Тед Белл – Живая мишень (страница 61)
Подробная карта Соединенных Штатов Америки, приблизительно пятьдесят футов в длину. Все главные аэропорты, железные дороги и шоссе были отчетливо видны. Национальные парки и памятники были отмечены звездочками, как известные достопримечательности. Аламо в Техасе. Маунт Вернон. Уильямсбург, Вирджиния. Огромная мекка шоппинга под названием «Молл оф Америка». Также на карте значились две пары черных мышиных ушек — одна вблизи побережья южной Калифорнии, другая в самом центре штата Флорида. «Тоже неплохо», — подумал он.
Черные флаги отмечали сто самых густонаселенных городов Америки. Номер один — Нью-Йорк, более восьми миллионов жителей. Номер пятьдесят — Уичита, штат Канзас, триста пятьдесят тысяч. Последним в списке был Ирвинг Сити, штат Техас, около 200 тысяч. Общая численность населения, согласно «горячему списку», составляла более сотни миллионов. На черном флаге с названием города значился символ — желто-черный символ трилистника, заключенный в круг, — международное обозначение радиации.
Сней бин Вазир сжал ладони, и дрожь неописуемого удовольствия промчалась по его телу. Такое счастливое состояние обязательно должно иметь свое название. Да.
Рай.
Он попросил показать следующий слайд.
Это была подробно проиллюстрированная схема. Справочник по сборке ядерного взрывного устройства. По одному такому устройству можно обнаружить скоро сотни жителей самых густонаселенных городов Америки. Каждое плутониевое устройство, разработанное доктором И. В. Сунгом — главным экспертом Эмира по оружию, имело мощность, эквивалентную бомбам, взорванным в Хиросиме и Нагасаки. Бомба формой напоминала мяч для игры в американский футбол.
Индийский ученый Сунг был блестящим специалистом, выпускником Калифорнийского технологического института, давший своей бомбе американское прозвище, которое никто не понимал. Однако очень быстро оно распространилось в среде участвующих в семинаре женщин, лучших выпускниц террористических учебных лагерей во всем мире, хорошо обученных сборке и применению самого сложного и самого маленького радиоактивного взрывчатого устройства на земле.
Сней улыбнулся, и свет красного прожектора осветил его клыки.
«У каждой собаки свой день», — произнес он, сходя со сцены.
39
Александр Хок и Эмброуз Конгрив достигли этой всемирно известной черной двери ровно в одиннадцать часов утра. Хок бывал на множестве государственных обедов и встреч по адресу Даунинг-стрит, 10, но это был его первый визит с Эмброузом Конгривом. Детектив мирового уровня пытался все утро выглядеть невозмутимым, но его лучший полосатый шелковый костюм, галстук с виндзорским узлом и до безобразия наполированные черные ботинки с острыми носами сводили его усилия на нет. Хок не без иронии отметил, что на нем была даже его любимая коричневая фетровая шляпа.
Для человека, который гордился своим безразличием к одежде, Конгрив выглядел редкостным франтом. Даже носки были из одной пары. Ярко-желтого цвета.
— Ты выглядишь торжественно, — сказал Хок, кивнув в его сторону.
— Торжественно?
— Угу.
— Можно процитировать Томаса Джефферсона?
— Пожалуйста.
— «В вопросах стиля будьте гибкими. Но в делах принципа будьте непреклонными, как скала».
Эмброуз подтянулся, поправил на переносице круглые очки в черепаховой оправе и тщательно осмотрел медный дверной молоточек в виде головы льва, медные цифры и почтовый ящик, надпись на котором гласила «Первый лорд казначейства».
— Ты знаешь, почему здесь указан этот титул? — спросил Эмброуз, указывая на почтовый ящик.
— Нет, — ответил Хок. — Не имею ни малейшего представления.
— Эта традиция берет начало еще с 1760 года, когда Герцог Ньюкасла был премьер-министром и также первым лордом казначейства. Все последующие премьер-министры заседали по этому адресу в должности первых лордов казначейства.
— Надо же.
Черная дверь, некогда деревянная, а теперь кевларовая, распахнулась.
Хока и Конгрива провели вдоль черно-белого шахматного вестибюля до маленького алькова, в котором стояла какая-то современная британская скульптура. Довольно серьезный джентльмен, который сопровождал их, слегка поклонился и пошел обратно, чтобы уделить внимание намного более неотложным и важным занятиям. В это время к ним приблизилась привлекательная молодая сотрудница.
— Доброе утро, — сказал Хок, пожимая ее прохладную руку.
— Лорд Хок, здравствуйте! И вы здравствуйте, инспектор Конгрив! — воскликнула симпатичная брюнетка. — Какая честь для нас видеть вас здесь, господа, в резиденции премьер-министра. Я Гиневра Гиннесс.
— Спасибо, мисс Гиннесс, — ответил Конгрив, слегка поклонившись и одарив ее широкой искрящейся улыбкой. — Большая честь для меня.
