Татьяна Солодкова – Черный север (страница 7)

Что ж, так в эти игры и играют. Когда он согласился на предложение короля и принял должность соглавы Гильдии магов, никто не обещал ему, что будет легко.

Тем не менее от взаимного лицемерия уже подташнивало. Не спасал даже отличный кофе.

– Тогда, раз уж мы все выяснили касательно наших полномочий, может быть, перейдем к делу? – Мартин поставил опустевшую чашку на стол.

Лорд Форли еще раз промокнул лысину, не забыв для поддержания легенды о несуществующей жаре метнуть раздраженный взгляд в стоящего у дверей слугу, и, сложив руки на животе, приготовился слушать.

– Так чем я могу помочь Гильдии магов, лорд Викандер? – осведомился так слащаво, что Марта затошнило сильнее.

***

Он покидал дом наместника в противоречивых чувствах. С одной стороны, беседа прошла продуктивно, и лорд Форли охотно согласился предоставить все необходимые документы, касающиеся средств для содержания Гильдии магов, проходящих через его руки из королевской казны. С другой – после беседы с этим скользким человеком хотелось помыться.

С хозяином распрощались еще в гостиной, поэтому провожали его только слуги: молодой мужчина, все это время присутствующий в комнате во время разговора в ожидании срочных приказов, и девушка, выпорхнувшая в холл из гардеробной, неся в руках плащ и перчатки.

Поблагодарив, Мартин забрал и то и другое.

Пока он одевался, персонал стоял неподалеку, сцепив руки перед собой и глядя в пол, словно куклы на витрине лавки с игрушками. Перед отъездом Март как раз был в одной такой – покупал дочери подарок.

– Порет? – спросил он прямо.

– Что вы, господин! – Девушка всплеснула руками и прижала ладони к мгновенно вспыхнувшим щекам.

Мужчина промолчал, только крепче сжал губы.

Порет слуг, опасается столичной проверки и потеет, когда нервничает, – яркая характеристика образа наместника. Но, увы, по закону ненаказуемая.

Мартин вздохнул и вышел за дверь.

Глава 9

На постоялый двор Мартин вернулся злым и отчего-то уставшим, несмотря на то что провел последние часы сидя в мягком удобном кресле. Жаль, нельзя сказать, что в приятной компании.

Слуг этот урод порет…

Все еще подташнивало, а от слепящей глаза позолоты разболелась голова.

Поллоу куда-то запропастился.

Нужно было провести с ним серьезную беседу на тему «Как нельзя разговаривать с наместниками», а заодно наконец забрать королевское кольцо, о котором Мартин, к своему стыду, совершенно забыл после возвращения из Пятилесок.

Тем не менее, не обнаружив Гилберта в общей гостиной, Март выдохнул с облегчением. Он и так сорвался на помощнике прошлым вечером, и, окажись тот поблизости сейчас, попал бы под горячую руку и услышал бы о себе больше, чем заслужил.

Хоть и заслужил…

Убедившись с помощью магического зрения, что Поллоу нет и в спальне, Март заперся в своей комнате.

Он слышал, как утром Гилберт интересовался у владельца постоялого двора о нравах северных женщин. Так что, вероятнее всего, помощник отправился в какой-нибудь элитный бордель. Со столичной инспекцией, разумеется. Вот уж где пригодится королевский перстень…

Поймав себя на том, что, как вчера Гилберт, нарезает по комнате круги не в силах справиться с раздражением, Мартин, одернув себя, резко остановился; рванул стул, с грохотом проехавший ножками по паркету, и уселся за стол.

Письма пришли еще утром, но из-за назначенной встречи с наместником он не успевал их прочесть, а второпях не стал и пытаться.

Первым распечатал конверт, полученный от жены.

По прибытии Март отписался ей, что наконец добрался и пока не знает, насколько задержится. Увы, не обладающей магическим даром Корнелии требовалось не только написать послание, но и отправить его с помощью какого-нибудь мага, что значительно замедляло процесс переписки. Потому Мартин даже не удивился, не получив ответа в тот же день. Теперь же она прислала не просто короткую записку, как он ей, а отправила полноценное письмо в конверте.

Корнелия писала, что у них все хорошо, разве что зарядили дожди, и в последнюю неделю они с дочкой почти не выходили из дома. Но им было нескучно: Эль вызвалась помогать Мирте печь пироги, и еще несколько дней они все дружно отмывали дом. А пришедший было в гости Брэниган трусливо сбежал, едва увидел эту вакханалию…

Мартин улыбался, читая эти строки и представляя, что могла устроить неугомонная Эль, если мать и добрая кухарка допустили ее до муки.

Он почти избавился от чувства гадливости, поселившегося у него внутри после общения с наместником, как вдруг напрягся, когда Корнелия внезапно перескочила с пирогов на то, что приставленные к ним маги из гильдии достойно несут службу и совсем им не докучают.

Потом зачем-то опять упомянула погоду…

«А со снусом все обошлось. Инцидент исчерпан, можешь не беспокоиться. Любим, скучаем», – резко обрывалось письмо, и Март, не веря своим глазам, даже заглянул на обратную сторону листа в поисках продолжения, хотя и понимал, что после «любим, скучаем» было бы нелогичным писать что-то еще.

