Татьяна Волчяк – Холодные голоса (страница 38)

Засыпая сидя на полу, я прошептала:

— Не сдамся ни за что, скорее штырь сдохнет, — и провалилась в дрему.

Раздавшийся глухой стук разбудил меня. Я потерла тяжелые веки. Снова стук, кажется, снаружи. Сквозь мутное окно лился тусклый свет. Наступило утро, и в домике стояла невыносимая духота. Я поднялась на ноги, посмотрела на Арка. Он еще спал. Тихо подошла к двери, открыла ее и вышла за порог. Меня ослепило яркое солнце. Белые пески и безжизненная пустыня навевали тоску. Я обошла дом и на заднем дворе увидела эйту Лит. Она рубила заостренным концом камня толстые сухие ветки. Я стояла позади нее и гадала, в каком она сейчас состоянии. Подойти или лучше не рисковать? Вдруг не узнает, прогонит. Все же решившись, я ее окликнула:

— Доброе утро! — и затаила дыхание в ожидании ответа.

— Здравствуй, молодая эйта, — обернулась женщина, а я с облегчением выдохнула.

— Может, вам нужна помощь? — Я старалась быть любезной.

— Да, спасибо. Вон там, видишь, колодец. Набери воды, деточка.

«Здесь есть вода, это уже что-то». Я прошла к вырытой в песке глубокой яме, обложенной изнутри камнем, опустила в нее стоявшее рядом ведро на веревке и зачерпнула прохладной воды. Напилась вдоволь и вернулась к стоявшей уже возле входной двери хозяйке.

— Вот спасибо. Ноги болят, не могу долго ходить и тяжести таскать.

Кивнув ей в ответ, я вспомнила, как она недавно тянула на тележке профессора, нисколечко не страдая от болей. Притворяется или, когда меняется на злобную старуху, ей все нипочем?

— Как ваш спутник? Очнулся?

— Да, ночью. Ему уже лучше. Спасибо. — Я отвечала сдержанно, чтобы вновь не увидеть ее изменение в худшую сторону.

Женщина открыла дверь, а я внесла ведро с водой в комнату… и от неожиданности выпустила его из руки.

— Профессор?.. Дар-Кан, тебе еще рано вставать! — воскликнула я и подошла к стоящему возле окна и потирающему раненое плечо некроманту. — Порезы могут снова начать кровоточить! — убрала его руку от ран.

Сама тут же принялась осматривать их. Стараясь не навредить, провела по нетронутым местам руки. Отметила, что за очень короткое время раны стали выглядеть на удивление хорошо. Кровавые борозды от костлявых пальцев нежити подсохли и заметно затянулись. С удовлетворением поняла, что промыла их хорошо и воспаления не произошло.

— Все в порядке… Анна… — протянул мое имя Дар прикоснувшись к моей руке.

Неуловимое чувство нежности вперемешку с беспокойством за профессора озадачило меня. Поднялось где-то глубоко в груди приятным теплом, осталось там и не собиралось уходить. Я ощущала взгляд Арка на себе и боялась взглянуть на него в ответ.

— Мой резерв восстановился, и я слегка себя подлатал, — сказал он.

Арк не спешил отстраниться. Поглаживал мою ладонь, оставляя в душе приятное ощущение заботы. У меня перехватило дыхание, а сердце забилось чаще. Я подняла голову и окунулась в яркие радужки. Серый цвет глаз все больше вытеснялся увеличивающимися зрачками, а меня постепенно покидала тревога.

— Уважаемый эйт, вы пришли в себя? — спросила хозяйка и обратилась ко мне: — Деточка, давай-ка подогреем перекусить. Твоему мужчине нужен плотный завтрак. — Она открыла шкаф и чем-то в нем зашуршала.

— Он мой преподаватель, а не… — покраснела я и отошла на шаг от Дар-Кана. — Мы не… — пыталась объяснить, но ничего не выходило, и помог в этом тот самый, который, собственно, «мой»…

— Спасибо за гостеприимство, добрая эйта, но нам пора.

— Что? Ты совсем слаб, а нам идти двое суток!

— Нам пора, Анна, — с нажимом повторил Арк.

Да в чем дело?

Хозяйка затихла. Медленно повернулась, посмотрела на меня, затем на профессора — с жутким прищуром — и отошла к двери.

— О богиня, опять! — обреченно проговорила я.

— Вы нас преследуете⁈ Сколько говорить, от нас нет помощи! Убирайтесь! Пошли вон! — Она схватила деревянный обрубок, стоящий в углу, и замахнулась на нас. — Кому говорю, пошли во-он! — Разъяренная старуха размахивала поленом, из ее оскаленного рта летели ругательства и проклятия, глаза заволокло пеленой, а тот, что был с белым пятном, стал наливаться кровью.

Ее жуткий вид пугал до дрожи. Как в один момент может измениться человек, совсем недавно приветливо улыбавшийся? Дар-Кан завел меня себе за спину, закрывая от сумасшедшей.

— Да что с вами⁈ — не сдержалась я. — Эйта Лит! Мы вам не враги! Всего лишь хотели узнать. Попросить о помощи…

На последних словах она взревела. Сплюнула на пол, опять замахнулась и двинулась на нас.

