Татьяна Зинина – Игрушка Её Светлости (СИ) (страница 37)

Я подхватил его на руки и прижал к себе.

– Вернулся, малыш, как и обещал.

Он обхватил меня за шею, а моё сердце затопило волной тепла и нежности. Не знаю, почему, но этот мальчик на самом деле стал мне родным. Теперь-то я уже понимал, что тогда, при первой встрече, он напомнил мне маленького Мара. Но и теперь я не был намерен бросать малыша.

– Ладно уж, заходите в дом, – вздохнула ведьма. – У меня там как раз пирожки почти готовы.

– Я очень скучал по твоим пирожкам, – признался ей.

Она в ответ только фыркнула и покачала головой.

В доме всё оставалось, как прежде. Я сел на лавку, Крайт привычно примостился у меня под боком, а Мар разместился напротив.

– Вот, кстати, долг тебе принёс, – сказал я, выложив на стол увесистый кошель с золотыми монетами. – И цветки твои.

Я глянул на Мара, и он достал из сумки мешочек с травами, которые я обещал Верите.

Она остановилась у стола, посмотрела даже немного растерянно, и вдруг выдала:

– И как тебя вообще угораздило в рабство попасть?

– Вот так, – развёл руками. – Думаю, меня хотели устранить руками герцога Даворского. Расследование идёт, но всё оказалось непросто. Я был уверен, что это дело рук бывшего наместника, но он всего лишь пешка в чужой игре.

– Бывшего? – удивилась Верита. – Я не ослышалась?

– Он под арестом. Поверь, там есть за что.

– Да не сомневаюсь, – усмехнулась она, ставя на стол блюдо с ароматными пирогами. – Угощайтесь, господа принцы. В моём доме таких высоких гостей ещё точно никогда не бывало.

Большой дымчато-серый кот ведьмы, лениво потянулся на подоконнике и уставился прямо на меня. А потом вдруг спрыгнул со своего излюбленного места, пересёк кухню и ловко забрался на мои колени.

– Вот видишь, – сказал я Верите. – Он меня сразу признал. И плевать ему на моё настоящее имя.

– Так он кот. Ему всё можно, – насмешливо бросила ведьма. И принялась разливать по чашкам травяной отвар.

Вот тут-то я насторожился.

– Верита, ты мне что-то в прошлый раз подмешивала? – спросил прямо. – Когда мы тут гадали с Кэтрин.

– Вот не надо спихивать на меня свои слабости, – строго заявила женщина. – Ничего не подмешивала. Да и незачем. Вам и собственных желаний хватило с лихвой. Видела я, как вы целовались. Даже думала, придётся вмешаться.

– И хорошо, что не вмешалась, – ответил я. А чуть помолчав, спросил: – Признайся, это ты сделала зелье, которое стёрло мои воспоминания?

– Нет, – она сказала это, прямо встретив мой взгляд.

– А можешь предположить, кто в округе мог его приготовить?

Верита задумалась. Даже присела на лавку рядом с Маром.

– Так, в зельях такого плана используется кровь, я уже тебе это рассказывала. И после её добавления оно должно настаиваться минимум три дня. А значит, либо у ведьмы, сварившей то зелье, уже была откуда-то твоя кровь, во что я слабо верю. Либо её добавили уже после того, как тебя поймали.

– По словам Саргала я был почти невменяем. Да и щетину свою помню, когда в себя пришёл. Ей было не меньше недели, – принялся рассуждать вслух. – Последнее моё воспоминание перед провалом: мы с командой остановились на ночь в гостинице в Гастере. Это в паре часах езды от Тривала.

– В лесу за Гастером живёт Софика. Когда-то она была подругой моей наставницы, – проговорила Верита. – Она вполне могла приготовить такое зелье. И точно взяла за это немалую плату.

– Вер, – я постарался говорить, как можно мягче, – ты можешь съездить к ней со мной? По-дружески?

Она цокнула языком и усмехнулась.

– Вот уж угораздило назвать другом наследника престола, – пробурчала женщина. – Ладно. Давай завтра. Сегодня у Кэтти свадьба. Я обещала прийти.

Я кивнул. Завтра так завтра. Сегодня бы у меня в любом случае не получилось. Слишком много других важных дел.

Вдруг Верита сосредоточенно уставилась в одну точку, заметно нахмурилась и потом снова посмотрела на меня.

– Сюда идёт Кэтрин. Почему? – спросила она с явной претензией в голосе.

