Тери Браун – Порожденная иллюзией (ЛП) (страница 12)

– Ну, теперь я даже не знаю...

– Мистер Дарби! Вы хотите нарушить слово, данное леди?

– Разумеется, нет. Ничего подобного я не говорил. Ты меня окончательно запутала. Ладно, твоя взяла, скажу. – Он гордо выпячивает грудь. – Я изобретатель!

Я откидываюсь на спинку стула. Это не то, что я ожидала, но старик ждет моей реакции, так что я хлопаю в ладоши и пытаюсь выглядеть по-настоящему удивленной.

– Правда? А что вы изобретаете?

Мистер Дарби самодовольно улыбается. Очевидно, ему приятна моя реакция.

– Вот это тебе и предстоит узнать.

– Вы покажете мне хоть одну вещь?

Он мгновение обдумывает просьбу и встает из-за стола. Достав из шкафа квадратный металлический короб, сосед разматывает длинный шнур и вставляет штыревой конец в электророзетку в стене. Затем отрезает ломтик хлеба и подзывает меня к себе. Когда я подхожу, мистер Дарби накалывает хлеб на вилку и осторожно заталкивает его в короб. Потом закрывает маленькую боковую створку и выжидающе смотрит на меня.

– Э-э-э, и что теперь?

– Теперь мы ждем. – Мистер Дарби выдерживает драматическую паузу. – Хлеб поджарится и выпрыгнет обратно!

Мои глаза расширяются.

– О, боже! Подбрасывающий хлеб тостер! Я о таких слышала.

Лицо старика вытягивается, и он испускает тяжелый вздох.

– Вот в чем проблема. Всякий раз, когда я решаю, что одержал победу, тут же узнаю, что такое изобретение уже есть. Но это улучшенная модель!

– Не сомневаюсь. И уверена, вы что-нибудь придумаете, – убежденно говорю я. – Что еще вы изобрели?

– О, конечно, ты хочешь узнать! Но сначала ты тоже должна мне кое-что сказать. Ваши спиритические сеансы – просто обман?

Мистер Дарби смотрит мне прямо в глаза, и в его проницательном взгляде светится любопытство. Мой первый порыв – солгать. Правда может привести к нашему аресту. Но я вспоминаю медиатор, двигающийся под моими пальцами, и Уолтера, который заполняет мое тело, и вздрагиваю.

– Не всегда, – отвечаю приглушенно.

– Значит, твоя мама скорее фокусник, чем медиум?

Я задумываюсь. Хоть мама и знает несколько фокусов, вся ее сноровка сводится к моему умению привлекать внимание публики.

– Не совсем. Она, скорее, очень хорошая актриса.

Я беспокойно ерзаю на своем стуле. Прежде я никому столько не рассказывала о нас с мамой. Как странно, что я должна довериться ворчливому старику с умными голубыми глазами.

Внезапно кухню наполняет запах гари, и густой черный дым выползает из машины, поджаривающей хлеб. Я поспешно отскакиваю, а мистер Дарби выдергивает шнур из розетки. Затем хватает мокрое полотенце и достает сожженный хлеб из тостера. Я рукой захлопываю рот, и сосед смотрит на меня, выбрасывая горелый продукт в раковину.

– Не вздумай смеяться надо мной, мисси!

Я мотаю головой, но не осмеливаюсь ответить.

– Боже милостивый! Что вы натворили на сей раз?

Я подпрыгиваю, когда Коул влетает в дверь за моей спиной. Но, заметив на кухонной стойке тостер, он резко останавливается.

– О, как я вижу, на завтрак опять сожженный тост. – Коул замечает меня и вежливо кивает. – Если вы пришли, чтобы пообедать, думаю, вам стоит пересмотреть свое решение.

Голос его полон иронии, и Коул улыбается мне – настоящей улыбкой, которая освещает его лицо и делает его похожим на парня, а не на школьного учителя. У меня перехватывает дыхание.

