Татьяна Золотова – Если б не было тебя (страница 1)

Татьяна Золотова

Если б не было тебя

Перед дверью в офис она замешкалась, не сразу сообразив, на какую кнопку надо нажать. Дверь запиликала, и она потянула ее на себя. На ресепшн сидел седовласый мужчина в очках. «Надо же, мужчина – офис-менеджер…» – подумала она.

– Здравствуйте, я на собеседование. – произнесла она уверенным голосом. Мужчина поднялся со стула и пригласил рукой пройти в переговорную. От него исходила такая добрая и безобидная энергетика, что ей сразу стало спокойно. Он проводил ее и исчез. Она поставила сумку на стул и огляделась. Это было большое квадратное помещение, в котором были расставлены тумбы с разнообразным оборудованием, которое ей предстояло изучить, если ее возьмут на работу. Она пришла несколько раньше, поэтому решила обойти комнату и посмотреть на всякие блестящие металлические штуки поближе.

– Добрый день. – она вздрогнула и оглянулась. Невысокий полноватый молодой человек с открытым улыбчивым лицом стоял перед ней.

– Здравствуйте.

– Вы несколько раньше, придется подождать. Хотите чай, кофе, воды?

– Нет, спасибо. – она покачала головой.

– Хорошо. Мы скоро начнем. – он развернулся и вышел.

Собеседование прошло быстро, и, как ей показалось, весьма доброжелательно и позитивно. Уходя, она попрощалась с мужчиной на ресепшн, ее охватило какое-то странное чувство… Чувство спокойствия, которое было чуждо ей уже много месяцев.

На следующий день раздался звонок, ее взяли на работу в эту компанию. В первый день она пришла немного раньше, в офисе еще никого не было. Очевидно, многие не соблюдали четкий график. Первым пришел генеральный директор. Показав ей рабочее место, он повел ее на экскурсию по офису. Периодически пиликала входная дверь, офис наполнялся новоиспеченными коллегами. Обойдя все кабинеты, они дошли до ресепшн. Мужчина, которого она ошибочно приняла за офис-менеджера, оказался инженером техотдела. Странная рассадка была продиктована тогда еще не снятыми запретами по ковиду.

Когда они подошли, он вскочил со своего рабочего места. «Какой забавно взъерошенный» – почему-то подумала она и улыбнулась про себя. От него исходила очень теплая и легкая аура. На нем была бордовая толстовка, а сверху клетчатая рубашка с коротким рукавом. «Свободен от стереотипов» – промелькнуло у нее в голове.

– N, отзываюсь также на сокращенное имя – он протянул ей руку.

Рукопожатие было мягким и осторожным.

День пролетел быстро, в делах и заботах она не заметила, что пора идти домой. Завтра намечалось обучение, ей нужно было набраться сил.

Придя во вторник в офис, она почему-то расстроилась, не увидев его на рабочем месте. Усевшись за свой стол, она с интересом отметила, что с этой точки ей видно всех, кто приходит в офис. Она почему-то слегка волновалась и ждала, что дверь пиликнет и он пройдет на свое место. Но рабочие дела отвлекли ее, сегодня она должна была прослушать маркетолога, которая сидела с ней в одном кабинете. Притащив стул к ее столу, она села спиной к двери и не могла видеть тех, кто приходил. Только слышать. И ощущать. И она странным образом поймала себя на мысли, что почувствовала, как он пришел. Она спиной ощущала его через стенку. «Я подумаю об этом завтра» – сказала она про себя и окунулась в новые знания.

Третий день проходил уже в почти рабочем режиме, она увлеченно изучала новую конфигурацию 1С, ей нужно было самой все потыкать и понять, как это устроено. «Как конструктор Лего» – подумала она. Сегодня ей предстояло прослушать логиста. Она оказалась довольно приятной, энергичной девушкой. В конце общения та сказала:

– Если что-то нужно будет, спроси у N. Он у нас исключительно положительный сотрудник.

Она усмехнулась про себя, но к сведению приняла. Позже он неожиданно зашел к ней и, нависнув сверху, показал, как заходить на сервер. Ей было непривычно такое стремление помочь, она не любила людей и относилась ко всем настороженно. Но в его действиях было столько искреннего желания подсказать, помочь, что это снова придавало ей какое-то странное чувство спокойствия.

Он приснился ей, был очень странный сон – как будто она с подругами ходила в клуб, а он с утра поджидал ее, чтобы проводить домой. Почему он ей приснился? И почему в такой роли? Она задумчиво отстукивала какой-то ритм по столешнице, забыв про кофе, который, конечно же, сбежал. Она чертыхнулась и кинулась убирать следы своей задумчивости. Домочадцы всегда ругались, когда кофе заливал плиту.

