Тая Север – Между звезд и руин (страница 50)

Каждый шаг приближал меня к нему, а волосы на затылке поднимались, словно подхваченные невидимым вихрем. Они трепетали и искрили, как пушинки одуванчика под наэлектризованным ветром, создавая вокруг головы призрачное сияние. Я чувствовала, как пространство вокруг меня искажается, словно ткань реальности готова разорваться под напором неведомых сил.

— Не шевелись, — раздался спокойный голос Ксара, эхом отразившийся от стен.

Дрожь в коленях выдавала моё волнение, хотя я изо всех сил старалась стоять неподвижно. В следующий миг волна обжигающего жара ударила в голову, перехватив дыхание. Из стен, шипя как голодные змеи, вырвались металлические путы. Они молниеносно раскинули мои руки в стороны и оторвали ноги от пола. Острая боль пронзила тело, когда одна из верёвок впилась в кожу, словно ядовитый укус.

Крик сам собой вырвался из груди — воздух словно исчез, а тело сотрясала мелкая дрожь. Я пыталась успокоиться, собраться с силами, но всё было тщетно.

Через путы я ощутила нечто чужеродное — энергия, похожая на расплавленный металл, бежала по венам, причиняя невыносимую боль. Я стиснула зубы, не желая показывать слабость, но новый крик боли всё же вырвался наружу. Перед глазами всё плыло, мысли путались, сознание начинало уплывать...

В первое мгновение я была ослеплена белым светом, пробивающимся сквозь плотно закрытые веки. Когда зрение прояснилось, я обнаружила себя стоящей босиком на мягкой, словно перина, траве. Не было ни единого звука, кроме моего прерывистого дыхания и шороха ветра в траве. Где-то в подсознании пульсировал тревожный вопрос: что случилось с адской капсулой? Как я здесь оказалась?

Сделав осторожный шаг, я почувствовала, как прохладные стебли травы нежно касаются моих ступней, словно живые существа. Воздух был наполнен ароматом полевых цветов и свежестью, которой я никогда прежде не ощущала. Абсолютная тишина и умиротворение окутывали меня, вызывая почти непреодолимое желание упасть на спину и раствориться в этом безмятежном покое.

Внезапно откуда-то издалека до меня донеслась мелодия — неземная, божественная, она проникала в самую душу. Этот зов был настолько притягательным, что все мои мысли сосредоточились на нем. "Айрин... иди ко мне", — пропел голос, в котором слились все существующие оттенки нежности и заботы.

Словно под действием невидимой силы, я сорвалась с места и побежала навстречу этому зову. Хотелось смеяться от счастья, кружиться в этом бескрайнем поле, где небо сливалось с горизонтом. Постепенно я начала забывать, кто я и как здесь оказалась.

Оставалось только это удивительное чувство всепоглощающего счастья и покоя, которое заполнило каждую клеточку моего существа.

Я кружилась в безмолвном танце, раскинув руки навстречу небу. Тело двигалось легко и свободно, словно невесомый лепесток на ветру. В этом волшебном месте время будто остановилось, и каждая клеточка моего существа наполнялась неземным блаженством.

" Иди ко мне, милая... я здесь... " голос звучал всё ближе, обволакивая меня теплом и нежностью.

Смех лился из самой глубины души — чистый, искренний, наполненный радостью бытия. Трава продолжала игриво щекотать ступни, а я всё кружилась и кружилась, растворяясь в этом волшебном танце. Здесь, в этом месте, не существовало ни страха, ни тревоги, ни боли.

"Вспомни, кто ты..."

Но зачем вспоминать? Зачем возвращаться в мир, где есть боль и страдания? Здесь, в этом оазисе спокойствия, я чувствовала себя такой свободной, такой живой. Каждое движение давалось с легкостью, будто я действительно научилась парить над землёй.

Я была невесомой, почти бесплотной. Мир вокруг казался сном, прекрасным и манящим, где не существовало границ и ограничений. И в этом танце души я нашла то, что искала всю жизнь — абсолютное умиротворение и гармонию с собой.

В тот момент, когда мои ноги подкосились, я мягко опустилась на упругую траву, которая приняла меня с материнской нежностью, словно перина, сотканная из самых мягких облаков. Воздух был теплым и ароматным, наполненным запахом полевых цветов и свежестью утренней росы.

Подняв взгляд, я увидела небо — не обычное голубое, а совершенно белое, без единого проблеска синего цвета. Солнце словно растворилось в этой молочной пелене, но свет был мягким, не слепил глаза, а ласкал их своим прикосновением.

"Айрин... вспомни, кто ты", — настойчиво шептал голос откуда-то издалека. Но его слова растворялись в этом пространстве, не достигая моего сознания. Я была слишком поглощена этим состоянием невесомости и единения с миром.

