Татьяна Старикова – Попрощайся за нас: протоколы молчания (страница 6)
Она прикрепила файл с письмом, палец замер над клавишей «Отправить».
«Хоть бы адрес существовал...» — подумала она и нажала кнопку отправки.
Институт когнитивных исследований Старограда
Возвращение в Староград было похоже на прыжок из тихого, пахнущего хлебом рая в стерильный гудящий ад.
Стеклянные стены института давили на Айрин, отражая её бледное, невыспавшееся лицо. Она проверяла почту на своем служебном ноутбуке каждый два часа, ответа от Хоука не было.
Только тишина, которая была страшнее любого «хора».
Именно в этот момент к ней в кабинет заглянул Леонардо, сияющий, как всегда.
— Айрин! Наконец-то! Отпуск явно пошёл тебе на пользу, но похоже, ты не очень качественно спала— он оценивающе взглянул на неё, и Айрин почувствовала, как натягивает на лицо маску благополучия. — Заходи к Арне, когда осмотришься, у нас для тебя сюрприз.
Профессор Арне Свенсон встретил её той же отеческой улыбкой, что и месяц назад.
— Айрин, прекрасно, что вы вернулись! Отдохнули? Перезагрузились? — Он не стал ждать ответа. — Леонардо и я кое-что для вас придумали. После того стресса с «Фантомным маньяком» вы заслужили право заниматься чем-то... глубоким. Без спешки.
Он протянул ей папку и Айрин машинально открыла её.
Это была работа мечты. Неспешная, фундаментальная, сугубо теоретическая, никаких трупов, никаких преступников, никакой крови. Только МРТ-сканы, анкеты и статистика. Лакомый кусок для любого учёного.
— Мы выбили грант на пять лет, — с гордостью сказал Свенсон. — Это ваш путь к настоящему академическому признанию, Айрин. К той самой премии, о которой я говорил.
Она должна была ликовать, благодарить его, но вместо этого по её спине пополз ледяной холодок. Пять лет тихой, размеренной работы, пока настоящая, живая, кричащая правда о рейсе AG-815 будет похоронена под политикой и ложью.
— Профессор... я... не знаю, что сказать, — её голос прозвучал чужим.
— Говорите «спасибо» и беритесь за работу, — рассмеялся Свенсон. — Ваша лаборатория ждет. Никаких срочных дедлайнов, только наука.
Она вышла из кабинета с папкой в онемевших пальцах. «Лакомый кусочек» обжигал ей руки. Айрин зашла в свою лабораторию — чистую, белую, сияющую новым оборудованием. Всё было готово для начала проекта.
Она села за стол и открыла методичку., но буквы расплывались перед глазами.
«Хор» возвращался. Не яростной волной, как тогда на кухне, а настойчивым, приглушенным гулом, фоновым шумом её сознания. Они были здесь. Они не уйдут.
Айрин смотрела на безупречный научный проект, который должен был стать спасением, а чувствовала себя так, будто ей вручили почётную пожизненную каторгу.
Мир предлагал ей забыть, замолчать и погрузиться в благополучное будущее.
Но как она может забыть, когда 298 человек в её голове не могут забыть свою смерть?
Айрин механически закрыла папку с «Проектом „Атлас синестезии“». Она включила свой служебный компьютер, и первое, что она сделала — проверила почту. Ту, рабочую, с которой отправила письмо.
Статус:
Сжавшееся в комок сердце на секунду отпустило. Письмо не затерялось в киберпространстве. Оно дошло. Теперь всё зависело от того, что этот человек, Матео Хоук, сочтет более вероятным — бредом сумасшедшей или... или чем-то ещё.
Она переключилась на новостную ленту. И снова — ничего.
Тот же самый, заученный до тошноты, официальный язык. «Расследование продолжается... Идёт кропотливая работа...»
Ни намёка на прорыв. Ни тени сомнения в версии «технической неисправности».
И тогда это началось. Сначала тихо, как шепот из соседней комнаты.
Айрин вздрогнула, оглянулась. Лаборатория была пуста.
Это был не звук агонии и паники, это был шепот полного, безнадёжного отчаяния. Голоса, которые начали понимать, что их смерть — это не трагедия, которую расследуют, а неудобный инцидент, который нужно замолчать, замести под ковёр и похоронить вместе с их именами.
Она вжалась в кресло, схватившись за подлокотники.
Это было хуже, чем крики, это было сознание того, что она не просто свидетель, а
Они не просто просили её помнить, они обвиняли её в соучастии молчанию.
Медленно, почти против своей воли, её рука потянулась к клавиатуре. Она открыла новый черновик письма.
Адрес тот же:
Она не писала «уважаемый господин Хоук», а просто начала с самых страшных, самых конкретных слов, которые крутились у неё в голове, вырвавшихся прямо из того шепота.
Она была без понятия откуда эти знания в её голове. Она просто это знала.
Айрин нажала кнопку «Отправить» и теперь это была не просьба, а констатация факта.
Глава 3 Айрин
Матео сидел в затемненном углу небольшого бара, вцепившись в бокал с виски так, будто это был якорь в бушующем море. Он не пил, просто смотрел на янтарную жидкость. Он и правда выглядел ужасно: впалые глаза, резкие тени на небритой щеке, рубашка помята.
— Тебя надо было силой вытаскивать, — сказал сидевший напротив коренастый мужчина с добрыми, усталыми глазами и в спортивной куртке. Это был Маркус, его старый друг, бывший капитан полиции. — Ты себя в гроб вгоняешь, работая сутки напролёт, Матео.
— У меня нет времени, Маркус. У меня есть неделя, а скорее всего намного меньше… — Матео сделал глоток виски, и напиток обжёг горло. Он рассказал другу всё. О давлении Штерна, о визите военных, о стене молчания, которую он пытался пробить. И о детской раскраске. А потом замолчал, глядя на стену.
— Чёрт, — тихо выдохнул Маркус. — Я знал, что дело жёсткое, но, чтобы так... И что теперь?
— А теперь, — Матео достал телефон, пролистал и положил его на стол перед другом, — вот это.
На экране было открыто второе письмо от «Д-р Айрин Орс».
Маркус свистнул, прочитав.
— Ты серьёзно? Тридцать семь градусов? Это... это уровень подготовки баллистика высшего класса. Откуда это у какой-то... — он посмотрел на подпись, — ого…нейрофизиолога?
— Я не знаю! — голос Матео сорвался, в нём впервые за вечер прорвалось отчаяние. — Первое письмо было ещё относительно общим, кроме одной детали. Там было написано про слова командира...
— А что с ними не так?
— Я не знаю, - пожал плечами Матео, - расшифровка с речевого самописца еще не готова ... но второе письмо... это как будто она стояла над моим плечом, пока я с Ларсом моделировал траекторию. Угол совпал…
— Слишком много совпадений, — мрачно согласился Маркус. — Может, это утечка? Кто-то из твоих?
— Нет. Команда проверена. И эти данные... мы их никуда не выносили. Они только у нас в «Дельте».