Татьяна Солодкова – Огненный Зверь (страница 2)

Светлана же явно не видела в этом ничего плохого.

– Перспективный! – Она погрозила мне пальцем. – Эх, Изка, такого мужика упустила.

Я попробовала посмотреть на отношения с Костей с точки зрения Светланы. Не урод, перспективный, с хорошей работой… Все равно не получалось. Он был, как говорится, герой не моего романа. Мне было с ним скучно, неинтересно, от его шуток я засыпала. Моя мама часто журила меня, что с моими требованиями я никогда не выйду замуж.

– Возможно, – печально согласилась я, чтобы не вступать в дискуссии. – Но с этой работой мне уже ничего не хочется.

– А я о чем! – Светлана продолжала жестикулировать бубликом. – Я тебе уже полгода говорю, что хватит свое терпение тренировать. Даже меня тошнит от его «Люси». Ты же умная, красивая, молодая… – Она принялась загибать пальцы. – Ты ответственная, работоспособная.

– Стрессоустойчивая, – подсказала я, вспомнив слово, которое все так любят использовать при составлении резюме.

– Ну! – Светлана не заметила моей иронии. – Давно пора отсюда уволиться. Я, конечно, скучать по тебе буду, но хватит уже себя гробить.

Я покачала головой и уставилась в окно. Осень в этом году решила наступить раньше обычного, август, а листья уже начали желтеть. Лето пролетело, а мне так и не дали обещанный отпуск.

Может, Света и права, и пора перестать влачить такое жалкое существование?

– Я подумаю, – пообещала я, посмотрела на часы и отодвинула от себя чашку. – Нам пора.

***

Светлане всегда удавалось поднять мне настроение и воодушевить на подвиги. После обеда мое настроение значительно улучшилось, и в добром расположении духа я принялась составлять резюме для поиска новой работы.

Снова затрещал телефон. Лосев.

– Да, Олег Семенович?

– Люся, зайди ко мне! – И тут же отключился.

Меня снова накрыла волна злости. Ну все, сейчас он у меня сгрызет свои ботинки!

Я вскочила со стула и рванула к его кабинету, впечатывая каблуки в пол. Рывком распахнула дверь.

– О, Люсенька, заходи-заходи!

Похоже, после обеда не только мое настроение улучшилось.

– Мое имя Изольда, – выдавила я через сжатые зубы.

– Вот об этом я и собирался с тобой поговорить! – Лицо шефа напоминало морду кота, только что обожравшегося сметаной. – Проходи, садись. – Он указал мне на стул напротив себя.

Я насторожилась. Когда Лосев был мил, это еще ни разу не предвещало ничего хорошего.

– Нам предложили новый объект, – без предисловий выдал он.

Я недоверчиво изогнула бровь. Прямо так и предложили? Наша организация не была лидером на рынке и уже давно позорно плелась где-то в хвосте. Нам не предлагали объекты, нам приходилось за них биться.

– Мы выиграли тендер? – удивилась вслух. И почему мне об этом ничего не известно, черт возьми?

– Еще не выиграли, но мы уже у финишной черты!

Мне захотелось скривиться, но я сдержалась. Любопытство было уж слишком сильно.

– Но есть подвох… – Так и знала. – Компания-заказчик хочет построить торговый центр в районе выезда из города. Они уже выкупили большую территорию. Но есть одно но… – Неужели одно? Обычно их как минимум пятнадцать. – Одна старуха заупрямилась и не соглашается продавать свой домишко и участок, на котором он стоит. А это напрямую мешает строительству.

– Какое мы имеем к этому отношение? – все же не выдержала я. – Это проблемы заказчика, мы не занимаемся куплей-продажей земли.

– В точку! – Лосев довольно потер руки. – В том-то и дело. Этот заказ наш, если мы вытурим оттуда бабку!

Я все же поморщилась. Все это звучало омерзительно. То, как в нашей стране не уважают старость, меня всегда поражало.

– Ты поняла, к чему я веду?

Я кивнула.

– Вы намерены выселить старушку.

– Не выселить – уговорить! И этим займешься ты!

Я ошарашенно распахнула глаза. Приехали, называется. Думала же, что надо уходить, теперь, похоже, придется уволиться в срочном порядке.

Я уже открыла было рот, чтобы возразить, но Лосев оказался проворнее.

