Татьяна Соколова – Вброд по реке времени (страница 2)
Часть первая
Вход с черного хода
Пока они ехали в машине, Ася всю дорогу молчала, откинувшись на сиденье. За окном мелькал город, окутанный ранними ноябрьскими сумерками. Уже выпал снег и растаял; в центре он превратился в коричневую кашу, которая разбрызгивалась из-под колес автобусов на ветровое стекло. Когда густые плевки с мостовой застилали на миг обзор, Сергей бормотал про себя невнятные ругательства, но тут же успокаивался и пытался подбодрить свою спутницу.
– Что ты нос повесила? Лева сам мне сказал, что возьмет тебя на работу.
– Возьмет и даже, может, зарплату платить будет, – с грустной усмешкой отвечала Ася.
Она уже ни во что не верила. Найти работу, на которой платили бы каждый месяц, было почти невозможно. Шел 1995 год, а обещанное благополучие все не наступало, наоборот – все, что еще держалось на плаву, рушилось с ускорением, люди теряли работу, а шахтеры уже который год «сидели на рельсах».
Проехав по Мойке в сторону Капеллы, Сергей остановился и припарковал свои «Жигули» между двух старых иномарок. Они вышли из машины, огляделись и быстро нашли нужный номер дома. Этот дом резко отличался от своих мрачноватых соседей свежим желто-белым нарядом, как и положено старому петербургскому стилю. «Стали ремонтировать старинные дома, – отметила про себя Ася, – значит, есть спрос, богатые люди покупают в них квартиры».
Вход оказался со двора, который пока еще сохранял следы неряшества. С трудом найдя нужный подъезд, они стали подниматься по узкой лестнице. Это без сомнения была черная лестница огромной коммуналки, разделенной при капитальном ремонте на две части. По старым щербатым ступеням они добрались до четвертого этажа и остановились у массивной пуленепробиваемой двери. Позвонили. Послышался шум последовательного отпирания врезанных в толстую стальную раму замков, и в проеме появился приветливый мужчина небольшого роста с заметным брюшком. Это и был давний знакомый Асиного мужа – Лев Сергеевич Хоменко, ныне директор инвестиционного фонда. Увидев гостей, он закудахтал:
– Здрасьте-здрасьте, сколько лет, сколько зим, очень-очень рад.
– Мы тоже рады, – вежливо улыбнулась Ася.
В просторной прихожей она немного задержалась перед зеркалом, разглядывая краем глаза удаляющегося хозяина конторы. За последние пару лет Лева почти не изменился, только теперь он был не в расхлябанной одежде, как в доме Рысевых, где она его встретила в первый раз, а выглядел подтянуто, по-деловому. На нем была дорогая рубашка, совсем новая, и подогнанные по коренастой фигуре темные брюки. В его облике было что-то такое, что отличает успешных людей от толпы, что свойственно счастливчикам, которые нашли свою нишу и довольны жизнью; такие не тянут лямку, а творят.
Инвестиционная компания занимала просторную квартиру, в которой мог бы жить солидный по тем временам коммерсант или даже банкир. Из прихожей Ася вошла в просторный холл, где у высокого окна с блестящими латунными шпингалетами стояло двухметровое оливковое дерево в кадке. Под деревом за компьютерным столом примостился сухопарый молодой мужчина, который, вздыхая и ерзая в кресле, барабанил по клавиатуре двумя пальцами. Окно холла, как и окна соседних кабинетов, выходило на набережную Мойки. В проеме между зданием Главного Штаба и домом Аракчеева была видна Дворцовая площадь, а вдали открывалась перспектива на мост и другой берег Невы.
За последние годы Ася истоптала пороги не одного десятка фирм и не раз видела приличные интерьеры. Но здесь был дизайнерский стиль во всем: и в отделке потолочных карнизов, и в тщательном подборе мебели, и даже вазы на полках были особенными.
В директорском кабинете они уселись в мягкие кожаные кресла по разные стороны длинного стола. Лева сел в центре и, не вдаваясь в подробности, что за фирма и чем она занимается, стал рассказывать о сногсшибательных перспективах, которые он не только прогнозировал, но и почти осязал в виде тяжелых чемоданов с наличностью. В высоком кресле он напоминал этакого царька на троне, которому слуга забыл подставить скамеечку под свисающие ноги. Облокотившись на стол, он визуализировал будущее, которое волею судеб и, конечно, не без покровительства нужных людей грядет для его конторы, именуемой «Эко-Про». Понятное дело: промышленность и экология, желательно в масштабах города – Лев Сергеевич не любил мелочиться.
