Терри Брукс – Защитники Шаннары (страница 35)

Но кто-то пробил её защитные меры трижды за последние месяцы, украв магию по не совсем понятным причинам. Сейчас уже было само собой разумеющимся, что это должен быть один из них – друид, действующий один или от имени врага ордена, мошенник, просочившийся через её обычно основательную оценку пригодности претендентов. Это было горьким открытием при выяснении о первой краже, и это не стало сколько-нибудь легче с последующими.

Теперь эта.

- Очередная? – Повторил он - Что пропало на этот раз?

Она сделала успокаивающий вдох. – Стихл.

Клинок ассасина Пи Элла, использованный для убийства Оживляющей, дочери Короля Серебряной Реки, века назад в Элдвисте, логове Короля Камня. Его острие было настолько острым, что могло разрезать скалу. Он пропадал и объявлялся время от времени за годы, пока наконец не был возвращён и запечатан навсегда.

Стихлу было оказано особое обращение, обереги, защищавшие его, были сложны и многослойны. Никто не должен был способен добраться до него.

- Ты уверена, Госпожа? – Спросил он.

Она кивнула. – Я решила провести инспекцию артефактов, сравнивая сами предметы с нашими записями в каталоге, когда заметила, что стражи, защищавшие их, взломаны. Сперва я не могла поверить в это. Я думала, что ошиблась. Я даже обыскала все хранилища, каждый уголок и шкаф, каждую полку и контейнер. На это ушёл весь полдень. Но его там не было. Он пропал.

Она увидела, как Себек тревожно хмурит брови. Он понимал серьёзность того, о чём она ему говорит. Одним делом была кража сферы скри – магии, хоть и важной, но не особо опасной. Но Стихл был другим делом. Это было орудием убийства, против которого существовало мало защиты. Все возможные плохие вещи могли случиться, если этот клинок попадёт не в те руки.

Потеря только одного другого артефакта была бы более сокрушительной. Но Алые эльфиниты, или осушающие камни, возвращённые Редденом Омсфордом из Запрета десятилетия назад и отданные ордену друидов его братом, Райлингом – не размещались в камерах, содержащих другие артефакты. Она держала их в своих комнатах, в основном потому что после всех этих лет она всё ещё заигрывала с возможностью вернуть их эльфам.

- Ты имеешь хоть какое-нибудь представление о том, кто забрал его? – Спросил он, ссылаясь снова на Стихл.

- Вообще никаких. Как и при других кражах, его вынесли, когда никого не было поблизости. Обереги были удалены или пройдены, а оружие найдено кем-то, кто точно знал, где его держат. Я внимательно осмотрелась вокруг, когда поняла случившееся, считая, что могу найти подсказку на то, кто там был. Но кто бы ни совершил это, знал, что он делает. – Она помедлила. – Ты всё проинвентаризировал после последней кражи? Мы уверены, что Стихл всё ещё был заперт в тот момент?

- Я инвентаризировал всё после каждой кражи. Поэтому, да, он был там, где ему полагается быть.

- Когда это было? Может две недели назад?

- Где-то так.

- Совсем недолго. Наш вор верит, что мы не в состоянии остановить его, поэтому продолжает красть.

Себек пожал плечам. – Судя по всему, мы и не можем.

Мрачная вероятность пришла на ум Афенглу Элесседил – настолько омерзительная, что она чуть сразу от этого не отмахнулась. Но затем она обдумала, что на кону, и приняла решение. Она встала к нему лицом. – Важность этих украденных артефактов возрастает. Теперь я должна беспокоиться за сохранность алых эльфинитов. Они находились в достаточной безопасности в моих покоях, но я считаю, что должна переместить их в хранилище артефактов. Я сделаю это этим полднем. Поможешь мне в размещении оберегов?

- Конечно, - сказал Себек. – Хотя возможно тебе стоит оставить эльфиниты здесь, раз они до сих пор находились в безопасности.

- Нет, я думаю, будет лучше переместить их. Я создам новых стражей для всего хранилища. Никому не будет позволено входить кроме тебя или меня до дальнейшего уведомления. Я разыщу этого вора или поймаю его с поличным. Кражи прекратятся немедленно!

- Да, госпожа, - подтвердил тот.

- Отправь Старкса и Паксона ко мне. Я хочу поговорить с ними до их отправления.

Себек кивнул, отступая к двери. Она была в ярости, и знала, что он редко видел её такой. Но у Ард Рис случился переломный момент, как случается со всеми. Она достигла своего, и она вряд ли снова успокоится, пока кражи не будут урегулированы.

Когда он ушёл, она сделала глубокий вдох, обдумывая размах тёмной вероятности, пришедшей на ум ранее. Чем больше она вглядывалась в это, тем более вероятным это становилось, и тем больше росло её недовольство.

Но она ничего не могла с этим поделать. Это было тем, что есть, паслён под любым именем остаётся смертельно опасным. Когда она закончила обдумывать это, она резко выдохнула, чтобы сбросить напряжение, накопившееся внутри, и собралась сделать себе чашку чая.