И даже упоминание снуса, каким-то образом очутившегося в их доме, не встревожило его так сильно, как уже набившая за последние дни оскомину фраза «инцидент исчерпан».

Побарабанив пальцами по столу, он убрал письмо в выдвижной ящик и достал чистый лист. «Снус???» – написал одно-единственное слово и сразу же отправил.

У двухлетней Эль недавно проснулся дар, и ему казалось, он достаточно ясно объяснил своим подчиненным, что следить за ней и за тем, что она вытворяет, следует денно и нощно. А в том, что нечисть в их доме появилась с ее легкой руки, не вызывало сомнений – не по годам смышленая Эль была порой настоящим стихийным бедствием и до пробуждения сил. Чего только стоило, когда она, улизнув от матери, увела из стойла и притащила в гостиную коня. Благо в конюшне был тогда один Мрак, а он ни за что не навредил бы ребенку.

Томлин, маг, которому Мартин адресовал послание, подозрительно долго молчал, очевидно, выписывая в ответ очередное: «Инцидент исчерпан, поэтому мы не стали вас беспокоить». И Март, вздохнув, распечатал другой конверт – от Приуза – в несколько раз больше и пухлее предыдущего.

В нем оказалась целая сшитая папка.

***

К закату Мартин уже знал, что ассоциация оказалась верна: снус в их доме появился точно так же, как и когда-то Мрак посреди гостиной. Обнаружив забредшую от соседей нечисть, Эль приняла ее за большого черного кота (то, что у снуса вместо шерсти иголки, девочку, видимо, не смутило) и, завернув его в стащенную у кухарки шаль, приволокла домой.

Сигналки на такую наглость, конечно же, не отреагировали, потому как хозяева могут впускать внутрь кого угодно.

Вот только юная хозяйка не знала ни того, что снус питается отрицательными эмоциями, попутно усиливая их, ни того, что «котик» обладает и другой отличительной особенностью – становится видимым только в тени. Поэтому, когда нечисть оказалась на свету, Эль ее, естественно, потеряла. И забыла.

Неладное обитатели дома почувствовали только тогда, когда конюх подрался с садовником, кухарка запустила кувшином в голову посыльному, а один из охранников без дара вдруг накинулся с кулаками на приставленного к дому гильдейца.

Все это Томлин скрупулезно описывал в своем письме, бесконечно извинялся за промах, клялся, что впредь будет внимательнее к младшей леди Викандер, и снова описывал – на сей раз как ловили снуса силами семерых черных магов, прибывших на подмогу.

Так что, читая первую половину письма, Мартин искренне мечтал придушить безответственного подчиненного, которому с дуру доверил свою семью, а вторую – уже давился смехом и понимал, что снус вместе с Эль наказали Томлина и без него.

В итоге он отправил в ответ короткое: «Приеду – обсудим», – и вернулся к записям, присланным Приузом.

Вот там смешного было мало.

Глава 10

Из-за скоропалительного отъезда Мартин отправился в поездку, обладая лишь обрывочными данными касательно севера королевства. Приуз присылал ему информацию уже во время морского путешествия. Но этого все равно оказалось недостаточно, и только теперь Март восполнил пробелы в знаниях сполна.

То, что Дейл Хорес занимал свою должность более трех десятков лет, Мартин знал изначально и позже уже читал о его заслугах на посту главы гильдии. А вот то, что на это место его назначили не приказом из столицы, а протолкнул по дружбе бывший наместник Северной провинции, стало откровением.

То, что этим наместником был сам Горден Айрторн – неприятным сюрпризом.

Это сейчас по приказу короля кресло наместника каждые четыре года занимал новый кандидат (к удовольствию Марта, лорд Форли как раз отсиживал на этом месте последний год из заявленных). Раньше же это звание было наследуемым, а древний род Айрторнов правил севером еще с тех времен, когда трон принадлежал предыдущей королевской династии, а сменилась она чуть больше трех столетий назад.

Все эти годы Северная провинция почти не зависела от столицы. Более того, во время конфликта с Аленсией, когда королевская казна оказалась категорически не готова к внезапно вспыхнувшей войне, именно север и Айрторны обеспечивали армию и флот, а затем еще и за свой счет отстраивали разрушенные в ходе военных действий порты.

Все изменилось тридцать лет назад, когда лорд Горден Айрторн решил, будто Северная провинция настолько независима от столицы, что имеет право иметь собственную армию. В ответ Лагуст Третий заявил, что север слишком много на себя берет (и, объективно, был прав) и пригрозил кровавой расправой всем, кто не преклонит колени перед королевской властью. На такую формулировку Горден Айрторн оскорбился и ничего преклонять не стал (в чем тоже был отчасти прав, учитывая былые заслуги его рода). Однако вместо поиска компромисса Айрторн принялся готовить заговор против короля и вскоре лишился головы (в чем на этот раз Лагуст был прав уже бесспорно).