Тайга Ри – Печать мастера (страница 73)

— И зачем они тебе? — тихо просопел ему в ухо Лис, улегшись рядом с ним на крыше, откуда открывался отличный вид вниз — на вход в таверну и гостиницу. — Ааа… это те, кто приходили, да? Те, кто убили?

— Нет, — буркнул Коста, продолжая наблюдать.

Лис затих только на миг.

— Те, кто виновны?

— Нет.

— Те, кому ты хочешь отомстить?

— Нет.

— Тогда что мы здесь делаем, ради Великого! — зашипел Рыжий. — Ночью! На крыше! Скоро дождь польет!

— Лежим. Не мешай.

— Это не те, кто убил твоего Наставника, это не те, кто виноват, это не те, кому надо мстить, тогда что ты тут забыл?!

— Тех, кто виноват, не достать, — тихо прошептал Коста. Он уже давно пересчитал все кланы — каждый герб, запомнил и повторил про себя несколько раз. — Это исполнители… делают, что скажут и только… Виновны те, кто вынес решение и приговор…

— И кто же это? — фыркнул Лис.

— Главы кланов. Здесь — одиннадцать штандартов. На общем совете — участвовали все. Значит — все — виновны. Кроме тех, кто голосовал против, — уточнил Коста неуверенно.

— Главы? — Лис поперхнулся воздухом. — Ты вынес приговор главам кланов? Ты? Ахахахаха… ты, который два дня чистил рыбу за два хвостика и стоял по колено в требухе? Ахахаха…действительно… пусть умрет весь совет кланов сразу, всего-то… ахахаха… Молчун так решил…

— Их смерть ничего не даст, — тихо опроверг Коста. — Они отвечают за кланы… когда умирает Глава под угрозой весь клан…

— Ты пожалел клановых?

— Нет, — Коста боднул головой. — Я сказал — их смерть ничего не даст. На место этого главы встанет новый, на место нового — следующий… и так бесконечно. Они никогда не остановятся.

Лис молчал долго.

— Тогда что ты хочешь сделать?

— Ничего не хочу. Потому что ничего не могу. Единственное, что могу — это запомнить…

— Э-э-э… — выдохнул Рыжий. — А если бы мог? Если бы мог, чтобы ты сделал? — протянул он с любопытством.

— Уничтожил бы этот мир, — протянул Коста буднично. — Целиком и полностью, до самого основания. И построил бы новый… потому что такой мир, как наш не заслуживает того, чтобы существовать…

— Приду-у-у-урок, — ошеломленно протянул рыжий. — Ты ещё более того, чем я представлял, — покрутил он у виска. — Вообще то в этом мире живу — я! Я!!! Ты понял?! И пока я жив, в этом мире есть нечто ослепительно прекрасное!!!

Коста не дослушал — он уже увидел всё, что хотел. Развернулся и пополз вверх по крыше, чтобы спуститься с другой стороны.

***

Побережье, скалистая бухта, ночь

— Проснись… Ну же, проснись… Да проснись же ты..

Кто-то тормошил его за плечо, и Коста в последний момент остановил хват, чтобы вывернуться и вцепиться в тощую белоснежную шею, отливающую мертвенно-синим.

Синий. Свет. Ракушки. Лодка. Бухта… Пройдоха.

— Ну наконец то, Великий, — раздраженно буркнул Лис. — Ты опять орал… опять! — рыжий потер глаза и протяжно зевнул. — Я из-за тебя не высыпаюсь…

— Что …орал? — буркнул Коста, поднимаясь. По крыше — по верху лодки непрерывно барабанил дождь.

— Выпустите меня, выпустите меня… не надо… надо-не надо… иногда ты мяукаешь во сне, — закончил Лис озадаченно. — Тебе снится, что тебя где-то заперли и не выпускают?

— Нет, — буркнул Коста и нырнул в лаз, выбираясь под дождь. В темном небе сверкали молнии, косые холодные струи хлестали по лицу наотмашь и он тряс головой, пофыркивая от недовольства.

Сны измучили его. Он бился, но не мог найти решение. А пока он не найдет решение — переход на следующий уровень ему недоступен. По крайней мере это то, что успел объяснить ему Мастер по работе со “щитом”.

