Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны (страница 192)
— Путь Всеобщей Скорби… — эхом повторил Тан Тай Цзинь. Когда наставник обучал его даосизму, он узнал, что Великое Дао полно печали, от зарождения до становления. Оказывается, и у тёмного царства есть свой особый путь судьбы, но зачем он демонам?
Старец тем временем продолжил рассказ:
— Тогда, десять тысяч лет назад, демон-бог был могущественен и жаждал всевластия, он возжелал, чтобы все существа шести царств обратились в демонов и служили ему. Желая стать единовластным хозяином неба и земли, он создал Путь Всеобщей Скорби. В безумной злобе он убил богов, а когда они умерли и их дух рассеялся, этому миру остался бесценный дар божественных слёз — четыре волшебные жемчужины. Жемчужина Иллюзии или тысячи лиц, жемчужина Озарения или ясного солнца, жемчужина Алчности или волчьей злости и жемчужина Единения. Демон-бог все свои силы влил в Путь Всеобщей Скорби, а четыре божественные жемчужины держал при себе. Но он допустил досадную оплошность, не досмотрел за своим сокровищем. Оказавшийся рядом древний князь горных эльфов выкрал две жемчужины: Иллюзии и Единения. Именно поэтому демон-бог так и не смог осуществить задуманное и потерпел поражение, а его злые кости рассыпались в прах.
Чёрные зрачки старца становились всё больше, заливая тьмой глазные яблоки, но он не отпускал руки своего ученика:
— Путь Всеобщей Скорби всё ещё существует, и ханба проснулась! Сы Ин преобразовывает духовную энергию в демоническую, чтобы обратить всех живых существ в монстров!
Тан Тай Цзинь в это время думал о другом: князь горных эльфов помешал демону-богу погубить мир! Так вот кем был отец маленького феникса Су Су, ожидавший свою дочь в бесплодном тайном царстве тысячи лет.
А старец продолжал говорить, понимая, что осталось ему недолго и нужно успеть рассказать своему ученику все, что он знает:
— Как только Путь Всеобщей Скорби будет открыт, пережить превращение в демонов сможет лишь десятая часть живущих на земле. Прямо сейчас Сы Ин кормит смертельными пилюлями всех подряд. Древний князь горных эльфов, во имя своей любви, предотвратил становление Пути Всеобщей Скорби десять тысяч лет назад, подарив шести царствам тысячелетия мира. Но эти события в прошлом. Жемчужины Иллюзии и Алчности в руках ханба. А вот Озарение мне удалость украсть, жаль сбежать не удалось — она меня обнаружила. Я был ранен, и демон засухи капнула мне на лоб своей кровью — а это значит, что после смерти мой труп станет её марионеткой. Мне нелегко было вернуться в человеческий мир, но я успел как раз вовремя, чтобы увидеть, как погибает город Чжаохэ и встретил Гун Е Чжиу, который хранит четвертую жемчужину Единения.
В руках Чжао Ю появилась жёлтая сияющая перламутровая горошина, он вложил её в ладонь Тан Тай Цзиня.
— Я рад, что перед смертью встретил тебя. Говорят, детей воспитывают как поддержку в старости. Я воспитал двух учеников — и рад, что ты один из них. Ты знаешь, что делать с этой бесценной жемчужиной.
Тан Тай Цзинь запротестовал:
— Вы не умрёте, наставник, я верну вас в секту. Учитель Чжао, тьма во мне скоро пересилит свет, а вы даёте мне такую драгоценность! Если вы печетесь о людях, дождитесь Цан Хая и отдайте ему!
Старец мягко улыбнулся:
— Цзю Мин, помнишь ли ты, почему я дал тебе это имя? Это чистое Инь и Ян, высочайшее девятое небо. Ты родился одиноким и брошенным, но такая судьба не будет преследовать тебя вечно. Ты пятьсот лет провёл в реке призраков, и остался жив лишь благодаря любви, которая до сих пор живёт в тебе. И пока ты любишь — не станешь демоном. Цзю Мин, пришли лихие времена. Прошу, выполни последнюю просьбу своего наставника.
Су Су, подлетая к стенам Чжаохэ, увидела, что вода в городском рву покраснела от крови. Едва она спрыгнула с меча, до её слуха донеслись крики и проклятия. Пробравшись через шумную толпу бессмертных, она увидела молодого человека в белом, одиноко сидящего на ступенях. Позади него лежало охваченное огнём тело старца.
Тан Тай Цзиня оскорбляли, ему угрожали, в него кидали камни, но он невозмутимо смотрел прямо перед собой, сжимая в руках меч, оставленный ему Чжао Ю. Один человек с мечом против толпы небожителей, но никто не посмел приблизиться к нему.
— Презренный прихвостень демонов!
— Цан Цзю Мин, ты предал и убил своего наставника. Да как только молния с небес не поразила тебя!
— Пусть этот монстр получит по заслугам!
— Сколько народу в Чжаохэ он погубил! Пусть небеса покарают его!
— В сорока двух городах он убил сотни людей! Секты бессмертных должны наказать этого монстра!
И тут Су Су увидела Цан Хая. Он спрыгнул с меча и, взбежав по ступеням, схватил Тан Тай Цзиня за ворот.
