Тереза Тур – Роннская Академия Магии. Найти крысу (СИ) (страница 68)
— Нет. По ней…
Фавн ушел, а к Картеру подошел Лорри. Демон положил руку другу на плечо, сжал, с силой выпустив когти. Боль пронзила тело, кровь потекла под черной тканью, и стало… хорошо…
— Спасибо, — выдохнул боевик.
Редкий друг догадается разодрать в нужный момент плечо в кровь…
— Мердос пришел, чтобы забрать ее душу в Долину Вечных, — выдохнул демон, — Уход увидят не все. Лишь те, в ком живет Тьма.
— Значит… я не увижу…
— Ошибаешься. Увидишь.
Он увидел.
Генриетта, прозрачная, будто призрак, шла за маленькими рогатыми существами, у которых вместо ног были… козьи копытца. Они вели ее туда, где медом пахли вечно цветущие сады, туда, где ей будет хорошо и спокойно…
Что-то больно ущипнуло ладонь. Оказывается, все это время он сжимал в кулаке бирюзового краба.
— Прости, малыш…
Алан Ярборро первым подошел к грахху. Повесил на гриву черную ленту. Взмахнул рукой остальным — пора.
Демонам разрешили провести их собственный обряд прощания. Так говорящие с Тьмой отблагодарили магов за то, что когда-то тела их детей и воинов, найденные магами, были похоронены согласно обычаю боевиков.
Рогатые привели фавнов, сыграли красивую, печальную мелодию. Для всех присутствующих, видимо, это было именно так. Но не для него. Он видел Генриетту. Она ушла вместе с ними. На душе стало легче.
— Алан… Ты видел?
— Да. Ты тоже?
— Все видели. Ты прекрасно знаешь, что это значит. Что думаешь?
Только сейчас Ярборро понял, что Кавендиш говорит не о Генриетте, а о Джен. Ритуал демонов заставил его забыть о том факте, что его дочь вместе с остальными боевиками выпустила в небо несколько огненных шаров…
Он знал, что это значит… Ха-шии-ррри.
Так магия огня может проявиться только у боевика. Джен может стать боевым магом. Но она им не станет. Никогда. Он не допустит. Хватит с него того, что сейчас он хоронит свою ученицу. Больше никаких девчонок на его кафедре. Он завершит церемонию, и очень доходчиво объяснит всем и каждому, что его дочь, принцесса Джен Ярборро, не должна об это ничего знать. Эмма, когда увидела, стала бледнее самой смерти. Даже под маской это было видно. О, демоны… За что?
Один за другим боевики седлали граххов, привязывали мешки с прахом, вешали черные ленты.
Его курс, Корри, Кавендиш, Рийс. Все были готовы.
— Магистр, — обратился Ормс к Ярборро, — У нас… еще один грахх.
— Что?
Лев так и не дождался своей очереди. Среди присутствующих больше не было боевиков. Повисла пауза. Грахх взмыл в небо, сделал небольшой круг, и… опустился рядом с принцессой, присев, чтобы ей было удобно его оседлать. Джен побледнела. Подняла глаза на отца.
Ярборро кивнул. Церемония прощания требовала неукоснительного соблюдения ритуала. Грахх прилетел к Джен. Ее магия проявила себя должным образом, и он не вправе вмешиваться. Но демоны, если бы он только мог…
Ормс помог Джен привязать мешки и сесть в седло. Хорошо, что она была в брюках. Отец, правда, так не считал…
Она поискала глазами маму, Аль, Иву, Шарль, Лорри, профессора Дин… Все одарили ее теплым взглядом поддержки. Ей стало легче — в нее верят, и она это сделает. За всех. Обидно, что отец злится, и даже не смотрит в ее сторону.
Джен запустила руки в густую, теплую шерсть, опустила лицо. Хоть несколько секунд никого не видеть… Как же она устала…
Львы медленно двинулись вокруг того места, где был погребальный костер. Маги, по очереди, клали в привязанные к львам мешки горсть земли. Вышла луна. Полная, яркая. И тут… Джен увидела ее. Тень. Птица, что пытается взлететь — шляпка Лендиш.
Грахх взмыл так резко, что она еле удержалась, чтобы не упасть. А потом она… забыла обо всем…
Они парили над морем, и звезды вместе с пеплом падали в черную воду, поднимая ледяные холодные брызги, возвращая стихиям силу, что когда-нибудь снова вернется в их мир…
«Прощай», «прости», и… «я узнаю правду…»
ГЛАВА 21
Птица хищной тенью срывалась с головы женщины-призрака, взлетая в беззвездное небо, чтобы вновь рухнуть на девушку.