– А мне откуда знать? – выдал в ответ.

Но ведьма смотрела подозрительно.

– Скажи мне, Аск, какого демона она направляется сюда в то время, как должна готовиться к собственной свадьбе? Наряжаться, прихорашиваться. И не говори, что ты не в курсе. По глазам вижу, твоих рук дело.

– Не Аск, а Гервин, – напомнил я.

– Да плевать мне. Говори!

Я бросил взгляд на Анмара, который выглядел искренне опешившим. Ну да, со мной в таком тоне даже мама никогда не говорила. А тут я легко позволял это какой-то ведьме, да ещё и из глубокого захолустья. И всё же… да, позволял.

– Верита, спокойно, – проговорил рассудительно. – Не делай из меня монстра.

– За меня это давно сделал ты сам, – выдала она в ответ.

– Кэтрин я вреда не причиню. В любом случае, – сказал с нажимом. – Но её отец с его армией и непринятием новой власти может легко отправиться под суд за организацию мятежа. Я вчера говорил с ним. Первый серьёзный допрос покажет, что у него были мысли о том, чтобы свергнуть наместника. Он сам мне вчера в этом признался. Да, заверил, что теперь будет самым законопослушным и лояльным человеком, но… скажи, почему он не должен отвечать за свои преступления?

– Не было преступлений, была только подготовка, – заявила Верита.

– Если бы мы вовремя не заметили, подготовка вполне могла бы перерасти в мятеж.

– Герцог не идиот, он ведь не мог не понимать, что любой мятеж вы бы легко подавили.

– Так мне, что, простить его, опираясь на твоё заявление, что он не идиот?! – выпалил я, повышая голос.

Крайт вдруг испуганно сжался, а кот на моих коленях словно невзначай выпустил когти, которые легко прошли через ткань брюк и оцарапали кожу. Пришлось спешно брать эмоции под контроль.

– Верита, – сказал я уже гораздо более спокойно, – герцога есть за что наказывать. Заслуженно. И это я пока не вспоминал обстоятельства моего появления в его доме. Тут, поверь, тоже можно за многое зацепиться.

– Отдашь его под суд? – холодно спросила ведьма.

– Отдам, – ответил, без малейших сомнений. – Вчера я поведал обо всём этом Кэтрин. И предложил выход.

– Ох, чую, не стоит мне это знать, – покачала головой Верита. – Могу сорваться.

Но я решил рассказать всё ей начистоту.

– В качестве подтверждения лояльности её семьи королевской власти, я предложил ей стать моей хаити. При таких условиях расследование можно будет приостановить, а у лорда Даворского появится время, чтобы распустить армию и проявить себя ответственным подданным.

Ведьма после этих слов даже встала на ноги и теперь нависала над столом разгневанным коршуном.

– Заметь, я не настаивал. Просто предложил такой выход, – объяснил ей. – А Кэт заявила, что это шантаж, и всем своим видом изобразила глубочайшее оскорбление. Так что не надо убивать меня взглядом. Я пытался помочь. Как мог.

– Ты принц, ты можешь помочь и без всего этого, – заявила ведьма.

– А теперь сама ответь, почему я должен это делать? – спросил с нажимом. – Зачем мне выгораживать человека, сделавшего меня рабом?

Верита хотела сказать что-то резкое, но… промолчала. А потом и вовсе вернулась на лавку и устало подпёрла голову рукой.

– Крайт, ты покушал? – спросила она мальца, допивающего отвар. – Иди-ка собери смородину, пока не стало слишком жарко. Она как раз поспела. Когда Бритта проснётся, я отправлю её тебе помогать.

Мальчик кивнул, взял лукошко и послушно выбежал на улицу. А когда мы остались втроём, ведьма заговорила снова, но теперь уже не повышая тона:

– Я понимаю тебя, Гервин. Понимаю, что ты даже на месть имеешь полное право.

– Но, заметь, не стремлюсь этим правом воспользоваться, – холодно уточнил я. – Верита, в моих силах уничтожить всю семью Даворских за раз, просто обвинив их в покушении на мою жизнь. Всё. Но я зачем-то сижу тут и оправдываюсь перед тобой, как мальчик.

Она отвела взгляд. Её плечи заметно поникли, а губы сжались в тонкую линию.

– Я не святой и не альтруист, – продолжил чуть спокойнее. –  Я в первую очередь политик. Потому и пытаюсь найти в сложившейся ситуации тот выход, который устроит всех.