— Как ты мог убить наставника?! Я не верил слухам о тебе, но сейчас вижу своими глазами, в кого ты превратился. Ты отнял у владыки Чжао Ю его волшебный меч, а теперь сжигаешь его тело?! Он относился к тебе, как к сыну, всю душу в тебя вложил! Почему же ты это сделал? Отвечай!
Тан Тай Цзинь поднял свои кровавые глаза на собрата по секте, на того, кто так любил его ещё совсем недавно, а теперь готов был растерзать от злости. Каждое слово давалось ему с превеликим трудом, но он промолвил:
— Потому, что прежний Чжао Ю умер.
Вдруг к шумному сборищу подлетели демоны, во главе с облаченным в пурпурные одежды Цзин Ми. Они опустились на колени и заголосили:
— Слава повелителю демонов! Наш господин справился превосходно, нижайше просим его вернуться в темное царство!
Воздух вокруг них наполнился тьмой. Нечисть смиренно склонила свои головы перед Тан Тай Цзинем, а Цзин Ми продолжил:
— Мой господин не будет терпеть унижение от этого бессмертного сброда. Пусть умрут те, кто посмел проявить неуважение к нашему повелителю!
Тан Тай Цзинь застыл с лицом, искаженным душевной болью. Кожа на тыльной стороне его рук начала бугриться и топорщиться, готовая лопнуть, будто его тело больше не могло удерживать переполняющие его боль, обиду и ярость.
Цзин Ми в это время взмахнул рукой в сторону Цан Хая, творя свое чёрное колдовство. Толстяк, понимая, что ему ни за что не одолеть столь сильного демона, приготовился к смерти, но тут между ним и монстром возникла льдисто-голубая арфа, создав щит, укрывший бессмертного от злого колдовства. Подоспевшая вслед за ней Су Су толкнула Чон Юй, та со всего маху стукнула Цзин Ми по голове, и, ошалев от неожиданности, демон выругался:
— Ах ты, скверная девчонка!
Су Су прекрасно понимала, что представление демонов заранее спланировано. Они делают все возможное, чтобы Тан Тай Цзинь выглядел одним из них и мешают ему объясниться с собратьями. Как жаль, что она опоздала. От Цан Хая она знала, что Тан Тай Цзинь был очень близок с владыкой, уважал и любил его. Так что же здесь произошло на самом деле?
Чон Юй снова вернулась в руки Су Су, она собиралась сыграть для Цзин Ми что-то очень неприятное. Он тоже приготовился отразить удар арфы, но самым важным для него сейчас было не победить волшебный артефакт, а уговорить этого упрямца уйти с ними в темное царство.
— Мой господин, ваши верные рабы умоляют вас!
Но Тан Тай Цзинь не обращал на него ни малейшего внимания. Он не сводил глаз с Су Су.
— Мой господин, мы смиренно ждём! — не отставал Цзин Ми.
Тигр тоже затараторил:
— Хозяин, бежим, спрячемся, и они нас не найдут! А так стыда не оберемся, хоть в Хуанхэ ныряй…***
Но в глазах его хозяина была только фея Ли. Наконец, он заговорил и казалось, каждое слово дается ему с огромным трудом:
— Ты… тоже… пришла… убить… меня? Я… ношу белое платье, делаю добрые дела, учусь, как Фу Я и Гун Е, но ты так и не полюбила меня…
Тан Тай Цзинь замолчал, тело его начало таять, и воздух вокруг покрылся рябью, он явно намеривался исчезнуть, но Су Су подбежала к нему и схватила за руку. Чон Ю тревожно зазвенела:
— Он исчезает, госпожа, держи его крепче!
— Нет, Тан Тай Цзинь! — она держала его что было сил и сердце её билось, как птица в клетке, — Не убегай. Я сдержу свое обещание! Ты не станешь демоном!
Глава 113: «Обретение божественности»
Су Су легко коснулась руки Тан Тай Цзиня, и он вздрогнул, как от ожога. Арбалет, почувствовав испуг хозяина, мгновенно отреагировал, разметав всех вокруг — и монстров, и небожителей. По чёрному корпусу демонического оружия с оглушительным треском пробежала ослепительная молния. Су Су закрыла глаза рукавом, и его рука выскользнула из её ладони. Только что она держала его мокрые от крови пальцы, а спустя мгновение Тан Тай Цзинь исчез. Острое, как нож, сожаление резануло ей по сердцу: «Я упустила его!»
Тем временем огромный тигр с хозяином на спине мчался во весь опор, кряхтя от натуги. Мысленно он ворчал: вот к чему привело затворничество в сумке господина. Он стал жирным и слабым! Его величество тренировался, а его держал взаперти! Теперь он не тот, что был прежде, пробежал всего ничего, а уже задыхается, свесив язык на плечо.
Арбалет летел рядом. Дабы ускорить запыхавшегося полосатого толстяка, он выпустил стрелу прямо в его жирную ляжку, и тот, поджав хвост, стал быстрым, как молния. Коварный артефакт с визгом рванул следом.
Тигр не отличался особой сообразительностью, потому решил отнести хозяина в самое укромное место, которое знал — туда, где их когда-то подобрал владыка Чжао Ю. Но, вспомнив берег реки Плача Призраков, испугался и резко затормозил, уронив хозяина на землю.