Татьяна Тальская – Игра на двоих (страница 62)
Боря криво усмехается.
— Да откуда я знаю. Наверное, в Дубае с каким-нибудь богачом. Ты же знаешь, как она умеет.
— Она красивая, — выдыхаю я.
— Слушай, — Боря вдруг смотрит на меня внимательнее. — Она, кажется, нацелилась на твоего начальника.
— Что?
— Да. Мы как-то завтракали пару месяцев назад, и она листала свежий Forbes. Сказала, что зацепит себе Мельникова.
У меня из легких выходит воздух.
— Какого?
— Главного.
— Ярослава из Питера?
— Нет. Того, который здесь, в Москве.
— Илью? — шепчу я, и сердце начинает биться быстрее.
— Да. Она показывала его на телефоне — фотку и все такое. И сказала, что у нее «уже все на мази».
Мне становится холодно. Я лихорадочно ищу фото Ильи в телефоне, показываю Боре.
— Это он?
— Он. — Боря скривился. — Говорит, уже «в процессе». Стерва.
У меня сводит желудок. Эля куда больше подходит Илье, чем я. Я знаю, как она действует. Мужчины рядом с ней теряют тормоза. Если она правда захочет, она его получит.
Меня накрывает липкий ужас. Я вдруг вижу картинку: семейный праздник, она появляется под руку с Ильей… и я не могу вдохнуть.
Я и так знаю: однажды я увижу его с другой. Только, пожалуйста, не с ней. С кем угодно, только не с ней.
Четверг. Одиннадцать вечера. Я сижу одна в темноте и пишу сообщение.
Я не писала ему с того самого вторника, когда мы с Ильей сцепились. Эдуард написал тогда, а я не ответила. Зачем? От этого только хуже.
Если Илья гонится за разговором с «Пинки», а со мной, реальной женщиной, с которой он спит, ведет себя как с пустым местом, то что я для него значу?
Очевидно: я где-то в самом конце списка. И я не могу делать вид, что мне не больно. Больно. Сильнее, чем должно быть. Я знала правила, когда начинала, и все равно влезла. Очень умно, Катя.
Эта неделя меня выжала. Я на нервах. И меня преследует мысль, что однажды мне придет приглашение на свадьбу моей «прекрасной» сестры с мужчиной, который мне нравится.
Ладно. Он не «мужчина мечты». Но… Я не хочу, чтобы она туда лезла. Пусть отстанет.
Эля сказала Боре, что у нее «уже все на мази» с Ильей. Что это вообще значит? Что у них уже что-то было раньше? Меня мутит от одной мысли. Только не это.
Вижу три точки, он отвечает.
Я выдыхаю. Я не могу сказать ему правду. Я зашла слишком далеко в этой лжи. И, наверное, нет смысла признаваться сейчас, Илья все равно не собирается видеть Катю в будущем.
Но мне это вредно. Мне надо прекращать. Я не хочу слушать про его будущие «завоевания»… и уж точно не хочу слушать про Элю.
Я заставляю себя соврать:
Палец уже тянется к «отправить», но я замираю… и добавляю:
Я задерживаю дыхание. Я заранее знаю: будет больно. Глупый вопрос.
Ответ приходит быстро.
Я закрываю глаза, чувствуя, как стыд накрывает волной.
Пишу:
И почти сразу приходит ответ:
Я резко выпрямляюсь. Что?
Сердце бьется так, будто хочет выпрыгнуть.
Я моргаю, не веря.
Я вскакиваю с кресла. Вот как он это видит?
Я начинаю ходить по комнате, размахивая руками, пытаясь придумать, что написать.
«Эм… может, ты ей тоже слишком понравился?»
«Может, она испугалась, что будет больно?»
Я печатаю что-то похожее на это… и стираю. Он ответит сам. И ответит жестко, я знаю.
У меня проваливается сердце. Я падаю обратно на стул. Вот и все.
И в этот момент меня прошибает: он прав. Почему я не поговорила? Почему я сбежала? Почему я сделала вид, что мне все равно? Я сжимаю виски. Мне хочется выть.