– Мы уже поели, – сердито отвечает мистер Дарби. – Я просто показывал ей свою машину.

– Вы должны быть польщены. Он не демонстрирует свои изобретения кому попало.

Коул смотрит на меня, но тут же отводит взгляд. Без всякого умысла, я подхожу к столу и прикасаюсь к Коулу, одновременно направляя в его сторону нить. Но, так и не достигнув цели, она меняет направление, будто врезавшись в невидимую стену. Я хмурюсь. Ничего подобного я раньше не чувствовала.

– А кому еще мне их показывать? – воинственно спрашивает мистер Дарби.

Я нерешительно продвигаюсь в гостиную:

– Я должна идти. Мама гадает, куда я запропастилась.

Я собираю вещи, и Коул берет мою корзину.

– Позвольте мне, – предлагает вежливо.

– Это всего лишь на один этаж выше, – протестую я.

– Мне не часто выпадает возможность побыть джентльменом. Уважьте меня. – Он склоняет голову и говорит так официально – трудно поверить, что всего пару минут назад он дразнил мистера Дарби.

Я следую за Коулом через гостиную, мистер Дарби не отстает ни на шаг.

– Заходи в любое время, девочка. Я ведь еще даже не показал тебе свою мастерскую.

– Конечно, – киваю я. – С удовольствием.

Мы с Коулом выходим на лестничную площадку. Я хватаюсь за свою корзину, и он протягивает ее мне с легкой улыбкой, которая смягчает его жесткий рот. Я ловлю себя на том, что пялюсь на его губы, и, смутившись, поспешно отвожу взгляд.

– Спасибо, что зашли. Мистер Дарби может быть немного брюзгливым, но это лишь видимость.

– Он мне нравится, – отвечаю честно.

И застываю на месте, глядя в эти темные глаза. Меня наполняет странное чувство. Как будто мы как-то связаны. Пространство между нами практически пропитано зарождающимся узнаванием другого человека. Это новое ощущение одновременно интригует и вызывает тревогу, и я борюсь с искушением ему поддаться.

Сглотнув, я поворачиваюсь, чтобы подняться наверх, но Коул протягивает руку и ловит меня за пальто:

– Могу я задать вопрос?

Этот непринужденный тон так отличается от его обычной высокопарной манеры, что я мгновенно настораживаюсь. Прикусываю щеку изнутри и легонько киваю.

– То, что произошло вчера – такое часто случается?

Он впивается в меня взглядом. В какой-то миг кажется, будто Коул пытается вытащить ответ прямо из моих мыслей, поэтому я мотаю головой.

– Нет. Нет, никогда.

Коул отпускает мою руку, и я на дрожащих ногах взбегаю вверх по лестнице.

– Анна!

Я замираю на полпути к своей двери и оборачиваюсь.

Лицо Коула такое серьезное.

– Будь осторожна с этим.

Нет нужды спрашивать, о чем он говорит. Еще раз быстро кивнув, я преодолеваю оставшиеся ступени.

* * *

Следующим утром я просыпаюсь как с облегчением, оттого что меня не посетило очередное видение, так и разочарованная. По крайней мере видение могло бы дать подсказки о том, что происходит. Или может произойти. Сбитая с толку, я потираю виски. Затем проверяю, как там мама – что уже становится своего рода нервной привычкой, – и, конечно же, с ней все в порядке. Умывшись и одевшись, нерешительно смотрю на свою корзину. Понимаю, это глупо, но я не хочу оставлять маму без присмотра.

Вместо этого я тяну время, убираясь в квартире, пока не слышу, что мама проснулась. Я наливаю кофе и отношу к ней в спальню.

– По какому поводу? – вкидывает мама брови.

Пожимаю плечами, стараясь выглядеть непринужденно:

– Без повода. Просто подумала, что ты не откажешься от чашечки кофе.