Постепенно я начала ощущать, как границы моего "я" растворяются. Я становилась частью этого пространства: чувствовала, как пульсирует каждая травинка подо мной, как дышит воздух, наполняя меня своей теплотой, как трепещет каждая частица этого белого неба. Я перестала быть отдельным существом — я стала всем и ничем одновременно, растворившись в этом волшебном единении с природой.

В глубинах моего подсознания рождались вопросы, но я уходила всё дальше от их понимания, позволяя себе раствориться в бесконечности пространства. Мысли становились всё тише, словно их заглушали мягкими волнами забвения.

Постепенно я перестала нуждаться в физическом восприятии мира. Моё сознание превратилось в ветер — свободный, неудержимый, несущийся над бескрайними просторами. Я охватывала взглядом всё вокруг, но при этом не могла сфокусироваться ни на чём конкретном — удивительное состояние всевидящей слепоты.

И вот я стала светом — чистым, безграничным, дарящим энергию всему окружающему. "Я есть свет" — эта истина наполнила меня новой силой. Моя сущность расширилась до бесконечности, превратившись в источник энергии, освещающий мир вокруг.

В этом состоянии я окончательно осознала — я больше не привязана к форме человека, не ограничена рамками живого существа. Я стала частью чего-то большего, вечного и совершенного.

41. Барьер

В тот момент я была всем и ничем одновременно. Мой свет окутывал землю, проникал в каждый листочек. Я существовала вне времени и пространства, чувствуя себя наконец-то дома.

— Айрин, посмотри на меня, — прозвучал голос из-за спины, возвращая меня в оковы плоти.

Медленно обернувшись, я увидела её — своё отражение, но искаженное, преображенное. Белоснежные волосы доходили до плеч, а там, где должны были быть глаза — радужки отсутствовали, глаза были полностью белыми.

— Кто ты? — мой голос эхом отразился от пустоты.

— Глупая девчонка... я и есть ты, — ответила она тем же голосом, что и у меня.

Я без страха протянула руку и коснулась её белых волос. Она не отпрянула, лишь удивленно посмотрела в мои глаза.

— Почему ты отреклась от меня... я столько времени была здесь одна. Ты больше не нуждаешься во мне? — спросила девушка, её теплая рука коснулась моей щеки.

— Я не знаю кто ты. Ничего не помню... — прошептала я, чувствуя, как слезы сами собой катятся по щекам.

— Ты оставила меня здесь! — неожиданно закричала она, её глаза сузились от ненависти.

— Я была совершенно одна! Ты закрылась от меня... ненавижу!

Её крик разорвал тишину, и она бросилась прочь.

— Подожди! — прокричала я ей вслед, устремляясь за ней.

Но она ускользала от меня, забирая весь свет вокруг. Трава начала желтеть, всё вокруг превращалось в настоящий ад. Неожиданно всё затряслось, и землю раскололо на две части.

— Я больше не нуждаюсь в тебе! — кричала она с той стороны разлома, её лицо было искажено яростью.

Тягостное чувство потери чего-то жизненно важного нахлынуло на меня, словно темная волна, захлестнувшая душу. Стоя на краю бездонной расщелины, я вглядывалась в силуэт своего двойника.

— Постой! Объясни же мне нормально, в чем я провинилась? — мой крик эхом отражался от каменных стен разлома, а сердце сжималось от нестерпимой душевной боли. Её слова, словно острые осколки, вонзались в мое сознание.

— Когда мы были маленькими, я была частью тебя! — сквозь слезы шептала она. — Мы всегда были вместе, я любила тебя... но потом... столько лет в заточении, я была здесь всё это время, без возможности даже поговорить с тобой!

Внезапно все стало ясно — передо мной стояла я сама, только разделенная неведомой силой. Почему? За что? Память отказывалась давать ответы.

— Что последнее ты помнишь? — я чувствовала, что разгадка близка, как никогда. Но она отводила взгляд, не доверяя мне.

— Мама плакала... когда какие-то женщины читали тот страшный фолиант. Их монотонный голос оглушал меня... точнее, нас. Затем только пустота. Зачем мама сделала это?

— Я не знаю... я ничего не помню о своём детстве, — прошептала я, чувствуя, как земля под ногами начинает дрожать.

— Даже то, как мы... — она не успела договорить.

Мир вокруг начал пульсировать в странном ритме, пространство искажалось, словно жидкое зеркало. Острая боль пронзила мое тело, разрывая на части реальность и сознание.

Когда я открыла глаза, передо мной снова возникла холодная внутренность капсулы. Металлические путы, пронзившие мою кожу, медленно выходили наружу, причиняя невыносимую боль. Хотелось кричать от отчаяния — я была так близка к разгадке, так близка к истине...

— Отправьте меня обратно! Слышите меня? — мой голос дрожал от сдерживаемых слёз.

— Это невозможно, — раздался голос Ксара. — Ты пробыла в своём сознании дольше обычного. Выходи.