Татьяна Виноградова – Академия (страница 38)

Третий линкор, громадина полувековой древности, ни разу за всю войну не покинувший базы, был более известен под прозвищем «Старый Утюг». Истинное же имя этого ископаемого упорно пряталось в закоулках памяти, не желая вылезать на свет.

— Да-а… — протянул подполковник, по-прежнему изучая Тедову схему. — Красота. А ведь каких орлов выпускали! И всего-то семь лет прошло… Вот что, Лендер…

В голосе Ахремовича отчётливо послышались тоска и отвращение. У Теда упало сердце.

— …получайте свой зачёт, и сгиньте с глаз моих. Развели тут гражданских…

Тед выскочил за дверь и перевёл дух. Очередную атаку противника с воздуха каким-то чудом удалось отбить. Ну, теперь посмотрим, кто кого. Ни шагу назад, и всё такое прочее.

Проходящий мимо курсант, судя по шеврону на рукаве — из «наземников», оглянулся на него и ускорил шаги. Тед, всё ещё слегка ошарашенный, не обратил внимания.

Очереди в столовой в такой час не предвиделось — и парень зашарил по карманам в поисках талончика. Сейчас бы пива, но… деньги же, да. Боссу надо бы позвонить. Ни о какой травке по комму говорить нельзя, Кир прав, а вот насчёт подработки разузнать не помешает. И как раз при встрече-то можно и предупредить. И Кэри, Кэри — обязательно.

Но сначала следовало перекусить.

В дверях столовой незнакомый парень посторонился, пропуская так старательно, будто опасался прикоснуться. Тут Тед сообразил, что и по дороге сюда что-то было не так. Нет, конечно, каждый встречный на него не глазел, такое бы он точно заметил, но всё-таки кое-кто поглядывал…

Вот, например, так, как тот паренёк за угловым столиком. Он даже жевать прекратил.

Тед выбрал зеленоватый суп-пюре и гуляш, продолжая чувствовать взгляд спиной, и повернулся — как назло, единственное свободное место оказалось рядом с любопытным пареньком. Он сдвинул стул так, чтобы оказаться к надоедале боком, и постарался переключиться на что-то другое. Вот, например, вполне себе отрадное зрелище: две девушки, приканчивающие десерт — одна аккуратно надкусывала пирожное, перед другой стояла вазочка с розоватым муссом. И совсем на него не смотрят. Остальные тоже не обращали на него внимания, занятые едой или разговорами. А если бы и смотрели, подумаешь…

В этот момент девушка, которая с муссом, сказала что-то подружке, и та всё-таки повернула голову в его сторону. Он тут что теперь, заместо аттракциона? Пожалуй, лучше было глядеть в тарелку. Очень интересный суп. Говорят, зелёное полезно для глаз. Но стоило ему зачерпнуть ложкой густую жижу, как паренёк спросил:

— Ну и как оно там?

— Где «там»?

— Ну, в тюряге.

Тед смерил взглядом настырного юнца: совсем щенок ещё, аккуратная светлая чёлка и розовые оттопыренные уши. Нет, не розовые — малиновые. И новенькая джинсовая курточка. А туда же, «тюряга».

— Попробуй сам, узнаешь, — буркнул он.

— Понял, не пристаю, — покладисто отозвался юнец. Но уже через минуту не вытерпел:

— Ну ты и рисковый. Говорят, Росси — зверь. Вышибут, как пить дать. Тут такое старичьё окопалось, от них не отмажешься. Э, ты чего?!

— Ничего, — сквозь зубы процедил Тед, с трудом разжимая пальцы. — Вали.

И принялся сосредоточенно выправлять согнутую буквой «зю» ложку.

— Приятного аппетита, — прозвучал рядом голос, знакомый, но непривычно прохладный, не как запотевший бокал пива, а как позванивающий льдинками мятный мохито. Оказывается, юнец действительно ретировался. Виолетта — как всегда, ладная, с гладкой причёской и в форменной блузке, которая смотрелась на ней по-особому щеголевато — поставила на край стола поднос и села.

«Ну просто одно к одному!»

— Приятного, — пробурчал парень. — Что, уже все в курсе, что ли?

