Татьяна Снимщикова – Поймай Джорджию (страница 14)

– Да, – ответила Васька и тут же набрала сообщение.

«Спасибо. Пока ничего не надо. Душ в твоём распоряжении. Туалет тоже».

– Другое дело. Так и быть воспользуюсь твоим предложением, – улыбнулся Гоша, прочитав послание и не поверив тому, что ей ничего не требуется, но давить не стал. – А ты пока подумай, что надо купить. Приду через десять минут.

– Хорошо, – кивнула Васька и горестно вздохнула.

Ей много чего надо было. Вопрос, как об этом сказать. Например, прокладки. Как назло, она поленилась купить их заранее. С прошлых критических дней ничего не осталось, а тело уже выдавало все признаки: грудь распирало, низ живота тянуло. В ванну теперь из-за ноги лишний раз не залезешь, значит, ещё и влажные салфетки для интимной гигиены нужно. От позора щёки полыхали, как маков цвет. Она смотрела вслед мужчине, выходящему за дверь, и проклинала себя за то, что не хотела в своё время дружить с девочками, не общалась с соседками. Позвонить с деликатным вопросом было некому. Мама жила за сотни километров.

– Вот тебе и самостоятельность. Хотела жить сама по себе, получай, – буркнула Васька. В ванной зашумела вода. – Хорошо хоть не отказался. Во дворе уже холодно плескаться. Да и не привык он, комнатный Рохлик.

Когда Гоша снова заглянул в комнату, ничего не изменилось. Васька сидела на кровати и смотрела на свои коленки.

– Чего купить, Вась? Честное слово, ты меня ничем не удивишь, – весело сказал он.

После душа его душа порхала. Больше всего радости доставило бритьё. Аллигатор ненавидел щетину. Сейчас его щёки были гладкими, как попка младенца. Он стоял посреди комнаты, благоухая лосьоном после бритья. Чёрные волосы блестели, загибались на кончиках. Футболка обтягивала тело. Серые спортивные штаны смотрелись исключительно привлекательно, что само по себе было странно. Васька не хотела смотреть, подозревая, что ей понравится вид так же, как аромат лосьона.

– Вась, не томи. Я есть хочу. У тебя нет чистящего вещества для унитаза. Это я уже заметил. Бальзам для мытья посуды заканчивается. Продукты сам выберу. Вась.

– Что? Какая разница, что мне надо? Тебя это не касается, – грубо ответила она и поджала губы.

– Понятно. Пиши, если надумаешь. А теперь давай мухой до туалета, и я побегу, пока мы с голоду не померли.

Гоша подхватил хмурую Ваську на руки и потащил в туалет, где и оставил её дожидаться его возвращения. Он побежал в магазин лёгкой трусцой, производя впечатления любителя марафонов. В супермаркете на него взглянули недобро, оценив внешний вид на «троечку», а ему было абсолютно плевать на то, что думают другие. Уже зная расположение отделов в зале, он легко маневрировал меж степенных старушек, ведущих задушевные беседы о здоровом образе жизни и докторе Мясникове. Заполнив корзину продуктами, Гоша нашёл средство для чистки унитаза и гель для мытья посуды, пару минут постоял в раздумьях, решая, что смущает Ваську. Нагло ухмыльнувшись, он потянулся к полочке с яркими упаковками предметов женской гигиены. Выбрав ультратонкие и самые дорогие, он спокойно кинул их в корзину под грозными взглядами женщин.

– Они же нормально впитывают? – спросил он у дам. – Не представляете, как спасают, когда прольёшь кофе на стол. Самое лучшее средство в пути. Проверено. Но вот эти не брал. Рекомендуете?

– Нахал. Приютила Васька прощелыгу, – возмутилась одна из возрастных женщин.

– Эй, осторожнее. Я вас не оскорблял, – нахмурился Гоша. – Я ж не виноват, что всё самое лучшее производят для женщин. Кстати, эти салфетки я тоже возьму.

К прокладкам он кинул влажные салфетки всех видов, что были, прибавил бумажные полотенца и капсулы для стирки. К кассе он подошёл, как гружёный мул. Женщины шли за ним, не отставая ни на шаг. Всех интересовала итоговая сумма в чеке. Они с завистью смотрели на дорогие продукты и перешептывались. Кассир пикала товаром с восторгом. На ленте двигалось то, что редко покупали.

– Восемь тысяч пятьдесят два рубля. Наличными или картой? – улыбаясь, спросила она.

– Картой, – кивнул Гоша. Внутри него ликовала Джорджия. – Дамы, был рад пообщаться. Увидимся завтра. Вы прекрасны.

Он подхватил сумки и поспешил обратно, вспомнив, что оставил Ваську не в самом уютном месте. Его беспокоила мысль, что она воспользуется шансом и сама передвинет своё тело в любом направлении. В принципе он не ошибся. Когда Гоша поднялся на второй этаж и постучался в дверь ванной комнаты, то услышал вздох и тихое «заходи». Сначала его воодушевил ответ, а потом насторожил. Открыв дверь, он увидел то, к чему не был готов. Унитаз пустовал в одиночестве. Чертыхнувшись, Гоша перевёл взгляд на ванну и покачал головой. Ругать Ваську не имело смысла. Она сидела в халатике на деревянном сиденье, державшемся на бортиках ванны. Мокрые густые волосы висели вдоль спины, бинт на ноге размотан.

