Татьяна Солодкова – Забракованные (страница 7)

Амелия выполнила приказ и вернулась в недавно покинутое кресло. Если Гидеон решил что-то ей сообщить, значит, глупо надеяться на его уход, пока он не выскажется. Бегать от него ещё глупее — найдет, и следующий разговор может состояться в куда менее уютном месте. Например, в легендарных катакомбах здания СБ, откуда, как известно, живыми не возвращались.

— Все ваши долги будут оплачены из государственной казны, — продолжил опасный гость, когда убедился, что она готова его выслушать. — Вы сами получите достаточно денежных средств, чтобы остаться безбедно жить в столице или же уехать и начать новую жизнь в любом удобном для вас месте. Никаких препятствий, предоставление транспорта и сопровождения при первой вашей просьбе, право воспользоваться порталом, если понадобится, всяческое содействие при обустройстве. Заманчиво? — Улыбка мужчины сделалась хищной.

Конечно же, он знал, что попал в цель, озвучивая ее самые смелые мечты, которым не суждено было сбыться без посторонней помощи. Без помощи богов, как прежде казалось самой Амелии. Только если сидящий напротив нее человек и возомнил себя богом, то уж точно им не являлся.

В сказки Мэл давно не верила.

— И кого я должна для этого убить? — сухо уточнила она. Потому как за три миллиона долга ее могли попросить ничуть не о меньшем.

Гидеон довольно осклабился, расценив ее вопрос как заинтересованность, покачал головой.

— Убьем мы сами, — пообещал, по-прежнему улыбаясь. — А вы, — взгляд-укол, так и норовивший проткнуть ее насквозь, будто бабочку иголкой, — должны помочь нам найти доказательство вины одного человека. А прежде — выйти за него замуж…

* * *

Полутемный кабинет, освещаемый лишь тусклым настольным светильником, завывание ветра, грохот дождя за окном и напоминающий танцора мужчина с темными до черноты глазами. Только он совсем не танцор…

— …Вы должны помочь нам найти доказательство вины одного человека. А прежде — выйти за него замуж.

Несмотря на улыбку говорившего, слова были сказаны таким серьезным тоном, что Амелия опешила. Да что там — откровенно растерялась, в миг утратила все былое самообладание. И самым отвратительным в этой ситуации было то, что собеседник заметил ее растерянность.

— Вы в своем уме?! — выпалила Амелия, наконец обретя дар речи. Да, подобное предложение больше всего походило именно на бред сумасшедшего.

В ответ на ее восклицание мужчина лишь издевательски изогнул бровь. О нет, он не пошутил и не оговорился.

Мэл совершенно задохнулась от возмущения.

— Мой муж был погребен всего несколько часов назад, — напомнила она холодно, — а вы уже являетесь сюда, чтобы организовать для меня новый брак. Даже для вас это верх бестактности! — И бесстыдства, но это замечание Амелия придержала при себе. Вряд ли такому человеку, как Гидеон, было знакомо понятие стыда. Ни стыда, ни совести — как раз о таких, как ее незваный гость.

Мужчина в кресле напротив покаянно склонил голову.

— Вынужден признать вашу правоту, леди Бриверивз. — Однако Амелия ни на миг не поверила в его раскаяние. Только не в его. И оказалась права: всего мгновение показного сожаления, и Гидеон вновь впился в нее хищным взглядом. — Но вы неглупая женщина и должны понимать, кем являетесь и как быстро в ваш дом начнутся паломничества с подобными предложениями.

Мэл крепче сжала губы. Отрицать правоту собеседника было бы глупо.

— Вы — Бриверивз, последняя из рода, хоть и не кровная наследница, но тем не менее. — Мужчина развел руками, не переставая на нее смотреть, чтобы убедиться, что каждое его слово достигает цели. — А также вы — наследница Грерогеров, уже по крови. Последняя представительница двух великих семейств…

Эффектная пауза. Впрочем, бесполезная: Амелия уже поняла, к чему он клонит и без всякой театральности — уже завтра ее будут рвать на части. Не то чтобы она не знала об этом без подсказки, но все же надеялась, что у нее в запасе чуть больше времени.

— А сколько хотя бы в Цинне торговцев, ремесленников, лавочников без капли магического дара, сумевших сколотить себе внушительное состояние, но не имеющих титула? — довольно продолжил Гидеон, видя, что собеседница наконец прониклась его речью. — Многие из них готовы перегрызть глотку кому угодно, чтобы получить к своему имени приставку «лорд». Заплатить ради этого три миллиона долга вашего мужа — для них сущие мелочи. А после… вы, до слез благодарная своему новому спутнику жизни за то, что он вытащил вас из долговой ямы, отправитесь к королю с прошением, в котором подробно опишите, кто вы, кто ваш супруг, кем были ваши предки… — Уголок тонких губ Гидеона снова пополз вверх. — Подобное случается редко, но не впервые. Его величество подпишет указ. Кроме того, надежда на то, что от нового союза на свет появится ребенок, одаренный способностями самих Грерогеров, послужит дополнительным стимулом…

Амелия на миг опустила веки. Это зашло уже слишком далеко.

