Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны. Книга 2 (страница 70)

Тот выронил метелку фучэнь и в страхе рухнул на колени:

– Пощадите, ваше величество! Будьте милосердны!

Он помнил, как после такого же вопроса Таньтай Цзинь с безумной улыбкой распорядился казнить императорского лекаря. Молодой тиран явно тронулся умом.

Тот вперил мутный от слез взгляд в высокие сугробы вокруг дворца. Он никому не позволял убирать снег, дабы не потревожить покой возлюбленной. Наконец Таньтай Цзинь успокоился, улыбнулся и встал.

– Сегодня я сделаю Сиу счастливой.

Вэй Си весь дрожал, глядя императору вслед. Юноша выглядел обессиленным, он едва держался на ногах.

«Что сделает Сиу счастливой?»

Евнух не сразу понял, что имел в виду господин. Постепенно он начал догадываться, что не так. Во дворце давно заметили, что пропала единственная женщина императорского гарема, пусть никто и не осмеливался вмешиваться в дела юного тирана.

После того как погибла пленница холодного дворца, а Линьвэй разорили и разрушили, даже приближенный министр Ян Цзи не осмеливался входить в императорские покои.

Все изменилось, и люди изменились. Дворец в Чжоу-го все больше походил на мрачную преисподнюю.

Нянь Мунин тенью следовала за императором. Таньтай Цзинь благоволил ей: она дольше всех заботилась о Сусу и кое-что помнила о ней. Рассказы стражницы были его единственной отрадой.

В темном подземелье на соломе лежала умирающая узница. Нянь Мунин посмотрела на нее со сложными чувствами. В прошлом известная красавица Великой Ся, Бинчан превратилась в кусок гниющего мяса. Едва заслышав шаги, она закричала от боли:

– Прошу вас, убейте меня, убейте!

Император в сюаньи уселся рядом, скрестив ноги. С потолка капала вода. Из полых бамбуковых стволов к несчастной выползли бесчисленные змеи. С устрашающим шипением они обвивались вокруг тела Е Бинчан и поглощали ее плоть и кровь. Молодая женщина могла лишь исступленно кричать. От ее прежней нежности не осталось и следа.

Темница скорее напоминала змеиное гнездо. Одна из них, голодная и напрочь лишенная духовного сознания, подползла к Таньтай Цзиню и укусила его. Ни один мускул не дрогнул на лице юноши, ему было все равно. Лишь когда ему надоело, он разорвал навязчивых змей на части.

Бинчан сходила с ума. Она всегда ужасно боялась змей – и вот самый страшный ее кошмар стал явью. Узница предпочла бы умереть, чем терпеть это ужас, но Таньтай Цзинь раз за разом отказывался убить ее. Каждый день он давал змеям кормиться ровно столько, чтобы она продолжала жить.

Словно злой призрак, он произнес:

– Ты боишься? Вот, оказывается, как выглядит человек, когда сталкивается со своим самым большим страхом.

Будто разглядывая прекрасный пейзаж, он тихо рассмеялся.

– Императорская супруга не выглядит счастливой. Ты что-то не рада нам в последнее время. Тебе не нравится, когда мы приходим и смотрим на тебя? Что ж, мы подождем. Может быть, завтра наша супруга будет в более благодушном настроении.

Бинчан каталась по полу от боли и отчаяния:

– Ты сумасшедший! Она умерла! И в этом не только моя вина, но и твоя! Ты тоже виноват! Все это – последствия твоих решений. Ты не можешь винить лишь меня одну.

Она думала, что Таньтай Цзинь разозлится и начнет возражать, но он неожиданно мягко улыбнулся:

– Да, мы тоже заслуживаем смерти.

Бинчан расхохоталась, и эхо ее голоса раздалось в каждом уголке темницы.

– Ты ее любил, но сам и убил! Можешь терзать меня, да только тебе от этого не станет легче! Каково это – быть убийцей своей возлюбленной?! Ты чудовище, кровопийца! Ай… пошла прочь! Не смей меня кусать!

Когда император покинул подземелье, небо уже потемнело. Нянь Мунин долго колебалась и наконец решилась доложить, что удалось выяснить на допросе.

Она собралась с мыслями и начала:

– Ваше величество, императорская супруга, напуганная пытками, особо не сопротивлялась и сразу все рассказала.

Когда Бинчан было восемь лет, она отправилась в другую деревню и неожиданно оказалась в зачарованной долине. Там она увидела много цветов и среди них – женщину, которая только что разрешилась от бремени и теперь умирала. Несмотря на это, заметив смертную девочку, она решила помочь ей вернуться в мир людей и, чтобы та не заблудилась и не попала в беду, дала летающую нефритовую флейту.

Как только флейта увеличилась, Бинчан села на нее и полетела. По пути ей встретился смертельно раненный оборотень. Увидев малышку, он попросил ее отправиться к хозяйке горной долины и передать от него парчовый мешочек. Девочка согласилась. Как и обещала оборотню, она полетела назад, однако не удержалась и все-таки заглянула в мешочек. Впервые в жизни она столкнулась с такими чудесами: цветущая посреди зимы долина, летающая флейта, прекрасная волшебница и даже оборотень.