– Намочила, – виновато сообщила она, любуясь на рану с двумя скобками.

– А подождать никак? – спросил Гоша.

– Подумала, что справлюсь, – Васька пожала плечами. Её беспокоило не это, а то, что под халатом ничего не было. Его-то она сняла с крючка, а вот чистое бельё лежало в комоде, до которого можно было бы и доползти на попе, но для этого пришлось бы вылезать из ванны. И вот тут крылась загвоздка.

– Продолжай сидеть. Пойду за бинтами-салфетками.

Васька сильно напоминала Сэма в детстве. Тот тоже отличался самостоятельностью во вред себе. Гоша сходил за пакетом с медикаментами и быстро разобрался с тем, что делать дальше. Наложил антибактериальную мазь, сверху стерильную салфетку и замотал всё бинтом. Получилось аккуратно, как и в первый раз.

– Ты – мастер. Доктор Йося хвалил, – сказала Васька, старательно оттягивая халат вниз, чтобы прикрыть коленки.

– Я счастлив.

На самом деле Гоша был в гневе и некоем замешательстве. Слишком много частей тела мозолило глаза: голые ноги, глубокий вырез халата с намёком на грудь, влажные волосы. Его, развратника со стажем, это не должно было смущать. Да не тут-то было. В голове женский голосок, судя по всему принадлежавший Джорджии, затянул: «Мыла Марусенька белые ножки…».

– Могу уносить? – спросил он как можно беззаботнее. Вроде получилось, но с новым акцентом.

– Угу…

«Ой-ёй, какие мы стеснительные», – забавлялась Джорджия, путая и без того плывущее не в ту сторону сознание. Гоша ощущал каменное тело Васьки под руками, словно не было никакого халатика. Ситуация напрягала, но как ни странно вызывала приток крови не к нижней части тела, а к груди, где что-то тепло и трепетно разгоралось. Он видел, как девушка цеплялась за халат, смущалась, и сам ощущал неловкость момента.

– Посади на стул, пожалуйста, – шепнула Васька.

– Хорошо. Зови, если что, – сказал он, норовя поскорее выйти из комнаты. Выполнив просьбу, Гоша скрылся за дверью.

Всем сразу стало легче, а Васька ко всему прочему поняла, что сможет самостоятельно передвигаться из комнаты в кухню, туалет и обратно в кресле на колёсиках. На радостях она заулыбалась и подкатилась к комоду, откуда достала чистое бельё, футболку с длинным рукавом, штаны и носки. Когда, одевшись, Васька взяла курс на кровать, то застыла в немом изумлении. На одеяле лежали салфетки и прокладки. Снова краска стыда проступила на щеках. Оглядываясь на дверь, она воспользовалась тем, что принёс Гоша, и выдохнула. Никогда ещё она не попадала в такую ситуацию. Немного остыв, девушка покатила себя на кресле из комнаты в кухню. Колёсики иногда ехали не в ту сторону, но это было в сто раз спокойнее, чем на чужих руках.

«Наконец-то, я сама по себе. От сердца отлегло. Можно жить, – думала она, медленно преодолевая расстояние в три шага. – Ни фига он мне не как брат. Демон-искуситель по имени Рохлик. Опасно для жизни».

Кухня благоухала ароматами мяса, свежих овощей и варёной картошки. Гоша стоял возле плиты и переворачивал огромные куски сочного бифштекса. На столе красовалась миска с нарезанными овощами и зеленью.

– Глянь, что я придумала. Больше не надо меня таскать, – сказала Васька, старательно придавая голосу радостных ноток.

– Супер. Хлеб порежь, – попросил Гоша, мельком глянув на неё. Душа успокоилась. В одежде, закрывающей всё до самого горла, девушка не таила опасности. Она снова была Сэмом №2.

– Легко, – кивнула Васька и быстро приспособилась к жизни на колёсах.

Спустя пятнадцать минут они обедали за столом, уплетая картофельное пюре с мясом. Три дня мучений пролетели незаметно. Периодически в гости заезжал Мизинчик, строго смотрел, пытал Гошу разговорами и обсуждал с Васькой фестиваль. На четвёртый день он отвёз её к дяде Йосе, и тот разрешил наступать на ногу, но с перерывами. Васька вернулась счастливая, сама вылезла из машины и зашла в дом. По пути из города в деревню она смогла забрать из магазина заказанные детали и уже мечтала заняться делом.

– Васька, не сегодня, – крикнул вслед Мизинчик.

– Завтра. Пока-пока, – помахала она рукой.

Гоша ждал возле ворот и радовался тому, что Васька идёт сама, пусть и прихрамывая. Она была до того счастливая, что сияла.

– Я научу тебя менять фильтры и свечи, – воскликнула она, подходя ближе и потрясая пакетом с запчастями.

– Отлично. Мастер-класс? – расплылся в улыбке он.

– Аха. Но завтра. Хочу сегодня, но дядя Йося сказал, что завтра точно себе не наврежу. Ты же потерпишь до завтра?