— Я бесплодна, — перебила резко.

Однако и это заявление не возымело над собеседником ровным счетом никакого эффекта. Гидеон уже продемонстрировал, что хорошо подготовился к этой беседе, а значит, заранее ознакомился с записями придворного целителя, проводившего ее осмотр после очередного выкидыша.

— Это лишь домыслы господина Досса, — спокойно возразил Блэрард Гидеон. — Ни он, никто другой из ныне живущих должным образом не знаком с родовой магией Грерогеров. Разве не вы сами убеждали меня двенадцать лет назад в том, что ваши травмы выглядят столь незначительно в виду ускоренного самоисцеления вашего тела?

На сей раз Амелия сжала зубы, проклиная свою былую наивность. Кто просил ее откровенничать с этим человеком?

— Да, у меня хорошая память. — Мужчина самодовольно кивнул, любуясь ее реакцией. — Поэтому и вы, и я понимаем: даже крохотный шанс на возрождение родовой магии Грерогеров — значимый повод для его величества, чтобы вручить вашему новому супругу титул на основании вашей родословной. Это же понимают и те, кто уже завтра начнет брать ваши двери штурмом. И им будет наплевать как на вашу бесплодность, так и на вас саму. Будь вам девяносто, не хватало бы руки или отсутствовали бы волосы — вы, Амелия, лакомый кусочек для половины города. Только этого города. А Мирея велика.

Гидеон замолчал, смиренно сложив руки на коленях. Он знал, что победил. А Амелия понимала, что никогда не была крупным игроком даже в своей семье, не то что в делах королевства, которыми с легкостью орудовал Глава службы безопасности.

— То есть вы заявились сюда в день похорон для того, чтобы опередить соперников и сделать мне более выгодное предложение?

Мужчина осклабился.

— Рад, что мы друг друга поняли. Я предлагаю вам будущее. Такое, какое вы пожелаете. Другие же предложат вам положение пленницы в собственном доме взамен на уплату долгов, и только.

Как точно сказано: пленница в собственном доме. С губ Амелии сорвался горький смешок.

Никогда больше.

— Если это нужно для блага короны, его величество мог бы приказать, а не предлагать сделку.

— Мог бы, — согласился Гидеон, приподняв руки и сведя вместе кончики пальцев, — но не стал. Добровольное сотрудничество всегда приносит большие плоды. Если вы согласитесь и выполните свою работу, то станете свободны и независимы. Даю вам Слово,

И то, что обещанное слово не являлось его собственным, было ясно по интонации. Должность главы СБ позволяла давать гарантии от имени короля. Впрочем, какие бы страшные слухи ни ходили о самом Гидеоне, никто и никогда не говорил о том, что он не держит своих обещаний.

— А тот… человек? — уточнила Амелия, ненавидя себя уже за то, что ведет переговоры на эту тему. Неужели она согласилась? Уже?

То, что она всерьез рассматривает предложение, не укрылось и от собеседника. Не знай Мэл, что Гидеон не владеет ментальной магией, решила бы, что он читает мысли.

— Ну вот, теперь мы ведем деловой разговор, — уже не таясь, развеселился Глава СБ, за что получил от Амелии осуждающий взгляд. Танцы на костях — вот что представляло для нее его веселье. На ее костях. — Ваш будущий, я надеюсь, супруг как раз получит от его величества приказ жениться без права отказаться. Он также вдовец, не успевший обзавестись детьми. Шанс произвести уникально одаренное потомство, учитывая вашу родословную, также сыграет свою роль и здесь.

Потомство. Амелия поморщилась от такой формулировки. Впрочем, то, что для короны, самого короля и его верного пса Гидеона она была кем-то вроде племенного скота, для нее не было новостью.

И все же… снова выйти замуж, шпионить за кем-то…

Амелия оторвала взгляд от своих сложенных на столешнице рук. Как она ни старалась сдерживаться, пальцы нервно подрагивали.

— Я должна дать ответ прямо сейчас?

Может быть, ей все же удастся сбежать? Куда, как, на какие средства — все это крутилось у нее в голове, но ответов не находилось — вопросы лишь множились, а клетка захлопывалась.

Снова.

«Никогда больше, ты надеялась?!»

— Вы можете подумать, — милостиво разрешил Гидеон. В том, что она согласится, он даже не сомневался. Вероятно, не сомневался ещё задолго до того, как приехал и озвучил свое предложение. — Но недолго. — Улыбка сделалась хищной, предупреждающей. — Ваш будущий супруг как раз прибыл в столицу и покинет ее через несколько дней. Время дорого. Поэтому — не тяните.