пытался ли вор или нет.

Паксон всё ещё был глубоко погружен в разговор с Льюфар о своей сестре, когда появился Себек. – Они закончили с ней пока что. Она спит, но ты можешь посидеть с ней. Хочешь сделать это на несколько минут?

Ему не нужно было спрашивать, о ком говорит молодой друид и он немедля прервал общение с Льюфар. – Может продолжим позже? – Спросил он, уже вставая.

Она кивнула ему, и он ушёл. С Себеком во главе, он покинул обеденную залу, прошёл по коридору к лестницам, поднялся на один уровень, прошёл по другому коридору и у самого конца вошёл в большую палату, разделённую на набор комнат со стенами и закрытыми дверями, и открытые отсеки, разделённые только занавесками. Целители, были ли они друидами или нет – Паксон не мог сказать наверняка – были все одеты в белое, мужчины и женщины. Были видны восемь или девять, все суетились вокруг, передвигаясь туда и сюда, некоторые поодиночке, некоторые небольшими группами. Несколько взоров направилось в его сторону, никто не заговорил с ним.

Он не проводил много времени в лечебном центре за своё время пребывания в Параноре, и не знал, куда идти. Но Себек, который явно был знаком со всем, повёл его вперёд к одной из замкнутых комнат, тихо постучал в дверь, повернул ручку и заглянул внутрь.

Он обернулся к Паксону. – Я позволю побыть с ней наедине. Но не очень долго. Целители вскоре вернутся. Я приду за тобой, когда они будут готовы. Я сперва постучусь. Не открывай, пока я этого не сделаю.

Паксон зашёл внутрь и услышал запираемую за собой дверь. Хрисаллин, на самом деле, не спала, а сидела, глядя в пространство. Она была одета в белый халат и тапочки. Её помыли и причесали ей волосы. Он подошёл ближе, отметив ещё раз, что на ней нет ни отметины, вообще никаких признаков пыток. Что бы с ней ни сделали, это всё было в её голове. Но она верила, что ужасные вещи, о которых она говорит, на самом деле произошли, и что только это важно.

Он преклонил колено подле неё и взял её руки в свои.

- Хрисаллин, слышишь меня? Это Паксон. Это твой брат. Пожалуйста, посмотри на меня. Дай знать, слышишь ли ты меня. – Без ответа. Он продолжил говорить. – Хрис, мы поможем тебе. Ты пострадала, но твоё тело не повреждено. Пытка, которой ты подверглась, была нереальной. Это всё произошло в уме; ты должна была поверить в это, хотя на самом деле этого не было. Но теперь мы в Параноре. Здесь есть целители, которые могут помочь тебе. Они работают над тем, чтобы найти способ улучшить твоё состояние. Всё будет хорошо.

Затем он говорил с ней об их детстве. Он рассказывал ей истории, которые она вспомнила бы, когда они вместе играли маленькими детьми. Он напоминал ей о приключениях, которые происходили на их заднем дворе. Он пытался смеяться о случае, когда он обрезал её длинные волосы и заставил её рыдать. Он говорил о путешествиях, которые они совершат на воздушных кораблях, перевозя грузы из Ли к другим городам Четырёх Земель. Он говорил ей, как она будет хороша в команде и пилотировании, как многому она всему научилась, и куда они отправятся и что будут делать, когда ей станет лучше.

Он просил её вернуться ради их мамы, которая любила её и скучала по ней. Он говорил ей, что хочет вернуть её домой.

Он говорил с ней, пока больше не о чем стало говорить, и затем он прижал её к себе и тихо запел, поглаживая по волосам и покачивая. Прошло много времени. Он продолжал думать, что целители вернутся, но они не возвращались. Может Себек сказал им подождать немного, дать Паксону время побыть с ней. Возможно, целители верили, что ему может больше повести чем им в возвращении её из абстиненции.

Затем он всё прекратил и просто держал её в тишине комнаты, пытаясь не заплакать, сдерживая слёзы, угрожавшие выступить от любой мрачной мысли о том, что она может не поправиться. В конце он положил её обратно в кровать и укрыл её, сидя рядом с ней ещё один долгий промежуток времени, наблюдая за ней. Но она просто лежала там, с открытыми и невидящими глазами.

Он наконец уже собирался уходить, когда по двери прозвучал тихий стук. Себек, подумал он. Отпустив сестру, он встал и подошёл. Когда он открыл дверь, в проходе стояла Ард Рис.

- Себек сказал … - начала она шептать, а затем осеклась, увидев потрясённое выражение на его лице, когда он резко обернулся посмотреть через плечо. Её взгляд сместился с него, и она соединилась глазами с Хрисаллин, которая внезапно села в постели.

Паксон увидел шок и удивление, отразившиеся на лице его сестры за мгновение до того, как она начала кричать. Он отреагировал инстинктивно, бросив себя перед Ард Рис, чтобы защитить её, выталкивая её назад через дверь в вестибюль снаружи. Но он был слишком медленным. Крик Хрисаллин ударил в него подобного врезавшемуся молоту, обрушившись на него с такой мощью, что у него из лёгких выбило воздух и ноги из-под него. На пару вместе с Афенглу Элесседил, его бросило в стену позади. Они спутались бессвязной кучей, и Паксон лишился сознания.