Шла середина следующего дня, когда Арканнен прибыл обратно в Вэйфорд на своём личном воздушном судне – любезность Фаштона Кэеля – со своей отличительной эмблемой ворона, украшавшей главную мачту, установленную на предназначенное ей место. Сойдя с борта, он пересёк аэродром, оставив позади команду и личный персонал, решив пойти один на встречу с Микой. Закончив свои дела с Фаштоном Кэелем на данный момент, его внимание перенаправилось обратно к Хрисаллин Ли. К этому времени она должна быть достаточно подорвана, чтобы выполнить его планы на друидов. Мика была находчивой и упорной, когда доходило до переписывания разума, и в этот раз должна была оказаться не менее способной, зная, сколько стоит на кону.

Тем не менее он волновался на счёт этого плана, пусть даже он был его собственным. Столь многое зависело от того, чтобы сложилось на место как раз в нужное время и нужным способом. Провал на любом фронте сорвёт все усилия, и самый очевидный риск лежал в том, как девочка отреагирует на то, что с ней сделали.

Он намеревался добыть дальнейшую гарантию от Мики в этот самый день, что её магия делает то, что она обещала.

Высокий, худой и скрытый плащом с капюшоном, он представлял собой импозантную фигуру, проходя мальчика управляющего, где тот работал над ремонтом парсовой трубы, лежавшей на чурбанах недалеко от офиса. Сам управляющий присутствовал, сидя внутри здания, видимый через обзорное окно, склонив голову над занимавшей его сейчас задачей. Он ждал, что кто-либо из них поднимает на него взгляд, но когда никто этого не сделал, он автоматически вытеснил их из дальнейших соображений. Мальчик периодически оказывался полезным, его отец намного меньше. Ни один из них не занимал важной части в его жизни. Даже так, ему было более комфортно миновать их незамеченным.

Но затем он внезапно остановился и повернулся к мальчику, ему в голову пришла новая мысль. Он немного обдумал её, затем подошёл. Теперь мальчик смотрел на него, на лице было неуверенное выражение.

- Сделай одолжение, - сказал ему колдун. – Помнишь высокогорца, которого я просил направить в Тёмному Дому несколько недель назад?

Мальчик кивнул.

- Если увидишь его снова, если он прилетит в Вэйфорд, один или с кем-то ещё, я хочу, чтобы ты тут же явился в Тёмный Дом и дал мне знать. Можешь сделать это?

Мальчик кивнул ещё раз, но не сказал ни слова.

- Уверен, что можешь? Ты понимаешь, о чём я прошу. Я не хочу, чтобы высокогорец знал, что ты собираешься сделать.

- Я понимаю, - сказал мальчик.

- За это тебе кое-что достанется, если сделаешь так, как я говорю.

Мальчик кивнул, но не ответил. Немного медлительный, думал Арканнен про себя, но надёжный. Хотя он вдруг задумался, как Паксон Ли во время своего прошлого визита смог найти путь в Тёмный Дом, не вызвав тревогу у стражи. Не мальчик ли рассказал тому?

Он отринул идею; мальчишка никогда не рискнул бы на последствия.

Он оставил аэродром позади и прошёл по улицам города, воздержавшись от карет с лошадьми, ощущая необходимость размять ноги и желая побыть в одиночестве. Прохожие уступали ему дорогу, большинство и вовсе переходило на другую сторону улицы. Он знал, что они боятся его, и ему льстило, что они открыто демонстрируют это. Всегда лучше, чтобы тебя боялись, чем уважали. К уважаемым людям можно подойти; с ними можно заговорить и порассуждать. Но страшных людей просто избегают; рассуждения и пустые разговоры вне всякого вопроса.

Он шёл не к Тёмному Дому, а немного дальше туда, где располагался дом Мики на втором этаже по внешнему виду покинутого здания. Он провёл несколько мгновений, постояв на тротуаре побочной улицы, где мог убедиться, что за ним никто не следит, затем перешёл на другую сторону и быстро пошёл по переулку. Замок на внешней двери здания был знаком ему, и он легко его открыл. Оказавшись внутри, он прошёл по коридору и поднялся по лестнице в его конце и по второму холлу к входной двери Мики.

Там он постоял, прислушиваясь к тишине, прежде чем медленно постучать – один громкий, три тихих – оговоренный знак. Прошло время, затем замки открылись, дверь раскрылась, а Мика встала там, глядя на него.

Он удивился её внешности. Она никогда особо хорошо не выглядела, потому что была старой, иссохшей и изношенной. Всё же она практически всегда казалась хладнокровной и твёрдой, даже в самые наряжённые времена. Не сегодня. Сегодня она выглядела изможденной настолько, какой он никогда её не видел, её черты искажены, её рот скрючен в гримасе, её глаза пылали напряжением и неприкрытыми эмоциями.