Теодора Госс – Странная история дочери алхимика (страница 55)
– Я знаю, – сказала Мэри. – Но разве у нас есть выбор? Там наши друзья. Кто знает, сколько времени осталось у Жюстины?
– Конечно, мы идем, – согласилась Кэтрин. – Ну же, хватит медлить!
– Мисс Джекилл права, – сказал Ватсон. – У нас нет времени на составление безопасного плана. Хотя сама мысль о том, что в этот ужасный склад собираетесь войти вы, юные дамы…
– Нет, доктор Ватсон, вы нас не остановите, – оборвала его Мэри. Сработает ли это? Просто должно сработать.
– Я и не собирался. Просто сама мысль о том, что вы безоружны… Но у меня есть только один револьвер, мой собственный. Холмс, что у вас?
– Мой револьвер, – ответил Холмс. – Ваш вы лучше оставьте при себе, Ватсон. Я отдам свой мисс Джекилл или мисс Моро. В конце концов, я владею кулачным боем. Вы же знаете, что я обучался борьбе баритсу. Вы неправильно поняли меня, мисс Джекилл. Я не собирался предлагать бросить мисс Франкенштейн в отчаянном положении.
– Мне не нужен ваш револьвер, мистер Холмс, – сказала Мэри и вытащила из сумочки револьвер своего отца. Он был небольшим, того типа, что можно носить совсем незаметно. Мэри уже задумывалась о том, не приобрел ли его ее отец для своих прогулок в обличии Хайда. Который был жив… что означало, что жив ее отец.
Миссис Пул: – Так вы носили с собой револьвер все это время?
Мэри: – Я положила его в сумочку перед отправлением в Сохо. Подумала, что если доктор Ватсон носит с собой револьвер, то и я должна так делать, раз сопровождаю мистера Холмса. Нельзя угадать, когда вдруг может понадобиться револьвер.
Миссис Пул: – Очень благоразумно с вашей стороны, мисс.
Мэри: – Мне тогда пришлось оставить сумку в переулке, а потом я забыла ее забрать. Хорошо хоть, догадалась засунуть за пояс остаток денег и ключ от дома. Полагаю, Диана права – женская одежда не создана для приключений.
Диана: – А я что говорила?
– Мне тоже не нужно оружие, – сказала Кэтрин. – Я сама – оружие. Вы не забыли, что я убила человека голыми руками – и зубами?
– Тогда за мной, – приказал Холмс. – Я иду первым. Помните, мы имеем дело с преступниками, а я действую от лица Лестрейда и Скотланд-Ярда. Я – официальный представитель закона.
И широкие ворота, и узкая дверца склада были заперты, но Диана сумела отпереть дверь инструментом, извлеченным из-под лацкана пиджака и подозрительно напоминающим одну из шляпных булавок Мэри.
– Я с семи лет это умею! – шепнула она Холмсу, стоявшему к ней ближе всех. Она осторожно толкнула дверь, открывшуюся в темный коридор, проходивший по всей длине склада. В конце коридора было окошко, в которое проникало немного лунного света и освещало железную лестницу на второй этаж. Холмс вышел вперед с револьвером в руке. Мэри последовала за ним, а дальше и остальные – один за другим, цепочкой, двигаясь как можно тише. Ватсон замыкал шествие. Слева по коридору виднелись очертания двери, которая, должно быть, вела на основной склад. Справа дверей было три, и под первой выделялась полоска света. Оттуда слышались приглушенные голоса. Очевидно, эта дверь вела туда, где держали Жюстину.
– Диана, проверь, что за остальными дверьми! – прошептала Мэри. – Если найдешь Беатриче и сумеешь ее освободить, вы двое сейчас же присоединитесь к нам. Если ее здесь нет, ступай искать наверху, а мы попробуем обойтись без вас. Времени ждать нет.
– Ладно, – шепнула Диана. – Пошли, Чарли.
И снова наше повествование разделяется на две части: в одной действует Диана, в другой – Мэри и Кэтрин.
Кэтрин: – Я не сумею написать эту часть с точки зрения Дианы.
Мэри: – Конечно, сумеешь, ты ведь писатель и можешь перевоплотиться в кого угодно! Просто отыщи свою внутреннюю Диану и следуй ей.
Кэтрин: – Нет у меня внутренней Дианы.
Диана: – Ха, размечталась. У всех на свете есть внутренняя Диана.
Мысли Дианы были в полном беспорядке и перескакивали с одного на другое. Впрочем, а когда они вели себя иначе? Так что в этом не было ничего нового. На тот момент ее внутренний монолог звучал примерно так:
Мэри: – Вот видишь, у тебя отлично получается! Но хватит уже описывать внутренний мир Дианы, переходи к повествованию.
