Татьяна Володина – Мысли вслух во сне и наяву. Книга первая (страница 7)

– Ну да. Как же! Личные отношения, которые часто рассматриваются в суде. – Не преминул вставить свою реплику Илья.

Таня скривилась и закрыла глаза рукой. Ей вдруг весь этот разговор показался таким пошлым, а ведь так весело начитался.

– Тань, ты только на них посмотри? – с укором обратилась к ней Юлия. – Они у нас становятся наглыми.

Сказанное Юлией «у нас» при обращении к Тане, вольно или невольно, вовлекало ту в Юлин круг. Таня вдруг покраснела от негодования, ей стало стыдно.

– Юлия, ну, не устраивает их такой вариант. Честь им и хвала. Меня бы тоже это не устроило.

– А тщеславные парни готовы на любые жертвы, чтобы состояться, – не сдавалась Юлия, обращаясь к Тане. – Так пусть они им не завидуют и не осуждают. Чтобы чего-то достичь подчас требуется чем-то поступиться.

– Чем? Чем поступиться? Совестью, принципами? – тихо спросила Таня. – Любовью и счастьем?

– А может быть они не испытывают любовь и это их нисколько не волнует, а счастье для них – это успех.

– О, я таких умников встречал, – произнеся это, Андрей поднялся и подошел к окну, а за окном было солнечно и тепло, но он, передернув плечами, вернулся на свое место. – Они, ради карьеры, разрушают свои семьи, бросают детей.

– И такое бывает, – подтвердила Юлия. – Значит, они решили, что их цель оправдывает средства.

«Именно так, – подумала Таня. Какой Андрей молодец. Но люди все разные и они по-разному думают и рассуждают и, что печально, они даже не считают это жертвой. Ведь жертвуют не ими. Для них это даже не жертва, а необходимая целесообразность. Что если расставание с ранее близкими людьми, уход в новую жизнь предопределено судьбой и дает новый импульс к неизведанной жизни. Их счастье измеряется переходом на новый уровень жизни, успеха, открытий. Они просто такие и какое у нас право их осуждать? Почему человек не волен стремиться к счастью. К своему, личному счастью, как он его понимает? Почему мы заведомо считаем, что жертва – это благо, что-то высокое и благородное, а счастье – это эгоистичное желание, романтика, о которой даже неудобно говорить? Если отбросить цинизм сказанного, то, возможно, Юлия в чем-то права. Каждый строит свою жизнь сам или по чьей-то подсказке, но в любом случае – это его личный выбор. Они много трудятся, делают много хорошего для общества. Наконец, они живут полной жизнью, только когда принимают решения, создают новые проекты. Короче, управляют жизнью, а не просто добывают средства для существования. И почему они должны от этого отказываться? Только потому, что общество порицает это? Они не жадные к материальным благам. Для них это побочный эффект. Они жадные к власти, в самом хорошем понимании этого слова, ибо она позволяет принимать не ординарные решения, и продвигаться вперед. „Гений – парадоксам друг“. Не зря говорят, что гениям все прощается».

– Они не жадные. Нет, – снова резко вступила в разговор Юлия. Она словно подслушала мысли Тани. – Им даже нравится оплачивать шикарную жизнь своих покинутых детей, оплачивать их учебу в первоклассных учебных заведениях. Они гордятся собой, что добились таких высот и теперь сполна могут откупиться, предоставляя блага своим детям.

«И совсем не помнят, скольких людей сделали несчастными», – подумала Таня и спросила Юлию:

– И о ком был этот спич? – Она внимательно посмотрела на ту. – Тебе не кажется, что обсуждая и осуждая, мы тем самым покушаемся на их образ жизни? Это их выбор против нашего выбора. И какое право есть у нас отказать им в их выборе?

– Их выбор приносит несчастье другим, – упрямо проговорила Юлия.

– А насилие над их выбором, приносит несчастье им. Не проще смириться и отойти в сторону, давая пространство для жизни друг другу?

В комнате стало тихо. Все, словно по команде, уткнулись в компьютеры. Казалось, тема как бы исчерпала себя и стала не интересной, а, возможно, заставила задуматься о жизни и ее превратностях.

Юлия набрала номер на телефоне и стала тихо разговаривать, затем голос ее повысился и стали слышны отдельные фразы, она начала смеяться, при этом прикрывая рот рукой. Илья, сидящий с ней почти рядом, сделал ей жесть рукой в сторону двери, приглашая ее выйти. Юлия выразительно посмотрела на Таню и вышла с телефоном из комнаты.

– Я не слышала звонка. Она что, выключила его? – спросила Ольга.

– Ты и не могла его слышать, – бросил через плечо Илья. – Его попросту не было. Это она позвонила.

– А чего смеялась? И почему вышла из комнаты? – засыпала Ольга вопросами.

– Оль, тебе никто не говорил, что ты липучка?

Ольга покачала головой и снова спросила, но на этот раз – кому позвонила Юлия.

