Татьяна Степанова – Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 2 (страница 475)

– Светлана, у вас были отношения с Мельниковым? – в лоб спросила Катя.

– Да… ну да… я… мы… да.

– Я так и поняла, когда вы в обморок упали в офисе.

Катя лукавила: в офисе, когда секретарша брякнулась в обморок, она подумала: фальшивка это или нет? Участковый Лужков счел, что фальшивка, уловка. Но если обморок настоящий, то в чем его причина – в том, что секретарша узнала об убийстве своего босса, или же в том, что в офис нагрянула полиция?

– Можно я сяду? – спросила Светлана Колганова. – И вы садитесь, раз пришли.

Катя села в кресло напротив нее, плюхнувшейся на диван. Мещерский сел на стул рядом с дверью. Лужков остался стоять. Катя поняла – они делегировали ее вести «женскую молвь».

– И давно у вас эти отношения? – спросила она.

– Мы учились с Сашей в одной школе.

– Я это знаю.

– Он всегда мне нравился. Потом мы долго не виделись. И когда я попала в трудную ситуацию, меня с работы уволили, он мне помог. Взял на работу к себе. И… спустя какое-то время мы начали встречаться.

– У вас были планы пожениться?

– Нет… Я, конечно, хотела, очень… А он. Он был такой… Вы видите, какой он был. – Секретарша кивнула на снимки. – Птица высокого полета, богат и… Но я любила его, я его так любила, просто ужасно! – Она всхлипнула. – Найдите его убийцу, пожалуйста!

– Мы этим и занимаемся, – сказала Катя. – Скажите, фамилия Изотов вам что-нибудь говорит?

– Это один их продавцов недвижимости через риелтора. Пенсионер, он комнату в доме продавал, фирма наша купила. Приходил в офис вместе с риелтором.

– И встречался с Мельниковым?

– Да, они разговаривали.

– Светлана, а вы помните старое дело о похищении Лизы Апостоловой, психически больной девочки?

– Я знаю, конечно, мы все знаем. А при чем тут это? – Светлана Колганова глянула на Катю.

– Вы в курсе, что Изотова тогда подозревали в педофилии и похищении девочки?

– Нет, я этого не знала.

– Так, значит, вы не к Изотову домой ходили в тот вечер? – спросила Катя.

– В какой вечер? Куда я ходила? При чем тут вообще эта психованная Лиза? – На щеках секретарши выступили алые пятна.

Она вытерла слезы.

– В тот вечер, когда убили Мельникова, вы ходили в дом, где живет Апостолова и где в коммунальной квартире имеет комнату Изотов.

– Никуда я не ходила.

– Вас видели соседи. Нам устроить очную ставку?

Пятна на толстых щеках секретарши разгорались все ярче.

– Я не к Апостоловым ходила, – сказала она. – Какого черта я бы пошла к ним?!

– Значит, вы хотели проверить, дома ли Изотов? Вы ведь в квартиру не входили, вам дверь не открыли.

– Я… ну, хорошо, я вам расскажу. Это не то, что вы думаете. Совсем не то. В тот вечер Саша… он обещал вернуться в офис. Они с Ларионовым пошли пива выпить, какие-то дела обговорить наедине. А мне Саша сказал – посиди, подожди меня. Там еще надо финансовый отчет проверить и по электронке отослать и документы в налоговую. Я не пошла домой, сидела, ждала его. Как дура ждала. А потом уже стемнело, и я глянула в окно. Вижу, а он возле подъезда кирпичного дома. И дверь открывает. Он код домофона, небось, наизусть выучил!

– Чьего домофона? – спросила Катя.

– Да конечно же, ее! Алисы! – Секретарша сказала это так, как будто плюнула. – Он мне велел ждать. И я в офисе, как дура, допоздна торчала. А он напился и пошел к ней. Он опять пошел к ней! И я этого не стерпела.

– А что, у Мельникова были отношения и с Алисой Астаховой?

– Были.

– Близкие?

– Она им вертела как хотела.

– И как долго?

– Всю жизнь. Всю нашу жизнь! Как собака на сене. Видели кино? Так вот, точная модель их отношений. Он… он не мог ей противостоять, еще со школы. Всегда подчинялся.

– Мельников любил Алису?

– Не надо мне тут говорить про любовь! – Толстая секретарша резво вскочила с дивана, и глаза ее сверкнули огнем. – Вот только не надо мне про любовь… Потому что это не любовь, а… Любовь такая не бывает. Любовь другая.

– Ну, хорошо, хорошо, – быстро согласилась Катя. – Вы увидели его у подъезда, и что произошло дальше?

– Я подождала, пока он войдет, я была сама не своя. Я обиделась на него, ревновала и… Даже заплакала, хотела пойти домой, такое настроение – жить не хочется. Но потом я решила… В общем, схватила сумку, плащ и выскочила из офиса. Дверь заперла, потому что больше в тот вечер на работу возвращаться не собиралась. Выбежала на улицу, зашла в подъезд. Саша… он уже зашел к ней. Но я не хотела ехать на лифте, они могли лифт услышать. Я стала пешком подниматься.

– Вы хотели пойти к Алисе и устроить скандал, сцену ревности?

– Не знаю, я была как в тумане. Я хотела сначала послушать.

– Подслушать у двери? – удивленно спросила Катя.

– Ну да… Я и раньше так делала. У Алисы теперь отдельная квартира. Саша порой у нее оставался.

– А вы маячили под их дверью?

– Я не маячила! Вам этого не понять, – глаза секретарши снова недобро блеснули. – Я просто не могла оттуда вот так уйти. Как побитая собака. И я стала слушать. И… они там ругались. Я почувствовала такое облечение в тот миг!

– Они ругались? Алиса и Мельников?

– Она орала на него как сумасшедшая.

– Вы слушали под дверью квартиры?

– Ну да. А она орала на него: «Не веди себя как последний идиот! Я думала, ты повзрослел, а ты все прежний – слюнтяй и тряпка!»

– И что же, по-вашему, вызвало эту ссору? Этот взрыв со стороны Алисы?

– Я не знаю… Наверное, деньги… Да, я так и подумала: они скандалят из-за денег.

На щеках Светланы Колгановой пятна слились в багровый воспаленный румянец.

– Финансовые проблемы вашей фирмы?

– Да, много проблем. Вот она и стала орать на него, как на пацана, как в школе и…

Секретарша умолкла и сглотнула слюну.

Пауза. Она не продолжала.

– И что было потом? – спросила Катя.

– Она орала на него. Они ссорились. Не трахались, а ссорились. И я… Я испытала облегчение. Повернулась и пошла оттуда прочь.

– Вы ушли?

– Да, я спустилась по лестнице и пошла домой.

– И который был час?

– Я пришла домой в половине одиннадцатого. У нас тут недалеко от Безымянного.