Джен так долго бежала, отбивалась и кричала, что просто устала от ужаса. Птица, что рвала ее на кусочки и получала от этого огромное удовольствие, была везде. И спасения от нее не было.
— Ярборро. Проснись, Ярборро.
Она собрала все силы, чтобы вырвать себя из этого кошмара.
— Птица, птица, птица… Чай.
— Пусти, задушишь.
— Это черная птица. И…
— Дженни, девочка моя, успокойся, — маленькие лапки с острыми коготками-иголочками аккуратно взяли за подбородок. — Это просто сон. Не удивительно, что после вчерашнего тебе снятся кошмары. Я вот тут настойку тебе принес. Думаю, будет не лишним.
— Спасибо, — Джен залпом выпила пузырек. Пожалела, что он такой маленький. Голова перестала кружиться, но руки все равно тряслись от слабости. А еще хотелось есть, — Чай, а что было вчера? Я помню, мы летели на граххах, а потом… Потом — не помню…
— Когда грахх спустился, все подумали, еще одни похороны будут. Ты так в себя и не пришла — Ярборро принес тебя, спящую, на руках. Потом мы с Эммой посидели рядом, пока не стало понятно, что ты просто спишь. Зашла Дин, сказала, ничего страшного. Кстати она же настойку и передала.
— Спасибо…
— И еще сказала, что ты проснешься голодная, как зверь. Есть хочешь, Ярборро?
— Очень.
— Ваше высочество, ваш выход. — опоссум взмахнул лапкой, и в комнату Джен вошел нагруженный по самые рога демон.
Лорри с ног до головы был в пакетах и пакетиках, коробках и коробочках, бутылках и бутылочках. Пахло все это просто умопомрачительно. Еды было столько, что можно было накормить не только одну маленькую принцессу, но и небольшой питомник огненных граххов впридачу. Львы рыжей масти, как известно, едят больше.
Когда к ним впорхнули Ива и Шарль, встревоженные и переживающие, решено было в столовую не ходить, а устроить самый плотный завтрак за всю историю Академии.
Джен, одной рукой засовывая в себя огромный кусок тыквенной запеканки, другой ставила на зеркало табличку. Если папа проговорился вчера бабушке, то она непременно явится ее проведать. Так. Папа и мама если и придут, то позже. Еды много, все в сборе, пора начинать. У нее важная информация.
Принцесса посмотрела на Лорри, и они поняли друг друга без слов. Принц демонов вскинул руки. Маленькую комнатку заполнила Тьма. Осторожно, вкрадчиво, черные клубы тумана прошлись у ног хозяина, и наконец, освоившись, решились рассказать то, что велено было запомнить и передать.
Перед глазами присутствующих развернулись события позапрошлой ночи. Лысое существо с голубоватой кожей и вытянутыми ушами сжимало в кулаке кинжал Рины. В огромных, чуть раскосых глазах не было ни злобы, ни страха, ни боли, ни жалости. И это было… Страшно.
Иффа да Гарддин, злодей, о котором знал каждый житель Ярборро, который уже умел говорить и ходить, стоял чуть позади. Молодое, тонкое… красивое лицо. Бледное. Непривычно короткие волосы. Во взгляде читалась жажда власти, осознание собственного превосходства над всеми живущими рядом, недостойными дышать с ним одним воздухом…
А рядом — тень. Уродливая, черная тень- тело человека, голова взъерошенной птицы.
— Только птицеголовых нам и не хватало. — Чай смотрел на все происходящее, не забывая при этом налегать на запеканку. Усики подрагивали от любопытства, а липкие крошки падали Джен на плечо.
— Это — Василена. Я уверена.
— Библиотекарша?
— Да. Это ее шляпка. — Принцесса показала пальцем на птицу. — Я… я видела тень от нее. Во время похорон.
— Укуси меня Миррайя и сдохни. То есть наша тишайшая библиотекарша и есть неуловимый шпион Гарддина?
— Именно.
— Умно завербовать ее. Умно. Если это так…
— Ник рассказывал, что Лендиш была опекуном погибшей Лей, ее дальней родственницей. Можно себе представить, в каком она была состоянии. Ненависть, боль. — Шарль говорила еле слышно, но так, чтобы ее услышали, не смотря на перезвон браслетов.
Артефакты рапи будто взбесились. Браслеты звенели, дрожали и переливались всеми цветами радуги.
— Что с ними? — Ива посмотрела на подругу.