Реакции профессора можно было только позавидовать. Всего от одного его выверенного пасса женщина отлетела к двери, издав каркающий звук, и затихла на полу. Дар-Кан медленно подошел к ней. Остановился.

— Она мертва? Ты убил ее? — смотрела я на бесчувственную эйту. Я совсем не желала ей смерти.

— Нет. Она временно обездвижена. Нам нужно уходить, Анна, — сказал некромант, возвышаясь над телом хозяйки. Кажется, произошедшее его совсем не пугало и даже не удивляло. Он брезгливо скривился и только. Оттащил женщину от двери и протянул ко мне руку. — Пойдем.

Я отступила на шаг, в растерянности глядя на Арка.

«Куда? Куда мы пойдем? Два дня в пустыне и то, если найдем дорогу к людям? О чем он думает, ему не пройти столько. Без помощи нам не добраться. А если нежить снова объявится? Да, здесь не совсем нормальная старуха, но есть вода, пропитание… Есть время немного прийти в себя для путешествия к ближайшему поселению. В конце концов, у нас нет денег!»

— Анна! Я знаю, что делаю. Мой резерв восстановлен. Найду ближайшее и самое подходящее место для перехода. А она… — Арк указал на эйту Лит, — скоро очнется и снова набросится на нас. И мне не останется ничего, кроме как упокоить ее навсегда. Ты понимаешь?

— Может, она проснется и вновь станет нормальной? — неуверенно спросила я, сама не веря в свои слова. — И о каком переходе речь? Ты слаб. А открывать портал на другую сторону Атерры одному и без указателей просто смерти подобно!

— Послушай, она не в себе, ты сама это видишь, — стал он уговаривать меня, как маленькую. — Эта женщина думает, что мы с тобой у нее в голове, что мы те самые голоса, и воспринимает нас как надоедливых нереальных людей, с которыми борется всю свою жизнь.

Наверно, о чем-то таком я подозревала, но мне никак не хотелось в это верить. Надежда на то, что эйта Лит откроет мне способ управления даром, в дребезги разбилась. Профессор подошел ко мне и взял мою дрожащую руку.

— Анна, не беспокойся. Верь мне и верь в себя. Мы обязательно со всем разберемся. Слышишь?

Я молча кивнула Арку, и мы вышли из дома. Не оборачиваясь, в полном молчании двинулись к самой высокой дюне.

Глава 19

Возвращение в академию

Забравшись на бархан, Дар-Кан пристально вглядывался в пустыню. Мне же этот песок и палящее солнце больше бы никогда не видеть. Смотреть на бесконечный унылый пейзаж, на мертвые земли без малейшего вкрапления зеленого не хотелось. Как можно здесь жить? Насколько нужно отчаяться, чтобы добровольно сделать себя узником такого места?

— Почему она здесь живет?

— Потому что это место не просто так называется Долиной успокоения. Со временем дары богов здесь утрачивают свою силу. Она решила таким образом избавиться от мучавших ее голосов. Сразу хочу предупредить, что это не выход… — и многозначительно посмотрел на меня.

— Я этого не знала!.. И я не хочу здесь жить. Так жить…

— Вот и отлично! Потому что нам вон туда, — указал профессор на соседний бархан.

Мы взобрались на его вершину, и, сделав несколько движений руками, Арк открыл портал без всяких вспомогательных арок. Мне не очень хотелось снова в нем застрять, и я с сомнением посмотрела на белесую пелену меньшего размера, чем та, через которую мы проходили в прошлый раз.

— Почему ты не открыл портал сюда, а мы прошли через стационарный? — Я пыталась оттянуть время и набраться храбрости.

Удивительно, но профессор вновь ответил. Кто бы подумал, раньше из него было не вытянуть ни словечка. Только и слышала: «Все потом. Позже».

Оказалось, что он не желал истощать своей резерв до предела, так как силы могли понадобиться здесь, в пустыне. И если я сейчас не потороплюсь, то портал схлопнется, а открыть его снова удастся еще не скоро. Таких объяснений мне полностью хватило. Оставаться в этом забытом богами месте я была не намерена. И сдаваться, как эйта Лит, тоже.

Вышли мы из белого марева посреди дороги, рядом с домом, в котором и переместились в пустыню. Нас встретило утреннее небо, затянутое серыми тучами. Порывистый, холодный ветер ударил в лицо. Арк предложил подождать в здании, пока он свяжется с кучером и тот не приедет. В знакомой пустой комнате с несколькими стульями и столом не было посетителей. Я присела на стул. Все, что произошло, никак не помогло, только все усложнило. Арк пострадал неизвестно от чего или кого. Кто желал его или моей смерти?.. Эйта Лит оказалась совершенно отчаявшейся женщиной, не смогла разобраться со своим даром и просто сбежала. Для чего боги нас наделяют дарами, которыми мы не можем управлять? Возможно, спятившая эйта права и это проклятие? От всех этих рассуждений, не приводящих ни к чему, кружилась голова. Меня стало знобить. Немудрено — из знойной пустыни сразу переместиться в осенний холод Интарии.

— Анна, пойдем. Карета готова, — сообщил Арк.