Свое подземелье он достроил — двадцать уровней вниз, каждый из которых он знал, как родинки на своих руках — до последнего поворота. На этом этапе он должен учиться “прятать воспоминания” — каким-то образом отбирать, паковать их и — прятать в этом псаковом подземелье, чтобы их не нашли другие.

Но как он должен это делать?

Последнее задание, которое ему дал перед смертью мастер он выполнил, и наставник обещал сказать, что делать дальше, но… не успел.

Каждую ночь он попадал в подземелья, каждую ночь он не мог найти выход, каждую ночь он отчетливо понимал, что должен что-то сделать, но не понимал, как…

Коста вздохнул, вытер лишнюю влагу с лица и полез обратно под лодку. Лис — сопел. Безмятежно, сладко и с присвистом, развалившись на всей подстилке разом, раскинув руки.

Коста отпихал его сторону, и устроился рядом, стянув мокрую рубаху в угол.

— Ну как… — сонно пробормотал пройдоха. — Успокоился? Теперь можно спать?

Коста угукнул.

Лис молчал недолго.

— Перестань думать… я прям слышу, как у тебя мозги ворочаются…спать мешаешь! Скажи, что не так… или перестань пыхтеть!

Коста обиженно засопел и затих.

— …а … если бы тебе надо было что-то спрятать…

— Что? — пройдоха развернулся к нему, приподнявшись на локте. — У тебя есть что-то ценное? Это большое? Где надо спрятать? Почему ты не сказал…

— Ащщщ, — Коста поднял глаза вверх и медленно выдохнул. — Просто спрятать, просто надо… вот например тут…под лодкой… если нужно было бы спрятать что-то ценное, но ничего нет… куда бы спрятал?

— Зарыл в песок, — пожал плечами Лис — синие тени пробежали полосой по лицу и стихли.

— А если песка нет… если… камень. Камень сверху, камень снизу, камень сбоку, кругом один камень, куда?

— А что надо прятать? — деловито уточнил Лис.

— …информацию…

— Свитки значит, — кивнул рыжий, задумавшись. — Да, в песок нельзя — испортятся… я бы… я бы накарябал!

— Что?

— Накарябал бы чем-нибудь острым. Перенес бы все со свитка на доски и потом замазал бы грязью, чтобы не видно было, — довольно улыбнулся Лис. — Пусть сколько хотят ищут — не найдут… Но я пишу плохо, а ты вообще — каллиграф… ты накрябал бы красиво-о-о, — вздохнул рыжий завистливо, переворачиваясь на бок, и взбивая траву под покрывалом под головой. — Всё, спим!

Рыжий давно сопел, а Коста сидел, ошеломленно замерев — мастер всегда был прав, он — полный идиот, сколько не пытайся, думать он не научился…

Накарябать. Написать. Каллиграф. У него двадцать уровней катакомб вниз. У него двадцать уровней сплошных стен и коридоров. “Заноза” тоже говорила “спрятать”, каки мастер… но он думал прятать, значит — положить… а можно — написать… Он может записать или зарисовать каждое из своих воспоминаний, которые не должны увидеть другие, он может…

Голова закружилась от предвкушения и перспектив.

— Аш…Ашш…Ашшш… — зачмокал во сне рыжий, улыбаясь. — Ашшш… Ашшшке… Ашшшке…

***

Ещё через пару дней он уступил.

Не сдался — нет. Уступил, решив проверить разные пути отхода из города. Чтобы добраться до Ашке перво-наперво нужно выбраться с побережья.

Но им не везло. Обоз, на который рассчитывал рыжий — он где — то наслушался, что они набирают юнцов на работу за проезд без оплаты — сгорел почти полностью. Как и почти все имущество двух торговцев — таверны на окраине, лавке, склады с товаром.

— Говорят, они ругали Арров и были недовольны поборами, — шепнул Лис угрюмо, наблюдая за тем, что осталось от строений.

Не повезло им и во втором обозе — после введения комендантского часа для каждого покидающего побережье и земли клана требовалась бумага, разрешающая выезд с четким указанием цели путешествия. У них таких свитков не было.