Она торопилась на работу, ей безумно нравилось то, что она делала, работа мечты. Но невольно она ловила себя на мысли, что не только поэтому ее так тянуло туда. Открыв дверь, она увидела, что за ресепшн было пусто. Проходя мимо, неосознанно посмотрела – лежит ли ноутбук. Если б его не было, это означало бы, что он сегодня работает из дома. Ноутбука не было. Противная горечь разлилась внутри, она почувствовала себя безумно расстроенной. А впереди еще два выходных.

Почему ее так огорчил этот факт?

Утро ворвалось в сон, выжигая солнечными лучами. Она не любила ясную погоду, ей нравился этот город таким – серым, пасмурным и слегка меланхоличным. Он снова приснился ей, сон был еще более странным. Она не могла перестать думать о нем, казалось, что голова начинает разрываться от этих навязчивых мыслей. Все выходные она постоянно смотрела на часы, время тянулось безумно медленно и тягостно. В воскресенье она даже отсчитывала, сколько часов осталось до прихода на работу. Она была рассеяна, невнимательна, практически не слышала того, о чем ее спрашивали. Срывалась по мелочам и продолжала думать о нем.

Находясь на работе, она начала испытывать постоянную потребность подойти к нему, почувствовать, придумывала поводы, порой глупые и бессмысленные. Но он тоже стал проявлять к ней интерес: по утрам приходил с чашечкой чая, угощал ее то конфеткой, то яблоком. И они общались. Постепенно список тем увеличивался, они стали делиться такими вещами, которыми не стали бы делиться с другими людьми. Это переросло в некий ритуал – рабочий день начинался с разговоров. Однажды он пришел с обеда и ни с того, ни с сего принес ей мороженое. Это настолько поразило ее, никто раньше не делал таких безобидных и бескорыстных поступков.

И начали приходить стихи…Она давно не писала, вдохновение покинуло ее, да и жила она безэмоциональной жизнью, практически смирившись с ней.

Пенкой кофе стелется туман,

Листьев разметав цветные сны.

Осень вновь свела меня с ума

Светом обескровленной Луны.

Будто резкость вся сошла на нет,

Все плывет который день подряд.

Только твой серебряный браслет

Четко фокусирует мой взгляд.

Вижу – не могу двух слов связать,

Сердце вдруг срывается в пике.

Прокляну зеленые глаза,

Смех, картавость, ямку на щеке.

Шесть недель почти совсем не сплю.

Брежу как девчонка наяву.

Я тебя почти уже…молю

Бога, чтоб ослабил тетиву…

Она ненавидела выходные, которые разлучали ее с ним, а он жил и не догадывался о том, что она постоянно думает о нем, что это начало превращаться в манию. Она отсчитывала часы до встречи, перестала спать, просыпалась в 3-4 часа утра, бродила по квартире, заваривала чай, писала стихи, ревела. Как будто жизнь без него останавливалась, и только, когда они могли быть рядом, просто общаться, просто сидеть в соседних кабинетах – она чувствовала себя живой. Когда она осознала, что влюбилась, и влюбилась так сильно, что голова совершенно отключалась рядом с ним, она испугалась, решила уволиться. Она написала заявление и уже собиралась идти к директору, как внезапно зашел он, совершенно просто так, поболтать. И она вдруг решила для себя – пусть хоть так, пусть друзья, пусть редко, мало, но он будет. Она без него уже не сможет.

Вечер ворует тебя снова,

Ждать до утра, а в глазах – темень.

Я же сорвусь, только дай повод.

Я отмеряю тобой время.

Дверь заскулит, и шагов звуки

Стрелки часов превратят в герцы.

Мерно начну ощущать стуки:

Ты метроном моего сердца.

Черной дырой засосет вечер,

В небытие провалюсь снова,

Чтобы дождаться с тобой встречи,

Чтобы промолвить хоть полслова.

Изо дня в день Парацельс верил

В силу алхимий с людьми теми,

Кто слепо ждет у входной двери.

Кто отмеряет тобой время.

Шли дни, недели, месяцы, а она с каждым днем любила его все сильнее, она не думала, что так бывает, что человек становится твоим настроением, что человек способен 24 часа в сутки занимать все мысли, сниться, грезиться наяву. Когда он приближался, у нее учащался пульс, и, кажется, даже повышалось давление. А он был с ней крайне учтив, добр, всегда отзывался на любые просьбы, и готов был поддержать и выслушать в любой ситуации. Они старались избегать некоторых тем, связанных с их семьями, но в остальном делились многим.

Вновь ноябрь опостылел,

Дождь тягучий как смола.

Мы про все с тобой забыли:

Про семью, долги, дела.

Вороньем кружат запреты,

Ждут, когда сорвет с петель.

Мы – про книги, сны, секреты,