Тая Ан – Развод. Не твоя истинная (страница 49)

— Итан? Он прекрасный человек, — отозвалась я хрипло, — и очень мне нравится.

— Очень? — усмехнулась та.

Я медленно кивнула.

— Насколько?

Отставив кружку с морсом, я невольно задумалась. На самом деле, в этом мире для меня не было никого ближе Итана, его бабушки и моего дракошки. Ну и Харон тоже был кем-то вроде благожелателя.

— Если бы он не посягал на мою свободу, — ответила я честно, — то герцог был бы самым лучшим мужчиной из тех, кого я когда-либо встречала.

Бабуля негромко рассмеялась.

— Он не посягает на твою свободу, дитя. Он пытается тебя защитить, а это возможно, лишь сделав избранницу своей. Мой внук, как и любой мужчина — хищник. Ну, возможно, чуть больше, чем остальные… А хищники жуткие собственники. Что, неужели в твоём мире всё иначе? Мужчины не пытаются присвоить понравившуюся женщину, не хотят стать её поддержкой и опорой, её защитой?

Я ошарашенно смотрела в её бледно-голубые глаза. Казалось, они видят меня насквозь. Что ж, видимо, тут уже ни для кого не секрет тот факт, что я не местная.

— Ну… — я даже засомневалась.

Ведь, по идее, так оно и должно быть. Это вроде как логично. Мужчина — защитник и опора, женщина — создательница домашнего уюта и мать. Но на моём опыте всё оказалось несколько иначе. Более того, кардинально иначе…

Если отбросить традиционные представления о браке, в моём мире пары были скорее партнёрами. Как в бизнесе. Никто не занимал свою роль по умолчанию, и нужно было договариваться обо всём. Но, боюсь, старушке этого не объяснить.

Она просто не поймёт.

— Наши мужчины немного отличаются от местных. Они другие, со своими принципами и интересами. Нет, наверняка и у нас есть такие, как Итан. Но мне они пока что не встречались.

— Зачем тебе такие, как он, если у тебя уже есть он, — снова рассмеялась она.

Я кивнула, поняв, что бабушка позвала меня, чтобы замолвить словечко за холостого внука.

— И ты тоже отличаешься от наших женщин. Ты, как и я, сильная и не зависишь ни от кого. Поэтому меня выгнали в лес, а тебе удивляются и не могут смириться с твоим боевым характером. Но все мы сильные ровно до тех пор, пока не встретим своего истинного, ради которого захочется поступиться принципами и стать слабой. И тогда не надо думать или решать, оно придет само. Накроет, как лавина, и ты уже просто ничего не сможешь с этим поделать, поверь.

Я только и могла, что снова кивнуть, задумчиво отщипнув от горячей булочки.

А ведь и правда, я привыкла быть сильной. Тащу на себе всю жизнь быт, работу, неблагодарных мужиков. А толку? Ещё никогда я не влюблялась по-настоящему. Были лишь случайные влюбленности…

Стоило кому-то улыбнуться и сказать мне пару ласковых слов, и я таяла. Конечно, со временем и опытом это прошло. Я поняла, что у многих мужчин есть свои причины, чтобы заставлять девушек таять.

Итан был другим. Он не улыбался заискивающе и не льстил комплиментами. Он просто был рядом, когда мне это нужно и защищал, не дожидаясь просьб.

Посчитав, что на этом её миссия закончена, женщина расслабленно откинулась на спинку стула и сощурила свои всезнающие глаза:

— Но я вижу, что и ты прилетела не просто так. Тебя что-то тревожит.

И это был не вопрос.

Кивнув, я опустила взгляд. Мысли всё ещё вертелись вокруг фигуры герцога. Ингрид сумела заронить во мне зерно сомнения.

А нужна ли она мне, эта свобода, если в ней не будет того, кто станет заботиться обо мне так, как герцог? Но потом, опомнившись, я стряхнула с себя раздумья и подняла голову.

— Я слышала, что вы — самая могущественная ведьма королевства.

Ингрид чуть пожала плечами, смущенно улыбаясь.

— Ну допустим. Чем же я могу тебе помочь, деточка?

