Татьяна Солодкова – Огненный Зверь (страница 4)

– Но…

– Без но, – в ее голосе появились властные нотки. – Нельзя мне в город.

– Если у вас проблемы со здоровьем, – ляпнула я первое, что пришло на ум, – то в городе много высококвалифицированных специалистов…

Я не договорила, старушка с недюжинной для ее возраста силой громыхнула кулаком по столу.

– Мне. Нельзя. В город! – с расстановкой произнесла она.

Честно говоря, я растерялась. Ждала чего угодно, ну например, дряхленькую сельскую жительницу, привязанную к своему огороду и переживающую, как же она без своих грядочек. Но никак не эту хозяйку непонятного возраста, нагоняющую на меня страх. Прямо мурашки по коже.

– Иди подобру, – старушка встала, уперев руки в бока.

Тон не предусматривал возражений.

Я поднялась на ноги, кивнула, как китайский болванчик, и потопала к выходу, гадая, как теперь передвигаться по грязи, да еще и на одном каблуке.

Хозяйка проводила меня до двери.

– И начальнику своему передай: пусть не старается. Меня отсюда подъемным краном не сдвинешь.

Я закусила нижнюю губу и молча кивнула. Что тут скажешь? Плакало мое повышение, да я и сама виновата, тут не на кого вину перекладывать. Надо увольняться и перестать испытывать и свое терпение, и Лосева…

Я не додумала мысль. Что-то громыхнуло прямо возле самой двери, у которой мы стояли. Неясная вспышка. Полетели щепки.

– Ложись! – закричала старушка громоподобным голосом и повалила меня на пол.

– Что… что происходит? – Я отчаянно вертела головой в поисках опасности. Ойкнула, почувствовав, что разбила коленку при падении.

– Тш-ш-ш, – шикнула на меня Нина Ивановна. – Они пришли…

– Кто – они?!

Я начала здорово сомневаться в своей первоначальной оценке здравомыслия старушки. Ну точно, маразм.

Нина Ивановна будто меня не слышала, бормотала что-то себе под нос.

Я прислушалась.

– Пришли-таки… а говорил, не придут… Пришли… Знаю, что нельзя тебя им… Знаю все…

Похоже, тут не только маразм, а раздвоение личности какое-то.

Дом сотряс очередной удар. Лопнула лампочка, на голову посыпались осколки. Я всхлипнула.

– Тихо! – наконец старушка вспомнила обо мне. – Вот что, милочка, не таким я представляла своего преемника, но выбора у нас нет. Нельзя им Его.

– Кого – его? – Мне хотелось забиться в угол и хныкать там.

– Скоро узнаешь. – Она крепко схватила меня за руку и потянула за собой. – Не вставай, пригнись.

Полуприседом мы добрались до двери, ведущей еще в одну комнату.

– Под кровать, – скомандовала Нина Ивановна.

– Что? – ахнула я.

Старушка повернулась ко мне, и я не узнала ее лицо. Оно выглядело по-настоящему жутким. С перепугу мне показалось, что у нее красные зрачки.

– Жить хочешь? – зарычала она. – Тогда лезь!

Я всхлипнула и полезла в темноту, трясясь, как осиновый лист.

Кто-то выламывал дверь.

Боже мой, во что я вляпалась?

От страха меня трясло, зуб на зуб не попадал. Мысли путались.

Слава богу, под кроватью не обнаружилось ни вековой пыли, ни пауков, и, распластавшись на полу, я забралась как можно дальше. Потом легла на бок, прижавшись спиной к стене, подтянула колени к подбородку и обхватила себя руками.

Как только я заняла такую позицию, старушка встала на колени возле кровати и протянула ко мне свою морщинистую ладонь. Я еще сильнее вжалась в стенку.

– А ну не дури! – ее голос был для меня подобен грому. Нормальные старушки таким голосом не разговаривают. Да о чем это я? У нормальных старушек и двери не выламывают с громом и искрами! – Руку давай!

Я не шевелилась и только дрожала крупной дрожью в своем укрытии.

В режиме нормального времени прошло не больше пары секунд, но мне показалось, что Нина Ивановна стоит передо мной с вытянутой рукой целую вечность. Готова поклясться, что в глубине ее глаз я видела нечеловеческий огонь. Языки адского, как мне казалось, пламени пылали прямо по центру зрачков.