— Очень рад, — поздоровался Хок, слегка поморщившись, когда женщина назвала его титул, он вообще запрещал кому бы то ни было использовать его. Однако здесь, на Даунинг-стрит, 10, соблюдать формальности было просто необходимо.
— Господа, не проследуете ли за мной наверх? Вам придется подождать в Терракотовой комнате всего несколько минут. Собрание, боюсь, состоится немного позже. Премьер-министр принимает сейчас нежданного гостя из Вашингтона. Давайте пока что поднимемся наверх, хорошо?
Двое мужчин проследовали за мисс Гиннесс по главной лестнице. На бледно-желтых обоях висели черно-белые портреты всех премьер-министров в хронологическом порядке.
Конгрив заметил, что у основания лестницы стоит гигантский глобус, подаренный французским президентом Франсуа Миттераном, а на стене висел маленький портрет первого премьер-министра, сэра Роберта Уолпола. Поднявшись наверх и отдышавшись, Конгрив первым делом заявил, что по традиции премьер-министр в резиденции никогда не показывался.
— Действительно? — удивился Хок. — Я понятия не имел.
Хок мысленно улыбнулся. Зная Эмброуза с раннего детства, Алекс прекрасно понимал, чего тот от него хочет. Небольшой экскурс в историю был всего лишь маленьким возмездием. Эмброуз жаждал мести за те лекции, что читал ему Алекс накануне охоты на прошлой неделе.
— Ну вот мы и пришли, — заявила мисс Гиннесс. — Здесь вы можете выпить чаю… ну, и перекусить бутербродами с кресс-салатом.
— Прекрасно, — обрадовался Конгрив и прикоснулся указательным пальцем к кончикам вздернутых усов.
Вскоре они уже расположились на двух диванах Чиппендейла, стоящих друг напротив друга, и восхищались историческими портретами, висящими на стенах цвета теплого кирпича. Чай действительно был подан, и Алекс непринужденно оглядывал комнату, пока Эмброуз разливал напиток по чашкам. Все предметы в комнате были отполированы и начищены до блеска. Здесь иностранные гости могли получить некоторое представление о британском культурном наследии. Над дверью в золотой оправе высился портрет лорда Нельсона, который победил французский флот в Трафальгарском сражении.
— Ты случаем не знаешь, Эмброуз, сколько требовалось французских солдат, чтобы защитить Париж? — спросил Хок.
— Да нет, не знаю.
— Никто не знает.
— Почему это?
— На Париж никто не нападал, — заявил Хок невозмутимо.
— Весьма забавно, — Конгрив изо всех сил старался не рассмеяться. — Я осмелюсь сказать, да. Никто не нападал на Париж. — Он поднял глаза и вскочил на ноги.
В этот момент в комнату вошел американский президент. На его строгом лице играла улыбка.
— Ну и ну! Смотрите, кто к нам пожаловал! Это же сам Алекс Хок! Господи, как рад видеть тебя, Соколиный Глаз! Я слышал, что ты придешь, от Текса Паттерсона.
Алекс встал, и два старых друга обменялись теплыми рукопожатиями. А потом обнялись и громко похлопали друг друга по спине.
— Джек, как рад видеть тебя снова, — сказал Хок. — Как чертовски давно мы не ловили с тобой селедку на берегу океана! Так это ты — нежданный посетитель? Я думал, что в этот уикэнд тебя запихали в Кэмп-Дэвид.
— По крайней мере так говорит Си-Эн-Эн, — сказал президент Джек Макати. — Приехал прошлой ночью. Дела быстро перешли из разряда плохих в очень плохие, ты ведь и сам это знаешь. Алекс, именно поэтому я рад, что ты с нами в одной команде. Консуэло сказала мне, что ты уже делаешь существенные успехи.
— Надеюсь, так и есть. Посмотришь, чем мы располагаем, когда начнется собрание.
— Хорошо, хорошо. Скажи-ка мне, кто этот человек — твой друг, да? А это случаем не тот самый великий и ужасный инспектор Эмброуз Конгрив?
Конгрив пожал руку мужчины.
— Здравствуйте, господин президент. Для меня очень большая честь встретить вас, сэр. Великая привилегия.
— А я рад, что наконец встретил вас, старший инспектор. Подумать только, легендарный Конгрив из Скотленд-Ярда! Алекс рассказывал мне о вас столько потрясающих историй! Он называет вас своим секретным оружием, своим личным демоном дедукции, верно ведь, Алекс?
— Ну, я едва… — пробормотал Конгрив.
— Как я все-таки рад встрече, инспектор. Вы обязательно должны приехать на ужин со мной и Бетси в Белом доме. Я попрошу Соколиного Глаза устроить это. А пока извините, господа, в остающиеся перед нашей встречей пять минут мне еще нужно переговорить с глазу на глаз с вашим премьер-министром. Эта штучка — настоящая стерва, да вы и сами знаете.
Президент отвернулся от них и в сопровождении агентов секретной службы подошел к двери. Алекс посмотрел на Конгрива. Тот, похоже, потерял дар речи.