Решительно вдохнув, я выпрямила спину и выпалила:

— В моём мире у меня осталось одно нерешенное дело, которое никак не дает мне покоя. Не могли бы вы меня туда вернуть?

35

Открыв глаза лежа на полу собственной кухни, я поняла, что всё получилось. Магия сработала на ура.

Ингрид обещала, что у меня будет час прежде, чем я вернусь обратно.

Что ж, этого мне хватит с лихвой. Благо, дракошка у лесной герцогини не заскучает. Ему очень понравилась река и свежеиспеченные булочки с лесными ягодами.

Какое-то время я приходила в себя, прислушиваясь к организму.

Всё бы ничего, если бы не болела голова. Нудно и противно пульсировал висок, словно в него вбили тупой гвоздь. Всё-таки я знатно обо что-то приложилась… и, пожалуй, знала, кого за это благодарить.

Голос Мишани звучал где-то поблизости. Кажется, в прихожей. Я с кряхтением поднялась и прислушалась. Мой на этот момент уже бывший с кем-то ругался, не стесняясь в выражениях.

Боюсь, под раздачу попала та несчастная блонда.

Я не отрицала мысли, что она, возможно, даже не знала, что Мишаня живёт не один. Потому что именно это девушка робко отвечала на его аргументы.

Хотя и верилось с трудом.

— А что стряслось то такого⁈ — истерил он, — вызовем скорую, ты подтвердишь, что она сама поскользнулась!

О, да тут организовывается преступный сговор в мою честь…

— Но я ничего не видела!

— А скажешь, что видела!

— Слушай, выпусти меня, я тебя знать не знаю… Я думала, ты адекватный, и квартира у тебя своя.

Как меркантильно с ее стороны.

— Ты никуда не пойдешь, пока мне не поможешь!

— Ты охренел⁈

Ну что ж, наверное, пора мне вмешаться в этот щебет двух голубков. Подхватив с мойки свою любимую сковородку, я открыла дверь в прихожую. Заметили меня не сразу.

Первой была блонда. Выглянув из-за плеча Мишани, она округлила глаза, приоткрыла рот и беззвучно указала на меня дрожащим пальцем. Тогда обернулся и мой неверный бойфренд.

Девушка воспользовалась замешательством, чтобы развернуться, распахнуть дверь и исчезнуть, только каблучки по коридору застучали.

Что ж, думаю, теперь она будет куда осторожней в выборе партнеров.

Я похлопала тяжелой сковородкой по ладони.

— Ну что, сам свалишь, или помочь?

Он быстро опомнился и шагнул навстречу.

— Ну уж нет, — рявкнул Мишаня, досадуя на то, что я спугнула его любовницу, — умерла, так умерла!

Я успела замахнуться и огреть его по уху прежде, чем Мишаня снова сбил меня с ног. Жаль, мой удар не возымел особого эффекта, а вот его… Я тяжело упала на ламинат, чувствуя, как по щеке течет что-то горячее.

Нет, определенно, у него с Фертинантом было очень много общего. И далеко не только смазливая внешность, но еще и мерзопакостный характер бесхребетного приспособленца.

Где их таких выращивают, интересно? Тому, кто произвел на свет и воспитал это существо, по ошибке называемое мужчиной, необходимо вручить медаль. Чугунную, килограмм на двадцать. И чтоб носил, не снимая.

Мишане бы в ногах у меня ползать, вымаливая прощение за своё гадкое поведение, но нет. Он решил всё только усугубить.

Вскоре я пожалела, что вообще решилась просить Ингрид вернуть меня обратно. И о чём только думала? Потому как стало понятно, что дело так и останется незавершенным, а вот я… Меня вознамерились завершить навсегда.

Причём повторно.

Заломив руки за спину, Мишаня порвал мою футболку, чтобы связать мне запястья. Я лежала на животе, тяжело дыша и слушая, как тот бродит по кухне, разговаривая сам с собой:

— На балкон тебя вынесу, будет выглядеть так, что дверь сама захлопнулась. А сам уйду погулять, чтобы алиби было. Хотя… можно и здесь оставить. Пусть решат, что об угол убилась. Живучая же ты тварь…