И что же она нашла в том мешочке? Внутри оказалось нечто прекрасное, похожее на чистую и белую шелковую нить. Девочка протянула руку и прикоснулась к ней, и в тот же миг густой туман человеческого невежества рассеялся, явив ей божественное озарение и даровав несравненную мудрость. Она отложила нить, и тут своим блеском ее заворожила другая вещь. Это была сверкающая чешуйка, которая когда-то защищала сердце древнего цилиня и упала с его тела. Таинственная вещица непреодолимо притягивала к себе. Затаив дыхание, девочка дотронулась до нее, и чешуйка оцарапала ее ладонь, но, почувствовав ауру нефритовой флейты, успокоилась. Тогда Е Бинчан сжала чешуйку и вдруг увидела свое будущее. Девочка закусила губу, сжала шелковую нить вместе с реликвией и оглянулась назад, на долину. Скорее всего, та красивая женщина… уже мертва.

Даже если у нее отнимут эти волшебные вещицы, вряд ли они кому-то принесут пользу, а вот ей наверняка помогут изменить печальное грядущее. Девочка стиснула зубы и поспешила прочь из долины, словно убегая от кого-то. Этот зимний день стал тайной ее сердца. Позже по случайному стечению обстоятельств чешуйка, защищающая сердце, помогла ей использовать шелковую нить, а став старше, первая госпожа из семьи Е поняла, что это была нить любви. Девушка стыдилась своего поступка, но дерево уже стало лодкой[92]. Отправиться на поиски той сказочной горной долины, чтобы вернуть нить, она все равно уже не могла.

Так у обычной смертной девушки оказалась не одна нить, позволяющая человеку познать любовь, а две, и с того момента от их обладательницы окружающие неизменно теряли голову. Каким бы упрямым ни был мужчина, он с первого взгляда испытывал к ней влечение. Очаровать кого бы то ни было стало для нее пустячным делом!

Жизнь старшей дочери Е стала такой легкой и приятной, что она могла просто оставаться доброй и милой.

Она постаралась стереть из памяти тот случай из детства, но, когда Сусу пришла в мир людей и отношение Сяо Линя к младшей сестре изменилось, снова потеряла покой и вспомнила об украденной нити любви с чешуйкой и об обещанном ей бесславном конце. До сих пор она не понимала, почему Таньтай Цзинь больше не любит ее. Разве у него, как у Сяо Линя и Пан Ичжи, нет особого места в сердце лишь для нее одной?

И вот она терпит страшные мучения в темном подземелье, терзаемая ненавистными змеями, а со всех сторон доносятся проклятия других заключенных. Ей даже не позволено умереть: едва узница пробовала покончить с собой, под действием неких чар силы оставляли ее. Вот такую правду поведала о себе Бинчан.

Таньтай Цзинь вернулся к дворцу, но долго не решался открыть дверь. Тело Сиу не такое, как у десятитысячелетнего ходячего мертвеца, оно уже повреждено до неузнаваемости. Так, не смея войти к ней, он сидел возле дворца и смотрел в холодную ночь.

Шесть шипов в его сердце и глаз, полный слез, – вот и все, что у него есть в память о Сусу. Таньтай Цзинь просидел на ступеньках всю ночь, и снежинки медленно покрывали его волосы. Шипы, пронзающие душу, цунь за цунем все глубже врезались в сердце. Поначалу ему было невыносимо больно, но постепенно все чувства притупились. Остался только холод, бесконечный холод. Юноша крепко обнял себя и до крови прикусил губу. Он очень злился на Сиу за свое одиночество и впервые возненавидел ее. Даже когда она попыталась его убить, он не ненавидел ее так сильно.

С первыми лучами солнца он открыл дверь и холодно посмотрел на тело, лежащее на постели.

Глава 43

Спустя века

Император вошел в покои уже давно, но так и не покинул их. У Вэй Си не оставалось другого выхода, кроме как послать за Е Чуфэном.

Теперь все во дворце в опасности. Поползли даже слухи, что Таньтай Цзинь с рождения несет несчастья, оттого и зима в Чжоу-го стала такой странной. Ян Цзи всегда умел выкрутиться, но полагаться на него сейчас уж точно не стоило. Единственным, кто не боялся гнева господина и обладал кое-какими способностями, был Е Чуфэн. Ходили слухи, что у него какой-то особый уговор с Таньтай Цзинем, поэтому он не мог предать императора.

– Господин Е, честно говоря, от дворца его величества слегка пахнет… этим… уже несколько дней. Тело девушки сохранить нельзя, она мертва. Не лучше ли предать ее земле, дабы она упокоилась с миром?

Генерал кивнул:

– Спасибо, евнух Вэй, что сообщили мне.

Е Чуфэн никак не ожидал, что спустя месяц после трагедии Таньтай Цзинь так и не похоронит тело Сиу. Неудивительно, что придворные так напуганы. В стране, где мертвецам воздают почести, от подобного у людей волосы встают дыбом.