– Но главное не наличность, главное – это коллектив и идея, – говорил он, и его рыжевато-серые глаза поблескивали огоньками.
«Конечно, идея», – думала Ася, представляя работу в таком замечательном месте. Понятно, что чемоданы с наличностью
– Да что там Рысев, – словно перехватив Асины мысли, продолжал Лев Сергеевич, – это мелкое производство. Хотя я ему тоже помогаю. У меня настоящие проекты, полно проектов, и от инвесторов отбоя нет. А главное дело – это поддержка, – он сощурился, как смотрящий вперед, которому внезапно открылся светлый путь. – Поддержка решает все! Кто без поддержки, тот не пройдет. Вот так!
Сережа кивал и соглашался, и было видно, что он гордится таким знакомством. Да он и сам был бы не прочь поступить на работу к Леве, но инженеры по внедрению пока не требовались.
– Придет наше время, не за горами! – размахивал руками Лев Сергеевич с энтузиазмом. – У меня стоит очередь из немцев, а я сейчас смотрю на американцев, сравниваю. Деньги польются рекой. И самое трудное – это оставаться людьми, не перессориться, когда завалимся деньгами. Деньги людей портят. Вот чего я боюсь больше всего, – вздохнул он, прищурив один глаз и навалившись грудью на стол, чтобы приблизиться к слушателям.
В кабинет постучали, и вошел мужчина лет сорока в приличном, но явно поношенном костюме. Он оглядел окружающих бегающими глазками и, подойдя ближе, шепотом обратился к своему начальнику.
– Это господин Приветов, Аркадий Тимофеевич, – представил его начальник, – вот ему мы назначим оклад тысяч пять-шесть долларов, иначе, зачем столько трудиться.
Господин Приветов застенчиво улыбнулся, быстро решил свой вопрос и, пятясь, удалился.
Надо отметить, что в девяностые в широких слоях общества очень быстро вошли в оборот вежливые обращения «господин» и «госпожа», но, к великому сожалению, так и не прижились.
Сергей уставился на Асю, подчеркивая взглядом уровень предприятия. Знакомство с Левой его возвышало в собственных глазах. Лева – это уровень. Ася исподлобья покосилась на мужа, на худой конец ее устроило бы и пятьсот долларов, но каждый месяц и без задержек. Сергей стал собираться, а Лева, проводив Сергея, пошел представлять Асю сотрудникам.
В самом просторном кабинете за столом сидел Приветов и строчил пером с большой скоростью. Готовые для печати документы он складывал стопками по всей длине стола.
– Это все проекты, Аркадий Тимофеевич не успевает обрабатывать материал; весь город несет к нам свои надежды, – говорил Хоменко с выражением, – у нас тут такие люди! И институты, и военка – уникальные специалисты. Нас поддерживает правительство! – он закончил свою речь на полном крещендо.
Далее, уже в полголоса, следовали намеки и полунамеки на известных людей, которые готовы были оказать поддержку. И совсем скоро настанет время, когда Аркадий Тимофеевич будет распределять деньги на разные программы. Приветов соглашался и скромно опускал глаза, когда речь заходила о финансах. Леву он называл по имени и отчеству и, видно было, очень уважал.
В другой комнате за столом сидел мужчина невысокого роста с добродушным лицом.
– Вадим Котов, – представил его Хоменко, – крупный специалист по открыванию дверей в кабинеты нужных людей.
Когда Ася с Левой вошли, крупный специалист с мягкими чертами лица и искренним открытым взглядом изучал только что распечатанный проект; проверял, компоновал экземпляры, а рядом со скучным видом стоял сухопарый Гриша Злобин, который трудился на компьютере под сенью оливкового дерева, загоняя приветовские рукописи в требуемый формат.
– Документы надо представлять по форме, – говорил Лев Сергеевич с видом знатока бюрократической стороны дела. – Вот, будешь им помогать. Сроки жмут. Надо спешить. Я каждую неделю езжу на совет в областное правительство, нас там ждут с проектами. Уже дают гарантии!
На этом месте его вдохновенный монолог прервался; в директорском кабинете зазвонил телефон, и Лев Сергеевич, взглянув на часы, встрепенулся – очень важный разговор.
Ася осталась одна, и тотчас мужчины окружили ее вниманием и пригласили на кухню пить чай с печеньем. Три пары любопытных глаз, уставились на Асю, и ненавязчиво посыпались вопросы на тему образования и жизненного опыта, пока, наконец, Приветов не разрешил ситуацию.