Диане потребовалось всего несколько секунд, чтобы открыть замки на второй и третьей дверях. В этих комнатах не было Беатриче, только какие-то ящики с надписями «Грузоперевозки Олдерни». Значит, надо смотреть на втором этаже. Она помахала Мэри рукой и указала ей на лестницу, обозначая, что идет наверх и остальным придется обойтись без нее. Мэри помахала в ответ, говоря, что все поняла.
Диана поднялась по винтовой железной лестнице. За ней карабкался Чарли.
– У вас здорово получается с этими замками, мисс, – шепнул он ей, когда они достигли второго этажа.
Его внимание ее одновременно порадовало и рассердило. Обрадовало, потому что лестно было услышать признание своего искусства, и рассердило, потому что кто-то посмел с самого начала в ней сомневаться. Конечно, у нее получалось здорово, еще бы нет! Она же, в конце концов, Диана Хайд, лучшая взломщица на свете. У нее всегда был талант вскрывать замки и обшаривать карманы, а еще – лазать по почти отвесным стенам. Она часто размышляла о том, что если жизнь не подкинет ей более интересной работы, нужно будет заделаться воровкой.
Диана: – И до сих пор я не оставила этой мысли!
На втором этаже двери располагались только слева – ну то есть справа, если смотреть с первого этажа. В конце коридора тоже было окошко, выходившее на улицу. Ставни у него были то ли открыты, то ли отломаны, так что хватало лунного света, чтобы оглядеться. Всего дверей было три.
Первое помещение оказалось пустым. Диана только начала возиться со вторым замком, как из-за последней двери по коридору послышался слабый стон. Диана на цыпочках перебежала туда и быстро вскрыла замок. В комнате имелось одно окно, в которое ярко светила луна. В ее свете была видна Беатриче, сидевшая в дальнем углу и связанная по рукам и ногам. Рот ее был заткнут кляпом. Под окном лежала какая-то девчонка, почти без сознания. Она-то и издавала тихие стоны и чуть-чуть шевелилась, как в неспокойном сне.
Снизу послышались совсем другие звуки: кто-то громко закричал. Началось, что бы это ни было.
Диана метнулась было в комнату – но быстро выскочила обратно. Все помещение заполнял сладкий дурманящий запах, будто это был не склад, а роскошная оранжерея.
– Не вдыхай этот запах! – предупредила она Чарли. – Это яд Беатриче. У тебя есть носовой платок?
Чарли вытащил из кармана штанов огромный платок из грубой ткани.
– Открой окно, – велела Диана, указав в конец коридора. Чарли кивнул и побежал туда. До чего же приятно, когда под рукой есть кто-то, просто делающий, что ты ему говоришь, без всяких споров и разговоров!
Диана прижала платок ко рту, бегом пересекла комнату и попыталась открыть окошко, но щеколда заржавела, и ей пришлось провозиться несколько минут, так что в конце концов она бросила платок, чтобы освободить обе руки. Воздух был таким душистым, сладким… Диане захотелось просто сесть на пол и вдыхать, вдыхать его полной грудью, остаться в этом саду навсегда… Последним рывком она наконец одолела щеколду и толкнула створки окна наружу. Свежий воздух! Она жадно вдохнула полной грудью.
Потом она подхватила девочку, лежавшую на полу, и как могла подняла ее к окну, обхватив руками поперек груди. Та оказалась не тяжелой, но притом податливой и мягкой, как неплотно набитый мешок.
– Давай, дыши! – приказала ей Диана. Девчонка была пока жива, но дышала уже с трудом. Глотнув наконец свежего воздуха, она начала кашлять – хриплым лающим кашлем, сотрясавшим все ее тело. Диане было нелегко ее удержать, но она умудрилась опереть ее тело о подоконник и удерживать так, чтобы голова бедняжки свешивалась из окна.
– А мне что делать, мисс? – спросил Чарли, который вернулся и стоял на пороге. Теперь не было нужды шептать и соблюдать тишину – на первом этаже царил настоящий бедлам, слышались крики, какой-то треск. Что там происходит? Но на размышления времени не было.
– Помоги Беатриче, – велела Диана.
Удерживая девчонку на подоконнике, Диана обернулась посмотреть, что делает Чарли. Тот вытащил из кармана нож и перерезал сперва полоску ткани, закрывавшую Беатриче рот, потом веревки на запястьях и щиколотках.
– Как я счастлива вас видеть! – воскликнула Беатриче, едва смогла снова говорить. – Скорее, мне нужно выйти в коридор и перестать отравлять тут воздух! Бедная девочка…
– Обопритесь на меня, мисс, – Чарли протянул руку.
– Нет, не прикасайся ко мне, получишь ожог, – Беатриче сама кое-как поднялась, немного постояла, привалившись к стене, и, пошатываясь, направилась к двери.
Девочка все еще лежала животом на подоконнике, жадно вдыхая свежий воздух.