– Если тебе это удастся, я лично обещаю, что отныне ты будешь не какая-то там секретарша Люся. – Мне захотелось его придушить. – Ты станешь Изольда Викторовна, мой заместитель! – Надо же, он помнит, как меня на самом деле зовут. – А секретаршей посадим кого-нибудь другого, нечего тратить ценные кадры на неблагодарной работе.

Как интересно, а ведь еще утром он считал, что я должна целовать ему ноги за то, что работаю на такой завидной должности.

Однако в логике Лосеву не откажешь. Он сделал ставки правильно: именно долгожданным повышением меня и можно было удержать.

Я внимательно смотрела на него, пытаясь понять, не лжет ли шеф в очередной раз. Но, похоже, он так жаждал получить этот заказ, что произвел бы меня в фельдмаршалы, лишь бы ему это помогло.

– Я попробую, – наконец сказала я.

В конце концов, от одного разговора с незнакомой старушкой от меня не убудет. Нет так нет, я все равно собиралась увольняться. А если да… «Изольда Викторовна» звучало очень заманчиво, особенно после того, как тебя зовут Люсей, обращаясь как к собачонке.

***

– Нет, мам, не на работе…

Я уже как раз вышла из офиса и направилась выполнять поручение, сулящее новую должность, когда зазвонил мобильник.

– Чего это ты так рано? – мама тут же заподозрила неладное. Уж она-то знала, что я днюю и ночую на работе. – На свидание собралась?

Мне стало обидно оттого, какой радостью наполнился мамин голос при таком предположении.

– Мама, блин, какое свидание! – воскликнула я, забираясь в свой автомобиль. – Еду по работе!

– У тебя работа, а я хочу внуков, – в ответ обиделась мама. – Когда я была в твоем возрасте, тебе уже было три годика.

Я откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Больше всего мне на нервы действовали разговоры на тему моей личной жизни. В такие минуты я чувствовала себя старой. Даже не просто старой по возрасту, а одинокой старой девой, в жизни которой ничего не осталось, кроме работы.

– Изольда? – испугалась мама моего затянувшегося молчания. – Изольда, ты обиделась?

– Нет, мам, – без запинки соврала я, – все нормально. Мне некогда, давай я потом перезвоню?

Мама вздохнула, но согласилась.

Я закончила вызов и зашвырнула телефон на заднее сиденье, потом прижалась лбом к холодному рулю и просидела так несколько минут. Как же я ненавидела свою жизнь в этот момент! А самое страшное, что ни повышение, ни уважение начальства ничего не изменят. И дело не в одиночестве, не в неустроенной личной жизни, а во мне. Я совершенно потеряла вкус к жизни.

Глубоко вздохнула и открыла глаза.

С тарзанки, что ли, прыгнуть, чтобы хлебнуть адреналина и почувствовать этот самый вкус? Или на американских горках прокатиться?

Я улыбнулась абсурдности своих мыслей и покатила по адресу, который дал мне Лосев. Мне предстоял разговор со старушкой на тему ее выселения.

Я плохо представляла, что могу ей сказать, чтобы убедить в своей правоте и в том, что моя точка зрения – единственно верная, но решила хотя бы попробовать. В любом случае, когда после провалившейся попытки мне все же придется уволиться, по крайней мере, я смогу утешить себя мыслью, что сделала все, что было в моих силах.

Как ни странно, дорога в этот час оказалась почти пустой. Я открыла окна, распустила волосы и попробовала хоть немного расслабиться.

Ветер в лицо не помог, клонило в сон, а предстояло ехать через весь город.

Включила радио, но от этого стало еще хуже. Оттуда полилось нечто заунывное и нагоняющее тоску пуще прежнего. Я переключила волну, но и там молодая начинающая певица жаловалась на несчастную любовь и тоску. Петь им, что ли, больше не о чем? Пролистав пять радиостанций, я нашла только песни о разлуке, потерях и одиночестве. Похоже, позитив нынче не в моде.

На одной из волн шли новости. Я сперва обрадовалась, но оказалось, это еще хуже депрессивных песен. Рассказывали о маньяке, появившемся в нашем городе. Уже было найдено несколько изувеченных тел. Перед смертью людей, похоже, пытали.

Окончательно расстроившись, я выключила радио и поехала под звук ветра.

Погода портилась, небо затягивали темно-фиолетовые тучи, в воздухе чувствовалась влажность. Обещали очередной циклон.