Платону? Это с ним она смеялась?

– Ах вот почему тебя волнует этот вопрос? – засмеялся Илья. – Нет. Я понял, что она звонила Кириллу, поскольку называла его Кирой. Тань, как Юлия называет Кирилла? Кира?

– Иногда, – не оборачиваясь, ответила Таня, продолжая общаться с Андреем. Она слышала разговор Ольги с Ильей, но не единым движением не показала, что это ее интересует.

– Что и следовало доказать, – засмеялся Илья и показал Ольге язык.

– Но это ведь не все варианты?

Вопрос был задан Андреем, что не удивило Таню. По складу своего характера он был интроверт – человек, ориентированный на свой внутренний мир, отчасти замкнутый, рассудительный, сдержанный, и, вместе с тем чувствительный. Он был яркой противоположностью экстраверту Илье, ориентированному на внешний мир, общительному, активному и подчас весьма активному, деятельному, и Тане нравился его оптимизм. Андрей был женат на милой девушке, которая родила ему сына, родители были врачами и любили своего сына. Каким ветром занесло его на факультет журналистики университета, один Бог знает. Во всяком случае, медицина в его лице потеряла доброго и умного доктора.

– Нет. Это еще не все варианты, – улыбнулась Таня. – Нам с тобой нужно много знать и много трудиться.

– И тогда случится чудо, – засмеялся Андрей.

– О-о-о! Это пессимистический взгляд. Ты ведь уже здесь. Теперь проявляй себя. Любому умному начальнику нужен талантливый и умный подчиненный. Одной Оли вполне достаточно, но и она не безнадежна. Поверь мне. Для всех свое время. Не в этом, так в другом она проявит себя. А время, проведенное здесь, останется с ней навсегда. Есть еще один очень и очень важный фактор, и он называется удача или счастливый случай. Сбрасывать его со счетов не следует. Это когда важные в жизни человека события случайно или по чьей-то воле, складываются таким образом, что открывают перед ним колоссальные возможности. Это может быть реорганизация престижного учреждения, смена руководства, уход начальника в декрет, если она женщина, а в это время несколько сотрудников увольняются или уходят на пенсию, – дорога расчищена, а, как известно, на безрыбье и рак – рыба. Искать со стороны нового руководителя, проводить конкурс на замещение вакантной должности? Хлопотно. И вот долгожданное повышение. Или вдруг поступает неожиданное предложение из другого издательства. Тебя заметили конкуренты и приглашают на высокую должность или интересную работу, о которой ты уже давно мечтал. И вот он, тот самый случай, шанс, когда человек не глупый стремительно достигает таких высот, которых другому не достичь и за всю жизнь, даже если у него за плечами золотые медали, дипломы с отличием престижных вузов. Казалось бы, один, особо не напрягаясь, окончил обычную среднюю школу и вуз с весьма средним результатом, другой же много трудился, заслуженно получил все награды, а результат в жизни у них очень разный. Вчерашние хорошисты, а бывает даже и троечники, руководят, принимают решения, а отличники тихо творят, думают, рассуждают, философствуют, пишут умные книги и вполне счастливы.

– Обидно.

– Кому? – засмеялась Таня.

– Тому, кто с медалями, – с удивлением сказал Андрей.

– Почему? И те и другие хорошие люди. Возможно, они даже никогда не пересекутся, в жизни так часто бывает. Каждый день мы встречаем на улице людей и у каждого из них своя судьба.

В комнату с улыбкой вошла Юлия. За ее спиной грохнула закрывающая дверь, и Оля подскочила, но промолчала. «Quod licet Lovi, non licet bovi» (что позволено Юпитеру, не позволено быку). Таня про себя улыбнулась, и в этот самый момент у нее зазвонил телефон:

– Я тебя слушаю, – тихо сказала она и почувствовала обиду, что Кирилл секунду назад разговаривал с Юлией. Не с ней, с Юлией, даже если та позвонила ему сама. Обида поглощала все иные эмоции. Логика напрочь отключалась, и оставалось только это мерзкое чувство.

– Я скучаю очень. И я хочу тебя. Хочу! Очень! Мне нужны твои поцелуи, и мне не хватает твоих прикосновений. – Голос Кирилла был радостный. Он говорил тихо, но Таня слышала в нем звенящую страсть и восторг. Она поняла, что у него все сложилось хорошо, и он действительно скучал. Такие слова не каждый день говорят, даже если любят.

У нее громко забилось сердце и перехватило дыхание. Она сделала глубокий вдох.

– Ты где?

– В аэропорту. Сейчас буду садиться в машину. А где твои ласковые слова? Ты не рада моему возвращению?

– Рада. Очень. Скучала. Очень.

– Не слышу энтузиазма в твоем голосе.

– А я слышу твою улыбку.

– Я так громко улыбаюсь? – Кирилл засмеялся.

– Ее слышу только я, и пусть так будет всегда.