— Не страдай манией величия, — всё та же холодно ответила Ви. — Так, некоторые. Онгой, правда, сказал, чтоб особо не трепались, но что ты хочешь — уже третий день трясут всю Академию. Начальство делает вид, что это плановая выборочная проверка, но только давненько уже выборочные проверки не были такими поголовными. Начали с твоей группы, с двести тринадцатой и четыреста десятой.

В двести тринадцатой учился Кир, а четыреста десятая — это была группа Эйшита и Ромнера.

— Что, тоже будешь мне мозги прочищать?

— А что, тут уже очередь выстроилась? — осведомилась Ви. — Тогда скажи народу, что я тут крайняя.

— Я скажу, чтоб за тобой не занимали, — попробовал отшутиться Тед. — Приём закончен, тары нет. Кир, потом Сэл с Онгоем, Темиле… Чёрт, даже сосед по камере!.. Давай на сегодня всё, а?

Девушка пожала плечами.

— Посмотрим. Деньги есть?

— Ох, Ви, прости. Сейчас одолжить нечего. Кстати…

Тед набрал номер на комме.

— Да я не одолжить. Наоборот. Ты-то как?

— Сейчас выясню. Может, случится подработка.

— Я бы на твоём месте воздержалась.

Тед упрямо нажал на вызов, выслушал стандартное: «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети», нажал «отбой» и ответил:

— Видимо, придётся.

Ви помолчала, размышляя.

— Знаешь, может, ещё и обойдётся. Темиле…

И снова замолчала.

— Что «Темиле»?

— Не знаю. Он…

— Да договаривай же! Сказала «а»…

— Ну, я правда не знаю. Но он не любит сдавать своих. Только — не дай Бог его после этого подвести. И ещё…

— Ну?

— Даже если всё закончится благополучно… Если. То всё равно о серьёзных транспортных компаниях забудь. Даже не суйся. По крайней мере, пока не выйдет срок давности.

— Да если так… да чёрт с ними, да я… да куда угодно!..

Ви усмехнулась.

— Челночные рейсы Земля — Луна?

Тед набрал в грудь воздуха, чтобы сказать: «Да пусть хоть челночные рейсы!» но Ви быстро протянула руку, прикладывая палец к его губам:

— Стой. Молчи лучше. Знаешь же — некоторые слова имеют свойство сбываться буквально.

Когда Тед наконец вернулся в общежитие и уже собирался растянуться на койке, Кир, сидевший, по своему обыкновению, в наушниках у терминала, встал и молча плюхнул перед напарником стопку конспектов.

Пока-ещё-курсант понял, что завалить эту сессию у него не получится.

Семестр четвёртый

Глава семнадцатая. По следу, по следу…

У клиента, конечно, был пропуск не только на себя, но и на флайер, а Дамиану пришлось потратить лишних двадцать секунд на обмен любезностями с диспетчером. Когда полицейская машина, покружив над служебной стоянкой, опустилась наконец на свободное место, Блаум уже скрылся из виду, но яркая точка сигнала бежала по дисплею комма: отследить перемещения подопечного по его собственному комму не составляло труда.

Полицейский повертел головой, сориентировался и припустил вдогонку.

«Что его понесло на космодром? Не работать — он без бригады. Встреча с кем-то?»

Дамиан остро пожалел об отсутствии напарника — попробуй вести наблюдение в космопорте без подстраховки! Но делать нечего.

Точка достигла серого прямоугольника — судя по всему, тот символизировал столовую для персонала, фасад которой просматривался над грудой сгребённого, но пока не вывезенного снега — свернула в обход и замерла. Должно быть, Блаум достиг места рандеву и теперь ждал.

Дамиан перешёл на деловитую походку занятого человека, свернул следом — и упёрся в аккуратный рядок цветных мусорных баков, новеньких и блестящих. Картина, отрадная для глаз любого апологета раздельного сбора мусора, не нарушалась ничьим неуместным присутствием.

А говоря проще, клиент проявил разумную предусмотрительность и сбросил возможный хвост.

«Сукин сын выкинул комм! Чёрт, чёрт, чёрт! Просто заскочив по делам, коммы не выбрасывают».

Живо представив себе поджатые губы Джареда, шкафообразный полицейский болезненно выдохнул сквозь зубы и рванул с места. Возможно, Блаум направляется к четырнадцатому ангару, где у «чёрной бригады» хранилась часть снаряжения. А если нет…