Звук выламываемой двери смолк, послышались голоса и громкие шаги.

Старушка опасливо оглянулась и смачно выругалась. Такого трехэтажного мата я за всю свою жизнь не слышала даже от мужиков на стройке, тем более от бабушки – божьего одуванчика. Может, она инопланетянка, которая просто очень удачно замаскировалась под старушку и живет в глуши в ожидании, пока собратья заберут ее на космическом корабле?

Я тут же отругала себя за подобные мысли. А это тогда кто там? Воинственно настроенная раса зеленых человечков?

– Зверь, не надо прятаться! – донесся до меня голос из коридора.

– Сволочи, – пробормотала старушка, и, видимо, наконец догадавшись, что никаких действий от меня ждать не имеет смысла, согнулась сильнее и сама схватила меня за предплечье.

Ее ладонь на моей руке на мгновение охватило огненное свечение, кожу кольнуло, а потом Нина Ивановна тут же отпустила меня и, кряхтя, поднялась с пола.

Я лежала, стараясь не произносить ни звука. Впала в какой-то ступор и лишь краем сознания отметила, что от кровати старушка двинулась уже не так бодро, как прежде, а прихрамывая и пошатываясь.

Хотелось крикнуть: «Что происходит, черт возьми?!» Но меня просто парализовало от страха. Рука, до которой дотронулась хозяйка дома, горела, как после ожога, но я была не в силах даже опустить взгляд и посмотреть, не дымится ли она на самом деле.

Словно во сне видела мужские черные кожаные ботинки, которые приблизились к старушке, видела подол черного как смоль плаща, а потом вспышку света и звук падающего тела.

Я в панике зажмурилась. У меня внезапно начался приступ клаустрофобии, которой я в жизни не страдала. Хотелось вскочить и кинуться наутек, но я не смела даже дышать.

А когда открыла свои глаза, то увидела чужие – остекленевшие глаза старушки. Она лежала на боку прямо перед кроватью, под которой я пряталась, а из уголка рта на палас стекала тонкая струйка крови.

Я зажала себе рот и нос ладонью, чтобы не всхлипнуть и не закричать. Может быть, меня все же не заметят? Может, не убьют? Мое сердце так яростно стучало в груди, что казалось, будто его грохот слышно и в соседнем дворе.

– У нее не было Зверя, – сказал тем временем приглушенный мужской голос.

– Как это – нет? – донесся еще один от входа. – Мы за ней не следили только последние два часа! Кому она могла успеть его передать?!

– Меня спрашиваешь?! – в первом голосе послышалось бешенство. Ноги в черных ботинках развернулись на каблуках, опять мелькнул подол плаща. – Машин на улице нет, все следы смыл дождь. Вот карга! Когда успела!

– Мы найдем ее преемника, – успокаивающе сказал второй, так и не появившийся в зоне моей видимости.

Преемника… Это слово набатом стучало в моей голове. Старушка тоже успела сказать что-то о преемнике.

Шаги стали удаляться. Неужели не заметили? Не будут обыскивать домик?

Я не смела поверить в свое везение. Ушли?

Только выждав еще несколько минут для верности, я позволила себе дышать и убрала руку от лица. Теперь громко всхлипнула. Остекленевшие глаза хозяйки все еще смотрели на меня невидящим взглядом.

За что? Почему? Кто эти люди? Кем была она? И что теперь будет со мной? Эти вопросы кружились в моей голове, лишая способности трезво мыслить.

Сделав над собой усилие, я стала выбираться из своего укрытия, уговаривая сама себя, что нужно успокоиться и вызвать полицию, а потом рассказать обо всем, что случилось. Может быть, эти убийцы оставили какие-то улики после себя?

Наконец я вылезла из-под кровати и встала в полный рост. Опасливо посмотрела на труп и попыталась обойти его, чтобы выйти из комнаты и поискать телефон.

Мне казалось, все это происходит не со мной, я тихая домашняя девочка, со мной не бывает подобных передряг, я не влипаю в истории, я же всегда благоразумна, я же…

Я снова всхлипнула и тут опустила глаза на свою болевшую руку: на ней остался след в форме ладони старушки, кожа покраснела и покрылась волдырями, как будто на нее вылили кипящее масло.